Джеральд Даррелл. Путешествие в Эдвенчер

Казалось бы, читать и писать биографию такого человека как Джеральд Даррелл – это лишнее. Мы и так все знаем об этом человеке. И про его безмятежное, счастливое детство на Корфу, и про его безумную, прекрасную семью, и про его экспедиции, и про его работу по спасению редких и вымирающих животных, и про зоопарк на острове Джерси. Мы все это читали, и смотрели, и путешествовали вместе с ним, и что нового нам могут рассказать? Большой бородатый добряк с огромным сердцем и обаятельной улыбкой.

Ну, я бы назвала это небольшим холодным душем. Никогда и никому не помешает взгляд со стороны. Нет, я совсем не имею в виду разоблачительные биографии с рефреном «А Мусоргский – бухал!», но все же интересно понять, что же это была за личность? Личность была разная. Что неизменно и было всегда – это живейший интерес к животному миру (о как получилось!), интерес настоящий, не искусственный, нескрываемый и искренний. Любовь и забота пришли позже, с взрослением. Во время первых экспедиций, в которых Джеральд участвовал как зверолов, великая забота о сохранении редких видов еще не приходила ему в голову. Ни в коей мере не смею осудить его за это, за прошедшие шесть десятков лет изменился и мир, и мораль, во многом именно благодаря работе Даррелла. Но к пониманию этого надо было еще прийти.

Даррелл – человек безумно обаятельный. И безумно прагматичный. Этого мы не увидим в его книгах, читатель любит слегка дон кихотов. На самом деле он очень хороший психолог, и знает не только звериную, но и людскую психологию, а уж читательскую-то вообще отлично. Уже в самых первых книгах он понимает, что для повышения интереса в книге должны в равных долях присутствовать описания животных, немного информации и юмор. И верно, именно эта смесь и делает его книги такими притягательными. Впрочем, ирония была свойственна ему всегда.

В книге довольно подробно рассказана история создания на острове Джерси Даррелловского зоопарка. Далеко не лучезарно и далеко не просто. Можно найти единомышленников, можно составить программы, можно отправиться в экспедиции и наловить зверей. А потом надо выживать, а это не просто. Ни один зоопарк не может жить на доходы от посетителей, расходы растут, а ресурсы ограничены. Благотворители не спешат расставаться с деньгами. Остается один выход – продолжать писать книги. Я даже не подозревала, с каким трудом давались Дарреллу книги, написанные в середине 60-х, они такие же искрометно веселые и остроумные. Но исчезла радость созидания, появилось неумолимое «надо», сроки, договоры. Тяжело, не пишется, но других источников денег нет. Можно участвовать в съемках, все это отнимает время от основного увлечения жизни – от зверей. Постепенно и семейная жизнь Даррелла дала трещину. Его жену Джекки можно понять, тяжело все 24 часа в сутки жить в зоопарке, проблемами зоопарка. «Звери в моей постели» - это точная метафора. А проблем в зоопарке было множество. В частности долгое время вынашивалась мысль отстранить Даррелла от непосредственного руководства зоопарком, оставив ему лишь представительские функции – имя, обаяние, всемерное уважение, выступления и лекции, но без реального дела. И то сказать, деловые качества Даррелла –администратора оставляли желать лучшего, а уж бороться с простыми человеческими слабостями он просто не собирался.

В общем, скажу я вам, жизнь Даррелла была долгой, сложной и совсем не простой. Может быть и не стоило обнажать всю подноготную, но для меня книга в отношении Даррелла ничего принципиально не изменила… Слишком велик был запас огромного влияния Джеральда Даррелла, его личности, его книг. Слишком хорошо я к нему относилась и отношусь.

