Отзывы о книге The Years

Удивительно красивый и пронзительно ностальгический роман любимой Вирджинии Вулф. Интересно, что при ее жизни из всех ее романов именно этот был самым популярным.

История лондонской семьи среднего класса, обычные люди, обычная жизнь. Люди такого типа, который знала Вирджиния Вулф, с которыми общалась.

В каждой главе - новый, следующий год из жизни, и всего их - 50. 50 лет из жизни семьи, 50 лет из жизни страны. Умирает королева Виктория, умирают викторианские традиции, начинается и кончается Первая мировая, перевернувшая сознание всего общества.

Все течет, все меняются. Идеи умирают, люди остаются. Пока остаются. Стареют. Мудреют. Живут. Смерть в романе есть тоже, все-таки 50 лет, немалый срок.

Интересные личности, интересные отношения. А если едешь в лондонском автобусе, встречаешь разных людей, задумываешься о жизни, о людях, о судьбах.

Замечательный роман. Философский, романтический, ностальгический, классический и модернистский одновременно.

Прежде чем начинать читать эту книгу надо подготовиться. Вначале дождаться дождливой погоды, но чтобы дождик целый день лил, а лучше вообще затяжные дожди. Затем у вас обязательно должно быть уютное кресло и плед, диван тоже подойдет. Рядом на столике много вкусностей, что вы любите покушать . Если все это есть, то можно приступать к чтению. Но готовьтесь к тому, что периодически будете засыпать, снова читать и сниться вам будут пространные сны, как сама эта книга. От этой книги я получила совсем не то , что я ожидала от английской литературы. Речь в ней о большой семье, история которой, на мой взгляд трагическая и грустная. Все участники истории несчастливы , либо недовольны жизнью. Некоторые ненавидят свою мать так , что желают ей скорейшего отправления на тот свет. Мрачно до нельзя. Но что-то удерживает читателя у этой книги, приходится дочитывать до конца и понимаешь, что роман соответствует ностальгии, вызывает состояние, близкое к сонному, а ведь иногда этого хочется. Мы наблюдаем жизнь героев на протяжении 50 лет, но чувствуется незавершенность, нет глубины повествования, буд-то сон , где много чего-то непонятного. Читать или нет эту книгу, решать только Вам.

Годы все меняют, многое уничтожают, с годами копятся тревоги и заботы: вот они опять тут как тут. (с)

Чтобы читать роман Вирджинии Вулф «Годы», нужно быть настроенным на лирический лад. Я не знала об этом, потому начало чтения далось мне весьма тяжело. Книга с первых страниц показалась скучной. Скорее всего, тут дело в отсутствии лихо закрученного сюжета и активных действий. От семейной саги я ждала скелетов в шкафу и их разоблачения. Но, за исключением любовницы полковника Эйбела Парджитера, тайн не оказалось, да и эта сюжетная линия совершенно не раскрыта.

Повествование о пятидесяти годах из жизни большой английской семьи тянется медленно и плавно. Такое ощущение, что находишься в зевотной дрёме в жаркий летний полдень, когда никуда не нужно торопиться, и вокруг всё сонное и притихшее. В то же время, книга не отпускает, вместе с её героями продолжаешь брести вперёд по годам, более-менее заинтересованно ожидая какой же будет финал. И почему-то не удивляешься тому, что он остаётся открытым. Поневоле продолжаешь какое-то время философствовать над прозвучавшим в последних строках вопросе.

Персонажей в книге очень много, но ни о ком из них я не узнала столько, сколько хотелось бы. Лишь на короткие мгновения я погружалась в обрывки их мыслей, и в сущности каждый остался загадкой. И я подумала, что главные герои в этом романе отнюдь не люди, а Время и Жизнь. Не жизнь отдельного человека, а сама жизнь как понятие. Ведь что такое один человек в бесконечном потоке времени. Идут годы, поколения сменяют друг друга, но вокруг них всё тот же воздух и та же вода. В книге так красиво это показано - когда члены из одной семьи в разное время наблюдают за водой реки возле моста:

Она опять задержалась у въезда в вокзал Черинг-Кросс. Здесь небо открывалось широким куполом. Элинор увидела, что его — высоко-высоко — пересекает вереница птиц. Она проследила за ними взглядом. Затем продолжила свой путь. Людей, идущих пешком и едущих в экипажах, втягивало внутрь, как соломинки, которые течением прибивает к быкам моста.

