Unsheltered

Нормальная читательская практика - охотиться за новинками от любимых авторов, без особого энтузиазма приглядываясь к незнакомым. Барбара Кингсолвер в моем рейтинге на уникальной позиции: еще не прочитав ни одной ее книги, не представляя кто она, как и о чем пишет, я оказалась в числе многих, кто - по поговорке - перевода "Демона Копперфильда", обещанного Анастасией Завозовой, три года ждет. Пока харизматичная Настя последовательно выводит на звездную орбиту сначала "Дом историй", теперь "Смысловую", Ирина Доронина уже перевела предыдущий роман писательницы. "Почему бы не составить представление по нему", - подумала я, и взяла.

Итак, "Бесприютные". Мы привыкли в глубине души воспринимать Америку страной с молочными реками и кисельными берегами, даже зная, что все не так, и что горе там не менее горькое, а слезы так же солоны, на подсознательном уровне видим в Штатах отчасти Барбилэнд. Однако у семьи Уиллы Нокс проблемы совсем не игрушечные. Журналистка и профессорская жена (самый, что ни есть, средний класс) в возрасте "под 50" оказывается без работы - закрылось ее издание; и без дома - не получил аккредитации университет, где муж преподавал политологию, земля колледжа отошла штату вместе с хорошеньким домиком, где они намеревались встретить старость.

Так совпало, что как раз в это время муж, Яно получил предложение работы в колледже, что в получасе езды от Вайнленда, где Уилла унаследовала тетин дом - "Редкая удача!" - подумали они. Всего лишь годовой контракт, но жить есть где. Радость была недолгой, потому что подрядчик, приглашенный оценить стоимость текущего ремонта, сказал, что дешевле будет снести, указав на отсутствие фундамента у пристройки и огромные трещины по фасаду. И как им жить здесь с только что вернувшейся с Кубы непутевой дочкой Тиг?Антигоной, вообще-то, папа у них грек. А в довершение злосчастий - сёстры Яно, осатанев от придирок и капризов их отца, подкинули Уилле свекра - ваша очередь о нем заботиться.

Дед кого угодно до белого каления доведет: с букетом болячек от диабета до рака, на кислородных баллонах, но при этом не прекращает смолить вонючий табак, а его громогласные, по причине глухоты, расистские ультраправые высказывания отдают каменным веком. Какое счастье, что сын их радует. Зик красавец и умница, выпускник Гарварда, строит карьеру и готовится стать папой. Они с Хелин живут в Бостоне, невестка девушка экстра-класса, из богатой английской семьи, выпускница частной школы, красавица... И в момент таких утешительных размышлений, Зик звонит, чтобы сказать, что Хелин покончила с собой тотчас после родов. Мальчик здоров, да. Только как теперь жить?

Ситуация их золотого сына оказывается совсем не лучезарной. Он, вопреки уговорам родителей выбрать заштатный универ раза в четыре подешевле Лиги Плюща, стремился в Гарвард, оплачивал учебу сам, и теперь выясняется, что долг по образовательному кредиту порядка ста тысяч, а работает он пока только стажером без зарплаты. Родители Хелин настояли на открытом гробе для своей красавицы дочери, похороны дополнительно опустошили кредитные карты, а жить им с младенцем негде, люксовую квартиру следует освободить до конца недели. Ну и как тебе такое, Илон Маск?

Параллельно рассказу об Уилле и ее 33 несчастьях, в романе разворачивается история Тетчера, жившего в этом доме полторы сотни лет назад. Он точно так же переехал сюда, в унаследованный семьей жены, разваливающийся на куски, дом с женой, свояченницей Полли и тещей. Учитель "из простых", получивший возможность вырваться из слоя реднеков, и получить образование, благодаря участию в войне, он нипочем не получил бы в жены такую девушку, как Роуз, если бы ее сембя не разорилась. И вот теперь тащит на свою скромную зарплату двух женщин с весьма непростыми запросами. Сестренка жены славная девчонка, но теща настаивает на том, чтобы она была представлена обществу, что влечет нешуточные расходы. А дом разваливается.

Ага! - скажете вы, - Значит не так и разваливался, если полтора века простоял. И ошибетесь. Этот, который рушится сейчас, так же бестолково построен на месте того. разобранного. Просто какой-то домовой фатум. Однако безденежье и постоянные напоминания, что он не дотагивает до некоего стандарта - не единственные проблемы Тетчера. Он, убежденный дарвинист и преподаватель биологии не имеет права рассказывать ученикам об эволюционной теории и происхождении видов, городской "король" крайне консервативных взглядов, и попытка говорить на уроках правду будет стоить работы. Случайно он узнает, что соседка, которую считал престарелой чудачкой, тоже увлекается биологией и состоит в переписке с самим сэром Чарльзом Дарвином (!)

Первый человек, с которым молодой человек может говорить на одном языке в этой цитадели ортодоксии, к тому же, Мэри вовсе не стара и достаточно привлекательна. Нет, не ждите здесь тропа из "Обладать" Антонии Байетт, Кингсолвер разворачивает интригу в ином направлении, изящно сводя обе линии. "Бесприютные" поднимают рассказ о двух семьях из разваливающихся домов на метафорическую высоту истории человечества, которое не учится на ошибках и продолжает гнаться за фантомами, когда мир вокруг трещит и готов разлететься на куски.

Хорошая книга не дает однозначного ответа, скорее приглашая подумать и самим решить, но направление движения подсказывает. Эта по-настоящему хорошая.

Мне бы хотелось жить такой жизнью, чтобы она не оставляла за собой след из осколков.

2016 год. Семейство Тавуларис терпит бедствие. И писательницу Уиллу, и её мужа Яно, преподавателя, сократили, и они переезжают из Виргинии Городок Вайнленд, Нью-Джерси, в старый дом, полученный в наследство.

А тут ещё гражданская жена их сына Зика покончила с собой, оставив млаленца, и дочь Тиг находится на иждивении, как и Ник, очень больной и очень неполиткорректный отец Яно.

Дом между тем трещит по швам, то и дело обваливаются потолок или стена, и Уилла, надеясь получить грант на сохранение постройки, если та окажется исторически значимой, принимается искать информацию о предыдущих владельцах.

Кингсолвер использует переплетение временных линий 2016 и 1875 годов, чтобы проследить за жизнью двух семей, живших в одном и том же доме с разницей в почти полтора века.

Также автор вводит реально существовавшего человека — Мэри Трит, натуралиста и энтомолога, корреспондента Чарльза Дарвина. Главы с ней — украшение романа.

Социальные потрясения, споры о Боге и эволюции, политические противостояния (президентская гонка Трампа), а под всем этим — семейные узы, любовь, отчаяние, рухнувшие надежды и планы.

Ранее я читала у Кингсолвер лишь «Фасолевый лес», оставивший меня в недоумении. Этот же роман понравился намного больше, хотя всю политическую линию хотелось пропустить.

Дом, не имеющий фундамента, рано или скоро обрушится. Так и в жизни. Нужно какое-то основание, хотя бы маленькая подушка безопасности, иначе рискуешь остаться без приюта в наше равнодушное время.

ПС Не сразу заметила любопытную вещь — последние слова каждой главы дают название для следующей.