PS

Ужасно долго читалась эта книга… Потому что то и дело отрывалась от нее и читала, а что же сам Даррелл пишет об этой или о той истории. А что не прочитала во время чтения биографии, то все равно буду перечитывать

Книга хорошая, хотя и весьма субъективная. Я вообще не люблю биографии, написанные авторами после смерти тех, кому посвящены подобные книги. Автор этого "Жития", не забыв спеть дифирамбы себе, любимому, безусловно, постарался выглядеть объективным, но на мой взгляд, это ему, если и удалось, то довольно плохо.
Джеральд Деррелл, конечно, гигантская историческая фигура. Человек, получивший весьма скромное образование, смог не просто прославиться на весь мир, популяризируя зоологию, но и внес огромный вклад в сохранение и защиту самых разнообразных представителей фауны.
Я поостерегусь давать оценку написанному именно в этой книге, так как сегодня каждый из нас может судить исключительно субъективно о том, что прочитал, но тем не менее, прекрасный язык изложения и сам факт масштабности главного персонажа данной биографии заставляют историю буквально заглотить залпом.
Вряд ли хоть где-то найдется человек, биография которого будет пестрить лишь красивыми и правильными поступками. И еще меньше вероятность того, что хотя бы кто-то из нас захотел бы, чтобы не самые приятные вехи наших биографий стали доступны широкой общественности. С этой стороны я очень хорошо понимаю господина Боттинга, написавшего историю жизни Джеральда Даррелла. Он максимально старался смягчить каждый подобный момент, ввиду чего и появилось странное послевкусие от прочитанного.
Описание довоенного периода безумной семейки Дарреллов - это нечто! Автору удалось сделать его настолько живым и ярким, что невольно проникаешься ощущением личного знакомства с каждым персонажем. Подобное притягивает подобное - это точно о них! Целая семья раздолбаем с абсолютно пофигистичным отношением к жизни - наверное, именно в таких условиях и мог вырасти человек, не способный пройти мимо хоть какого-то живого существа.
Все, что происходит с Джеральдом в дальнейшем, совершенно точно обусловлено теми обстоятельствами, в которых он рос. Спокойное отношение к алкоголю, неспособность разумно расходовать средства, невероятная тяга к путешествиям и легкость, с которой менялись места жительства. Такое ощущение, что все Дарреллы спешили жить, не оказался исключением и самый младший из них.
Думаю, что эту книгу имеет смысл читать тем, кто явно симпатизирует Джеральду Даррелу, кто любит все то, что он оставил после себя. Для тех же, кто хочет более объективной информации, пилюли без "сахарной облатки", наверное, стоит поискать другие источники информации. Я совершенно не жалею, что прочла биографию в версии лайт. Она действительно интересна, увлекательна и по-своему трагична.
Что тут еще скажешь? Жизнь прожить, не поле перейти, мда...

Если вы любите Джеральда Даррелла так же как я, слегка обежествляя - то можете смело читать эту биографию. И скрупулезно собранные факты, и цитирование произведений "обследуемого", и уточнения моментов, которые намеренно были скрыты Дарреллом, как превосходным психологом, понимающим дозированность откровений - никогда не переходят грань, за которой все может превратиться в перетряхивание грязного белья.
А вот для того чтобы познакомиться поближе с ним, с его семьёй, с делом его жизни - очень полезно почитать, заодно избавившись от некоторых иллюзий, но не разочаровавшись.

Непросто это написать о том, кто стал символом и оберегом. О том кто столько сил отдал популяризации охраны, численному восстановлению популяций и разведению диких животных в условиях неволи. Одно дело занести тех кого мы обрекаем на вымирание своим существованием и жизнедеятельностью в Красную книгу, создать заказник, разработать законы охраны и т.д. И совсем другое - осознать и донести до нас, что многие из этих животных уже не в состоянии жить на воле. По разным причинам: кого-то просто лишили ареала обитания, кто-то не может восстановить популяцию в связи с малочисленностью, кто-то просто уже не может выжить в сложившейся экосистеме... Да мало ли причин, о которых мы , как не специалисты, даже не подозреваем?
А сколько надо провести исследований, изобрести и воплотить для того чтобы животные могли существовать, а хотелось бы и чтобы комфортно, в зоопарках? Как из кормить, как расселить, как ухаживать, лечить, наконец какое жилище им придумать? Список вопросов можно продолжать бесконечно.

