Я утверждаю, что до того, как был написан "Гамлет" , не было этих чувств, мыслей и переживаний, - акт написания "Гамлета" сделал их возможными в мире. Вот в этом смысле поэзия есть действие... Мысль также есть действие.
Мы по-новому видим мир,точно так же как после полотен Ренуара существует мир Ренуара, который нас окружал, но мы его не видели.
Например, я утверждаю, есть некоторые действия в нашей гражданской жизни ,которые мы не можем совершить не потому, что они запрещены, и не по каким-либо психологическим причинам ,а потому что за нами в нашей истории нет ничего потенцированного в этом смысле, в нашей истории нет героев гражданственности.
Если позади нас чего-то нет, то и у нас этого нет.
...нечто сделалось, а потом нечто стало истинным, а не сначала нечто истинно, и потом по модели истины кто-то делает нечто, потому что увидел это истинное. Тем самым мысль оказывается для нас неким пространством сознания , она обладает протяженностью. Она не в нашей голове, а в сознании, и сознание не в нашей голове, - оно весьма протянуто, протяженно, то есть это пространство для рождающегося: мы должны дать чему-то разродиться, и сами должны родиться в этом.
Тот, кто написал "Гамлета", пришел в движение, целью которого было дать чему-то разродиться ,и сам же потом родился в этом как человек в своих человеческих качествах, то есть в способности видеть по-человечески, переживать по-человечески, мыслить по-человечески.
Ваша оценка