У быков моста бурлила вода. Роза стояла, смотрела вниз, и постепенно вид потока вызвал у нее давно схороненное воспоминание.

Впереди уже вздымался Чаринг-Кросс. Мужчин и женщин засасывало внутрь, как воду между быков моста. Пришлось остановиться. Мальчишки-газетчики стояли с плакатами у ног. Люди покупали газеты; одни задерживались, другие хватали газеты на ходу. Мартин тоже купил газету, теперь он держал ее в руке.

Облокотившись на балюстраду, Китти смотрела на водовороты у быков моста, на водяные ромбы и стрелы над камнями. Она прислушалась. Она знала, как по-разному река звучит летом и зимой.

В романе вообще много повторений – герои повторяют слова, повторяют действия, повторяют воспоминания – словно подчёркивается, что жизнь и есть сплошная череда повторений. И хочется сказать словами Элинор, что жизнь - это некий повторяющийся мотив, как в музыке (с). Зима сменяет осень, а лето весну. Вместо стариков приходят молодые, вместо омнибусов – автомобили. Всем заправляет беспощадно идущее вперёд время. И нельзя его остановить, задержать. Всё пройдёт – и счастье, и горе. И вот уже Элинор, которой в начале книги было чуть больше двадцати – семьдесят лет. Она это понимает, но ничего не поделаешь, жизнь не изменить и время не остановить.

Элинор хотелось охватить текущее мгновение, удержать его, ощутить его как можно полнее, вместе с прошлым и будущим, проникать в него, пока оно не засияет все целиком, ярко и глубоко, светом понимания.

Хорошая книга, оставляющая после себя философское послевкусие с нотками грусти. Но всё же гораздо лучше читать её будучи настроенным на нужный лад.

Подобные произведения не стоит читать быстро. Впрочем, быстро и не получится, ведь нужно так внимательно следить за ходом событий, за течением жизни героев, за плавностью проходящего времени.

Для меня «Годы» были подобно восточным сладостям – лакомству нечастому, изысканному, но пресытиться которым можно очень быстро. Если употреблять такое постоянно, можно быстро набить оскомину, и тогда долго потом не возникнет желания отведать приторного яства. Поэтому читала роман я осторожно и размерено, выдавая себе сюжет небольшими порциями, чтобы не уничтожить вкус.

Годы проходят, одни поколения сменяют другие, города разрастаются, а страны становятся крепче в своём величии либо впадают в полное уныние. То же самое происходит и с людьми. Никто не знает, что ждёт впереди. Надежды юности уходят в небытие, оставаясь в воспоминаниях лишь зыбкой дымкой.

По-разному складывалась жизнь на протяжении пятидесяти лет у представителей семейства Парджитеров, у их знакомых и друзей. Все они по-своему были счастливы и несчастны, и их судьбы тесно переплетались с судьбой их страны, которая также много претерпела за истёкшие годы. Одно поколение старилось, другое подрастало, и вместе с ним прорастали новые взгляды, совершенно непонятные и неразделяемые людьми уходящих эпох, смешивались и стирались сословия. Удивительно, как люди уживаются друг с другом. Давно никого не удивляет факт, что млад и стар врядли найдут общий язык, и сущеествовать им вместе невмоготу, они лишь напрягают друг друга. Но только старики являются носителями истории, и молодых, всё же, тянет к ним. Во всяком случае до тех пор, пока они сами не превратятся в часть истории...

