Последние истории

Якщоб створював підбірку морально важких книг, ця наблизилася б до 3 місця.
Стилістично чудове вбивство нервової системи. У 1 частині є все, що ненавиджу до скрегіта зубів: безсилля людини перед фізичною неміччю та жахливою випадковістю; біль втрати улюбленої домашньої тварини - один в один співпадаюча з щоденним сумним ритуалом уколів, спробами накормити, винести на вулицю, чергувати вночі; невщухаючим сумом навіть впродовж двох років.
Довгий час читав, залишав, знов читав, сподіваючись на проблиск світлого; нехай не оптимістичного, але з натяком на можливу радість у житті героїв.
Нажаль! 2 частина ще похмурніше. Як можна зруйнувати своє життя та спотворити його іншому.
Тільки 3 частина здалася хоч не дуже приємною за змістом, але не такою нещадною, як попередні. Манера оповіді нагадувала "Пана з Сан-Франциско". За сюжетом- нічого спільного, але нервове напруження схоже.
Рекомендувати можу тільки товстошкірим з сталевою нервовою системою поціновувачам красивого складу.

Три поколения женщин размышляют о жизни и смерти. Самая юная, конечно, больше о жизни, а старшая - о конце пути, которого не миновать. ⠀
Это неспешное повествование, полное выпуклых, живых деталей. Заговоренная проза, обостряющая рецепторы и заставляющая чувствовать теплую шероховатость грубой деревянной столешницы, вдыхать морозную тишину Карпат, ощущать между пальцами спутанную шерсть умирающего пса.

Меня больше всего тронула вторая история о пожилой паре, живущей высоко в горах. Старый Петро умер, как назло, сразу после щедрой метели, дорогу замело, и о стариках соседи вспомнят нескоро. Но супруга нашла способ, как привлечь внимание односельчан...а пока можно вспомнить совместную жизнь, в которой конечно было разное. И каким бы хмурым молчуном не был Петро, без родного тепла рядом все постепенно теряет краски.

Как-то не поняла я восторга моих друзей от этой книги. Книгу месяц мурыжила, заставляя себя ну хоть по чуть-чуть читать.

Первый рассказ ещё пошёл, так как тема была мне хоть немного близка. Неизлечимо больной человек или животное. Что лучше, эвтаназия или обезболивающие уколы на фоне разваливающегося тела? Я вспомнила свою боль от того, что в метаниях и сомнениях, не смогла принять решения по поводу нашей собаки. Я настолько была бездейственна, что даже не облегчила ему боль :-(

Второй рассказ шокировал. Я боюсь мертвецов. И уже только осознание того, что главная героиня лежит возле своего умершего мужа на одной кровати, коробило. Потому прослеживать канву жизни по её воспоминаниям было тяжело и неприятно.

Третий рассказ вообще мне никак. Какая-то игра на чувствах других, наглое использование друг друга.

Книга Ольги Токарчук «Последние истории» состоит из трёх частей: первая, в которой главная героиня, Ида, едет в отчий дом, но по пути попадает в автокатастрофу и проводит несколько дней с незнакомцами; героиня второй истории, пожилая женщина, сталкивается со смертью мужа и рассуждает о своей жизни, переездах, войне, смерти собственной дочери; героиня третьей истории, Майя, составляет путеводители и путешествует вместе со своим сыном на тёплый и далекий остров. Всех трёх очень разных героинь объединяет несколько вещей: во-первых, они родственницы (женщина из первой истории дочь героини из второй истории, героиня третьей истории – дочь женщины из первой истории и внучка героини из второй). Во-вторых, героини сталкиваются лицом к лицу со смертью: автокатастрофа и смерть собаки в первой истории, смерть мужа – второй, смерть знакомого – в третьей.
Также во всех трёх историях столкновению со смертью побуждает героинь вспоминать и рефлексировать насчёт своей жизни. На мой взгляд, самое трогательное и пронзающее описание прошлого встречается во второй истории. Больше всего меня поразил используемый автором язык: женщина рассуждает о смерти мужа, о войне, о смерти дочери, о потерянной любви с грустной забавностью. Это именно тот случай, когда форма повествования не совпадает с содержанием: история жизни женщины несправедливая и несчастливая, но форма описания событий такая, что читателю требуется время, чтобы полностью этим проникнуться. Например, рассуждая о смерти мужа, героиня говорит:

Такой язык, на мой взгляд, синоним смиренности: так говорят о том, что прошло и что нельзя уже изменить. В этом нет грусти, нет даже сожаления, только констатация факта. Таким повествованием описана история всей жизни третьей героини, оно завораживает.
Первая история, в которой женщина попадает в автокатастрофу, представляется мне тягучим туманом. По пути в дом своего детства Ида не замечает указатель, врезается в дерево и в поисках крова попадает в семью из двух пожилых людей. Сначала она планирует остаться на ночь, но остаётся на несколько суток. В какой-то момент мне начало казаться, что она останется там навсегда: её все время что-то останавливало от звонка на работу, к доктору, дочери. Эта история о грусти, тоске и одиночестве, о том, как тяжело возвращаться туда, где тебя никто не ждёт. Как и мать, Ида вспоминает о своей жизни, но уже с грустью и разочарованием: неудачный брак, выросшая дочь, поднадоевшая работа, бесконечные мысли о том, почему получилось именно так, как получилось. Особенно мне понравился язык этой главы: тягучий и холодный, как зима и метель, из-за которой героиня попала в беду.

Третья история о Майе мне понравилась меньше всего. В ней не было тех переживаний, которые были бы описаны так искренне и щемяще, как предыдущие истории. Здесь также есть одиночество, грусть, отречённость от внешнего мира, но чего-то этой истории не хватило.
Я думаю, что это неплохая книга, чтобы начать знакомство с творчеством Ольги Токарчук, меня, по крайней мере, она не оставила равнодушной.

Три женщины, три поколения, три рассказа: «Чистый край» - мать (едет проведать дом, где когда-то жила, но по дороге случается авария), «Парка» - бабушка (доживает в доме на отшибе), «Фокусник» - дочка (которая уже тоже мать, путешествует с сыном).
Здесь нет хронологии, нет “преемственности” или внутрисемейного конфликта, но есть разное отношение к жизни.
Несколько цитат себе на память.

история о женщине, которая несколько лет вынашивала ребенка, носила его с удовольствием и, похоже, не хотела рожать

сон умеет мягко разделять события

я что всегда любила – находить между нами отличия - между собой и им

Каждые семь лет надо жениться заново, потому что каждые семь лет человек меняется. Надо обновлять всякие договоры, обязательства.

Мысленно с удовлетворением отмечаю еще одно различие между ним и мной - вначале ведь ищут скорее сходство.

Деньги кончаются. Днем. Ночью это не имеет значения.

Любимые книги - «Кристин, дочь Лавранса» и «Анна Каренина»

И вновь тема "турист" или "путешественник":

Эти люди – лишь случайные путники, что передвигаются по прямой между двумя точками. Они цепляются за сушу, каждая стоянка для них – пусть мгновенное, но завладевание клочком земли: они обустраивают его – вот хоть развешивая в гостиничном шкафу одежду и расставляя на полочке в ванной зубные щетки. Их путешествие – видимость, потому что направлено к заранее намеченной цели; они или ищут общества других людей, или тянутся к вещам. Наносят визиты или осматривают достопримечательности.

Ее ступни не касаются почвы. Она парит – поэтому тем, кто твердо стоит на земле, кто пускает корни, едва успев остановиться, – таким людям кажется, будто она убегает. Нет, она не убегает. Ее дом – дорога, она живет в пути. А путь – не линия, соединяющая две точки в пространстве, – это иное измерение, особое состояние.

И совсем неожиданно у Токарчук тема медитации, причем очень продвинутой!

Что позволяет человеку видеть себя? Кто смотрит на него и на кого смотрит он? Кем на самом деле является тот, кого именуют «я», – наблюдающим или объектом наблюдения? Невозможно, чтобы оба они были «я», – нелогично, парадоксально. Это означало бы двойственность.

«Я» всегда слишком приближается к «ты», приходится отстаивать дистанцию, контролировать ее. Так что лучше сделать из «ты» «он», такие отношения наиболее безопасны, не позволяют «ты» подойти слишком близко.

Превратить мир в «он», чтобы можно было пользоваться им как вещью.

