Il suggeritore

я тот кто я есть

Самое популярное слово в поисковиках — секс. Второе место занимает Бог. Горан всякий раз удивлялся: для чего людям искать Бога в интернете. На третьем месте два слова — Бритни Спирс. И ещё — death, смерть, — с той же частотностью.
Секс, Бог, Смерть и Бритни Спирс.

Вся стена была покрыта препарированными бабочками...
— Они прекрасны, потому что мертвы.

Мила в который раз подумала, что Альберту удалось высветить лицемерие той части рода человеческого, считающей себя "нормальной" лишь на том основании, что она не убивает невинных девочек и не отпиливакт им руки. Однако эта часть совершает не менее тяжкое преступление, оставаясь ко всему равнодушной.

Мила ещё издали увидела величественное здание из красного кирпича, состоящих из нескольких павильонов, соединенных между собой в виде креста. Строение тридцатых годов прошлого века, стилизованное под готику, выглядело строго и угрюмо, полностью в духе архитектурных традиций церковных сооружений той эпохи. В контурах одного из павильонов вырисовывалась колокольня. А рядом с ней - церковь.

Власть и желание идут рука об руку. Это явления одного порядка. Второе зависит от первого и наоборот.

Я знаю, что на свете существует зло, потому что зло может быть явным. А добро – нет. Зло оставляет после себя следы. Тела невинных детей, например. Добро можно лишь констатировать. Но нам этого мало, нам нужны конкретные доказательства.

Свойство видеть знакомые черты в беспорядочном нагромождении образов – будь то облака, звёзды или кукурузные хлопья, плавающие в миске с молоком, – называется парейдолией.
Никла Пападакис видела их внутри себя и не считала иллюзиями. Ей нравилось это слово – у него было греческое происхождение, как и у неё самой.

... Адептам советовали обустроить себе образцовую жизнь, надежное укрытие своей истинной натуры и тайных импульсов. Мимикрия – ключевое слово для подобной стратегии.

Рон хотел, чтобы его спасли. Но все окружающие забыли о его существовании и о том факте, что он, по сути своей, был всего лишь ребенком.

«Я такой, какой есть, потому что кому-то потребовалось сделать из меня монстра».

Человека можно поймать, потому что у него есть слабые места. У монстра их нет. 

Они любили друг друга с какой-то страной яростью, быть может, даже злостью, но в этом была жажда освобождения. Как быдто оба стремились растворится друг в друге, хотя бы на миг обрести забвение.

Вопрос об истоках зла, вечного зла.
Зла, которое сперва вгрызается в плоть, потом стыдливо прикрывается одеждами.

Некоторые люди в определеные моменты жизни испытывают страшную, черезменую боль, гороздо более сильную, чем человеческое существо способно выдержать. И тогда они либо перестают жить жить, либо адаптируются.