Ты чуть вошел, я вмиг узнала,
Вся обомлела, заплыла
И в мыслях молвила: вот он!
А.С. Пушкин. Письмо Татьяны
...никого не найдётся такого, каков Одиссей был...
Побудительным импульсом для перечитывания "Одиссеи" явилась случайная встреча с репродукцией много раз виденной ранее, хорошо рассмотренной и прочно хранящейся в памяти картины Валентина Серова "Одиссей и Навсикая". Не могу точно сказать, какая именно деталь картины в этот раз обратила на себя моё внимание и заставила взглянуть на неё более пристально. Может быть, это особенная холодная, отстранённая рябь моря, враждебность которого усиленна рисунком плотных облаков и рассеянным солнечным светом. Может быть - контраст в позах: Навсикая управляет мулами, стоя в простой хозяйственной повозке с выстиранной одеждой, при этом её осанка достойна триумфального выезда полководца на золочёной колеснице. Одиссей, завёрнутый в бесформенное спадающее с плеч полотно, погружённый в задумчивость, понуро бредёт позади. Между ними стайка юных и скорее всего глупеньких дев, которым невдомек, что их госпожа находится в сильнейшем душевном смятении, а встреченный на берегу чужеземец - великий Герой Трои и, вполне возможно, самый мужественный и обаятельный персонаж всей мировой литературы. И где уж им знать, что вот именно сейчас на их глазах свершается великая трагедия несовпадения судеб.
Невозможно подлинно понять, почему именно царская дочь Навсикая была выбрана Афиной (Гомером) , для того, чтобы указать Одиссею дорогу во дворец царя феакенян Алкиноя. Да, Одиссей попал в крайне бедственное положение, но всемогущая богиня могла бы найти исполнителя и попроще: какой-нибудь пастух, или землепашец вполне справились бы с этой миссией. Правда, в этом случае великая поэма лишилась бы своего самого поэтичного и, может быть, самого загадочного эпизода.
Зачем "светлоокой деве Палладе" понадобилось спозаранку будить девочку, заставлять её собирать всю имеющуюся во дворце грязную одежду и с толпой служанок гнать на берег, к устью реки - в довольно отдалённое место, облюбованное для дворцовых постирушек. При этом богиня заморочила Навсикае голову, внушив ей волнующее душу предчувствие близкой встречи с суженным и убеждение, что в преддверии этой встречи и она и вся её родня должны иметь пристойный внешний вид, то есть быть чисто одетыми.
Встреча состоялась... Чудом спасшийся накануне и совершенно ошалевший от двадцатидневной (!!!) борьбы с бушующей морской стихией, Одиссей вот уже почти сутки крепко спал неподалёку в непонятных зарослях. Был он нагой, заросший, со спутанной бородой и весь в засохшей морской тине.
Пробудившись от девичьего щебета Одиссей, как был, едва прикрывшись веткой, объявился перед честной компанией, приведя дев в ужас. Одной Навсикае Афина придала смелости и она предстала перед героем во всей своей юной красоте. Хоть и спросонок хитроумный Одиссей мгновенно оценил ситуацию и, оставаясь на почтительном расстоянии, выдал тираду комплиментов почти на пять стихов. (Надо отметить, что ранее, общаясь с Цирцеей и Калипсо, и позже при встрече с любимой супругой, Одиссей от комплиментов воздерживался). Из произнесённой им страстной речи становится ясно, что помимо совершенного владения плотницким и столярным ремеслом, воинским искусством и инженерными знаниями мудрый Одиссей был обучен галантным приёмам и прекрасно разбирался в девичьей психологии. Действительно, можно ли остаться равнодушной, если тебя сравнивают с пальмой и заявляют, что люто завидуют твоему избраннику, если таковой имеется?
Думаю, что никто никогда не сможет ответить на вопрос, что это было: искреннее восхищение Одиссея прелестью и красотой Навсикаи или очередной хитрый ход только ради того, чтобы побудить юную царевну к помощи? Крошечная подсказка ( даже не подсказка, а всего лишь повод для игры воображения) это молчание Одиссея, полное отсутствие какой либо реакции на намёк Алкиноя, о том что он был бы счастлив принять его, как мужа Навсикаи и своего зятя. Более крупная подсказка - это то , что Одиссей по доброй воле задержался в гостях у феакенян, открыл им своё имя и происхождение и подробно рассказал о своих странствиях. Может быть, он хотел, чтобы Навсикая узнала о нём всё и сохранила это в памяти, а может быть, девушка настолько сильно привлекала его, что он раздумывал и колебался, не остаться ли ему?
Жаль, что никто никогда не расскажет о том, как сложилась судьба Навсикаи, после того, как Одиссей покинул феакийскую землю. Всё то же услужливое воображение подсказывает, что она навсегда была уязвлена образом Одиссея и не смогла быть счастливой в своей женской жизни.
Восхищаясь одержимостью Одиссея идеей возвращения на родину и его верностью супруге, хотелось бы понять, что же такого было в Пенелопе, что придавало этой мужской верности такую глубину и неодолимость, делало такой изысканно сдержанной в своём внешнем проявлении.
Итак, перечитано под знаком Навсикаи - одного из немногих персонажей поэмы, кому Гомер даровал незабываемую индивидуальность: милый, забавный и печальный образ.
Наверное, можно перечитать и под знаком Пенелопы и, наверняка, можно много раз перечитать под знаком Одиссея, потому что "никого не найдётся такого, каков Одиссей был".
18 понравилось