Мне так хотелось больше подробностей и плавных переходов. Роман построен так, что каждая глава – это определённый год жизни героев и Англии. Удобно, надо сказать. Но каждый раз, когда глава заканчивалась, меня будто резко обрывали на полуслове. Будто мой разговор остался незаконченным, а мне так хотелось продолжать. Из-за таких разрывов несколько нарушалась целостность картины, оставались вопросы. Почему-то всегда интересно покопаться глубже. А ведь по ходу чтения я проживаю с каждым из героев всю его жизнь, и хочу принимать в ней полноценное участие! Но великая Вирджиния Вульф рассудила, видимо, иначе и создала свою семейную сагу именно в таком виде. Что ж, пусть так. Но я не прощаюсь с героями. Я придумаю о них сама то, чего не нашла в романе…

Для меня порой писать о произведениях Вулф сложно, потому что они за небольшим исключением такие ровные, описательно-рассужденческие, и эта ровная и уходящая вдаль линия горизонта... Но мне очень уютно читать ее романы, хотя в них и войны порой, и споры, и женщины бунтуют, все есть. Зато нет равнодушия. И здесь это не меньше, чем в других романах. Годы протекают, уходят одни люди, другие взрослеют и стареют, и ты стареешь вместе с ними или вперед их, время, события текут ровной рекой мимо тебя, задевая или не задевая - это другой вопрос -и где же в этой фразе поставить точку? А другие поколения все так же идут той же дорогой, что-то течет и что-то меняется, но мир и люди в нем остаются те же, и эта неизменность, эта незыблемость - она, наверно, и является той точкой опоры, которую требовал дать ему еще Архимед, чтоб повернуть мир, но нам-то этого не надо. Нам как раз наоборот требуется точка опоры, чтоб только опереться. И большего нам и не требуется.

The son of the Professor, who had done it all off his own bat,"a most creditable performance", to quote Dr. Malone, was mending the hen coops in the back garden at Prestwich Terrace - a scratched up little place.

Очень необычное послевкусие. При всей однотонности и нудности ближе к середине и вплоть до финала повествования, в особенности на английском, так жалко что это книга всё же закончилась. Я так привык к ее персонажам: к Эдварду, Китти, мужественной Розе - одновременным олицетворением духа войны и феминизма. К приему, на котором годы подводят итоги и сменяются поколения. Человеческие и семейные отношения, молодость и старость, танцы и старческое ханжество и надменность, взросление и веселье, неспособность сказать заключительные слова. Незаконченный финал жителей этой человеческой и картинной семейной саги. Описания природы Англии, путешествия в омнибусах, похороны, смерть. Всё это пропечатано в Годах Вирджинии Вулф. Пожалуй, в самом сложном и монолитном произведении этой Великой писательницы.

Путешествие было очень красивым и меланхоличным одновременно. Герои сильно изменились с течением времени. Сюжета в книге мало, излюбленных приемов автора в романе хватает. Но главный акцент книги ставится именно на стихиях природы, погоды, которые неизменны в отличии персонажей, которые стареют и дряхлеют на протяжении всей этой книги. Главная заслуга Вирджинии Вулф - возможность запечатлеть и пережить в книге целую эпоху - чисто английскую жизнь с конца 1800х и до поствоенного времени. Читая книгу вы погружаетесь в историю, быт и в саму жизнь обычного англичанина. Жизнь не всегда бывает интересной и содержательной, порой нам становится жить крайне неинтересно и даже скучно в этом замечательном и никогда не меняющемся аристократическом, или более простом, обществе. . Но это не отменяет всей той красоты и окружающей привлекательности, которая сохранена автором в этой книге. И восприятие войны Вирджинии Вулф в сочетании с ее излюбленной классической интонацией создает бессмертное произведение, которое читать довольно мучительно, но порой хочется перечитывать, весьма интересно.

Читать лучше медленно, с остановками, никуда не спешить, читать вдумчиво, никуда не торопясь следовать за потоком воспаленного сознания Вирджинии Вулф.

Теперь прочитаю тот раздел ее "Дневника писательницы", целиком и полностью посвященный написанию произведения "Годы".