Такое бывает. Очень редко в последние времена, но бывает. Но, собственно, ради этого обычно и читаешь. Тратишь кучу времени на то, чтобы ряд черных символов на белой бумаге мысленно преобразовать в образы.
Так вот: есть авторы, которые каким-то чудесным образом оплодотворяют написанные ими предложения. И абзацы, вроде бы такие обычные и ничем не притязательные, оживают настолько, что за ними встают до чрезвычайности реальные картины и люди - в гораздо большей степени живые, чем иные знакомые, с ними сродняешься, жалеешь их, любишь и понимаешь, почти как близких. Не знаю, волшебная палочка у них, наверное, есть? или заклинание они какое знают? Или Господь им живительный свой огонь передал? Слова вроде бы те же самые, что у всех, и стоят в довольно обычном порядке, ничего сногсшибательного – а на выходе - удивительное чудо жизни.
Вот и Ольга Токарчук – редкое доказательство, что Нобелевскую премию недаром, неслучайно, заслуженно дают – и замечательно, что польскую авторку стали у нас после стокгольмского триумфа (2018, присуждена в 2019) широко (и, кстати, очень качественно!) переводить и продвигать.
Я уже писал о двух недавних книгах Токарчук. Они тоже были хороши. И вот еще одна – по-моему, даже и лучшая: небольшая форматом, не выдающаяся объемом (288 стр.). Там три истории – на первый взгляд, не связанных друг с другом – а потом выясняется, что очень даже связанных. Три судьбы, три женщины. И вроде бы тема такая, что бррр: Смерть – а все равно, как классиками заповедано: оптимистично, сочувственно, с глубоким пониманием человечьей природы.
Я рад, что прочел и вам от души советую.
69-я страница:
«…Ида водит экскурсии. Она работает в крупном туристическом агентстве «Сердце Европы». Или, если хотите, «The heart of Europe». Название претенциозное, на вырост, как и многое в этом городе. Офис расположен в высотном здании, которое носит гордое имя на каком-то чуднОм языке – «Саксонский Гарденс». Где находится сердце Европы, никто точно не знает, с этим еще не определились, а агентство специализируется на пяти городах: Варшава, Прага, Краков, Берлин, Вена – огромный неправильный пятиугольник, кабалистическая печать на карте. «Сердце Европы» организует туры, и эта пятерка городов оказывается порцией совершенно неудобоваримой: туристы путают соборы, музеи и исторические центры, забывают названия рек. Слава богу, что есть сувениры – кружка с портретом Кафки и футболка с надписью «Checkpoint Charlie» позволяют отличить Прагу от Берлина…»
Нет, ну правда же! Как интересно: что было раньше, и будет после, и что за Ида, и что с ней станет. И глубина и точность не обманывают.

У меня небольшой заскок на теме смерти, поэтому я не могла обойти эту книгу стороной. Но получила в итоге не совсем то, чего ожидала. Книга неплохая, хороший язык, много внимания уделено мыслям героинь, очень хорошо переданы их чувства - иногда такое ощущение, что прям в голову залезла. Особенно, если какие-то мысли совпадают с твоими собственными. Зацепило именно телесное старение - как в первой истории героиня смотрела на себя в зеркало. Вообще, первая история больше всего понравилась, вторая - меньше, и совсем не понравилась третья. Если в первых двух было что-то медитативное, и умирание было постоянным спутником повествования, то в третьей смерть Фокусника выглядит, на мой взгляд, побочной линией. И вообще не очень понятно, как она относится к главной героине. Если бы не было этой третьей части, поставила бы книге четверку.

Откровенно говоря книга не о чем!
В книге три истории на перый взгляд о людях не связанных друг с другом! По сути все три истории о жизни и смерти героев!

Первая история «Чистый край» о женщине по имени Ида которая попала в автокатастрофу! После чего она вышла из машины и нашла приют у пожилой пары Ольги и Стефана!
История написана как то размашисто, постоянные переходы между воспоминаниями, реальностью и размышлениями!
Не много не понятно привиделись ли ей эти события или на самом деле произошли! Все как то туманно и не очень понятно! Но как я уже сама могу предположить женщина в аварии умерла ( не могу точно утверждать так как история не завершённая)!

Вторая история «Парка»! -история о пожилой супружеской паре Параскеве и Петро, которые как выяснилось в ходе истории являются родителями Иды!
Они живут на вершине заснеженной горы изолированные от внешнего мира! История начинается со смерти Петро, но из-за сильных снегопадов Параскева не может позвать на помощь, вынужденно живет в изоляции с покойником, по привычке беседуя и споря с Петро, ожидая весну и таяния снегов!
Повествование идет от первого лица. Женщина вспоминает свою жизнь, знакомство и свадьбу с Петро!
И опять история не закончена, остаётся только додумывать самой дождалась ли она весну? Забрали ли тело Петро? Были ли похороны?

Третья история «Фокусник»-история о молодой женщине Мае путешествующей с сыном! Мая оказывается дочерью Иды
Мая пишет путеводители для туристов, постоянно путешествует! Они с сыном приезжают на остров где знакомятся с фокусником Кришом который неизлечимо болен! Мальчик дружит с фокусником, он учит мальчика фокусам!
Ничего особенного, но как вы уже поняли в конце истории фокусник умирает а Мая с сыном возвращаются домой!