Йерве из Асседо

Я тогда поняла: боль переносится легче, чем страх. Это главная тайна жизни, о которой никто почему-то никогда не рассказывает, хотя, по-моему, этот лозунг должен висеть на всех школьных стенах, во всех классах, вместе копий Декларации независимости. Люди хотят избежать страданий, но убежать от них можно только в страх перед страданиями. А это в тысячу раз хуже.

Каждому человеку нужен тот, кто был бы для него одновременно настоящим и ненастоящим; тот, кого он мог бы сотворить, при этом не создавая.

Слушай сказ морской старинный... Асседо благословенно. Каждый в нём отыщет то, что так ему необходимо: вымысел, мечту и сказку, благосклонную погоду, мать, отца, любовь и ласку, дружбу, преданность, заботу. Все мечты ему подвластны, всё сбывается однажды. Асседо не знает горя. Асседо не знает жажды.

Я подумала: боже мой, сколько может человек выдержать?

В Асседо всё бывает, край морской не знает граней; всё случается однажды – ночью поздней, утром ранним...

Мне срочно нужно было за что-то ухватиться, за нечто, стоящее перпендикулярно относительно бездны, потому что иначе я бы захлебнулась и утонула. «Асседо благословенно! — сказал Дюк. — Держись за меня».

Вне шатра вовсе не оказалось пустоты, а обнаружилась вековая, плотная и очень насыщенная тишь. Яркие звёзды раскинулись на небесном куполе, а некоторые из них медленно и грациозно падали, похожие на спутников. Ночь была холодной, но в толстом свитере я не ощущала холода, а только приятное дуновение сухого ветра на лице. И ветер этот шептал старинные слова на незнакомом языке, который я почти понимала. То был язык моих предков.

Кофе оказался очень горячим, очень крепким, очень терпким и очень горьким, без сахара, с резким привкусом и запахом какой-то восточной пряности. Так пахло на арабском рынке в Старом городе – лампами Аладдина, Сезамом, коврами-самолётами и почему-то средневековой Кастилией или Арагоном, Гвадалквивиром, который шумит и кипит или бежит и бурлит.

Я подумала о моей вымышленной истории длиною в жизнь, о сказке в чулане, которая всегда меня спасала, в которую всегда можно удрать. Неудержимо захотелось взяться за тетрадку и ручку и написать о том, что происходит где угодно, но только не здесь. Придумать себя заново. И всё вокруг.

«Фрустрация» не переводится дословно на русский язык, но это полезное понятие, потому что описывает состояние, когда чего-то очень сильно хочешь, но не можешь получить, и бьёшься головой об стенку.