Осталось прочитать "Комнату Джейкоба" ( как же уродски перевели это название на русский язык - на самом деле это "Чья то комната"), и главным образом "День и ночь". Остальное прочитано. Кроме короткой прозы и очерков. И можно будет смело читать полностью ее дневники. С течением времени.

Какой образ первым приходит в голову при словах "семейная сага, написанная английской писательницей-феминисткой"? Мое воображение сразу в красках рисует эдакую семью Форсайтов, где все женщины подались в суфражистки и всю книгу с переменным успехом, но энергично борются против патриархальных устоев в лице мужчин семьи Форсайтов. Но не тут-то было, разумеется. Ведь мы имеем дело с признанным мастером прозы и модерна, подход тут совершенно иной.

Да, это история одной семьи, но не хроника, не скрупулезное описание последовательности событий, но поток времени, уносящий героев прочь от старой добро Англии в новое и непонятное время.

Годы летят, и персонажи, которых нам представили детьми, взрослеют, каждый ищет свой путь, единомышленников и место в быстро меняющемся мире. Кто-то пытается просто остаться на плаву в этом потоке, кто-то бьется за свои воспоминания, за привычный мир, гребя против течения, кто-то окунается в новую жизнь, и в ней находит новые, свои собственные возможности быть счастливым.

Временной поток - полноценный участник происходящего, со своим нравом и способом взаимодействия с персонажами. Он погружает в транс, стоит только отвлечься от ежедневной суеты, показывает человеку отражение самого себя, а потом дробит и искажает его до тех пор, пока не потеряется изначальный образ.

Так и сам роман, многоплановый и неоднородный, ставит меня в затруднительное положение, когда я пытаюсь ответить на вопрос - о чем книга-то была? Да как обычно, обо всем - о времени великой неопределенности, о людях, о быте Англии начала 20 века. Ну и об общечеловеческом, конечно, куда ж без него.

"Не-не-не, модерн - это чересчур для моих слабых мозгов," - утверждала я. "Не-не-не, все эти потоки сознания - не мое," - говорила я. "Не-не-не, Вирджиния Вулф - я не буду читать это снова," - верещала я. Но только до тех пор пока не открыла "Годы". Открыла - и... провалилась. Потому что это какая-то другая Вулф. Вот вроде бы все та же - многословие, размытость, внимание к мелочам и повседневности. Но при этом - неуловимо другая. Близкая. Понятная. Не знаю, что сошлось в этот раз - звезды, обстоятельства или что-то еще - но "Годы" примирили меня с Вулф. Вы все еще боитесь Вирджинию Вулф? Тогда попробуйте открыть не "Маяк" или "Миссис Дэллоуэй", а "Годы" - и, возможно, бояться Вулф Вы перестанете. Разве что опасаться. Совсем чуть-чуть.

Копи впечатления. Взболтай их во флаконе с зеленой глянцевой наклейкой. Копи впечатления, и боль пройдет.

Книга мне показалась такой неоднозначной, что я с трудом смогла выставить ей оценку. Читалась местами легко, местами приходилось продираться и спотыкаться через повествование. Интереса особого она не вызвала. Но, возможно, в этом нет вины автора, а просто с переводом мне не повезло. С одной стороны, я не увидела в книге какого-то сюжета. Вся книга - это сборник отдельных сцен из жизни, картинок, не очень связанных между собой, хотя в них фигурируют одни и те же герои. Характеры не раскрыты, предыстория непонятна, концовка тоже мне показалась скомканной, незаконченной даже. Кто все эти люди и что они здесь делают? Такое ощущение, что это только наброски, черновик задуманного произведения. Женские персонажи были похожи одна на другую и не изменялись, превращаясь из молоденьких девушек в достопочтимых дам за пятьдесят лет. Это сбивало с толку. С другой стороны, что-то всё таки держало, раз я не бросила эту книгу на середине (участие в игре?) Любопытнее всего было читать про Англию, её быт, моду, нравы и их изменения на протяжении полувека. Но это всё, за что я могла бы похвалить эту книгу.