Фаворит. Книга вторая. Его Таврида

Вы придумали себе знатное происхождение, с которым теперь вам страшно расставаться. Однако, нет ничего зазорного в том состоянии, в каком человек родился…

-Без нее лучше пусть я здесь и умру.

-Вы были ее любовником?

-Никогда. Я только любил.

Екатерина дала запорожцам последнюю аудиенцию, повелев им жениться, на что чубатые отвечали ей честно: «Женатый чоловик для нас – хуже пса бродячего!»

Вся голытьба российской свободы да безделья в казачестве алчет!

Екатерина разулась, босая шла по мокрой и холодной траве. Остановилась сама и велела ему остановиться. Взяв Потемкина за руку, приложила его ладонь к своему животу:

-Тут последний мой… от тебя, тоже последнего!

В лесу родился, из лесу в люди вышел, и в лес тянет…

-Ради одной паршивой мухи потребно стало гонять вокруг Европы целую эскадру – с адмиралом Грейгом во главе!

-Тяжелая попалась нам муха, - согласился Потемкин.

Не династию Романовых спасал он от покушений самозванки – себя спасал, карьеру свою, благополучие всего клана Орловых. Он даже предложил самозванке свою руку и сердце.

Напыщенный девиз венских Габсбургов гласил: назначение Австрии – управлять всем миром

-А что поделывает старая карга Мария-Терезия после того, как Румянцев заключил выгодный для русских мир?

-Она часто плачет

<…>

-Она всегда плачет, обдумывая новое воровство, и нам, бедным пруссакам, кажется, что пришло время беречь карманы…