Все это вступление написано как раз для того, чтобы понять феномен этого человека. А книга поможет осознать как он стал таким - человеком, подарившем исчезающим и совсем даже нет животным надежду, а нам с вами возможность искупления.
О том как он сначала любил наблюдать, потом собирать, определил для себя цель в жизни. О том как начинал работать в Уипснейде "студентом-смотрителем", как совершил своё первую экспедицию, как пришёл опыт сын ошибок трудных, как появилась мысль о своём поместье-зоопарке, о том с какими трудностями столкнулся, как стал писать... А так же о том, как постоянно не хватало денег, как приходилось выживать, как то, что сначала приносило удовольствие ( написание книг ) стало тягостным, но необходимым. О том как разрушилась его семья, о том как его хотели использовать лишь как лицо "фирмы". О том как пришла усталость и болезнь. О том что было в самом начале, в юности и стало лишь воспоминанием...

Это правдивая, но и в меру деликатная книга совсем не разочаровала меня в личности Джеральда Даррелла и в его семье - такой буйной и неординарной. Многое, очень многое я узнала из книг Джерри, он был моим любимым писателем-натуралистом с самого раннего школьного возраста, его книги я собирала уже повзрослев. Дуглас Боттинг сделал практически невероятную вещь - он подробно рассказал о достоинствах и слабостях всего семейства, но только приблизил и сделал их ещё привлекательнее для меня. Это как ещё одно путешествие со старыми знакомыми, как ещё одна встреча после долгой разлуки, как доверительная беседа радостная и печальная одновременно.

Биография — единственный жанр, не считая трагедии, где читатель уже в начале знает, что ГГ умрет. Тем не менее, именно эта книга может стать (и стала для меня) спасением от пессимизма — биография человека, который попытался изменить мир к лучшему, и у него получилось.

Даррелл развернул людей лицом к своей идее, которая казалась правильной сначала только ему одному:

И, хоть это и невероятно, его услышали. Мало того, поддержали. Не верится, что это могло оказаться под силу всего одному человеку, каким бы харизматичным он ни был — но в том-то и магия, что это реальность.

Добрая половина биографии излучает бесконечный оптимизм, юмор и жизнелюбие, поскольку состоит из фрагментов книг самого Даррелла о его детстве на острове Корфу. Но у меня нет никаких претензий к обильному цитированию, очень была рада ещё раз окунуться в это море счастья, воздействие — исцеляющее.

Вторая половина, где, увы, много алкоголизма, депрессии и болезней, показывает не только факты биографии, но и цену победы.

Интересны были главы с описанием поездок Даррелла по СССР.

Прочитала нелегко.

Ну, то есть я давно уже большая девочка и прекрасно понимаю, что художественные книги - даже художественная документалистика - и реальная жизнь заметно отличаются друг от друга. Тут для меня не было сюрпризов. К тому же о Даррелле я уже немало знала и до этой книги. Но всё равно очень трудно было читать о закулисной жизни человека, который в своих книгах предстаёт таким весёлым, жизнерадостным, непотопляемым, лёгким, словно звенящим.

Да он и был такой! Для публики, для друзей - но не для себя. И к сожалению, не для своих жён - хотя зачем тогда нужны жёны, если нельзя быть с ними самим собой. А в душе у этого весёлого, жизнерадостного, лёгкого человека было порой очень темно. Быть мудрым и сознательным вообще очень тяжело. Слишком многое ты видишь, слишком о многом знаешь и слишком многое можешь предвидеть.

Грустно, конечно, читать о реках алкоголя, погубивших не только Джеральда, но и Ларри, и Лесли. Весёлое детство на Корфу не прошло даром во всех отношениях - оно дало Дарреллу всё то, что сделало его знаменитым, но оно же в том числе подарило и вот это безумное пристрастие. Не будь в его жизнь столько алкоголя, кто знает, может, год назад мы бы отпраздновали его 90-летие.

А может, он и до 70 лет бы не дожил, не в силах победить этот мрак в душе, кто знает.

Книга на мой взгляд не безупречна, не совершенна. Автор очень похвалил самого себя в предисловии, сказав, что он, пожалуй, единственный, кто сумел так глубоко проникнуть во внутренний мир Джеральда Даррелла, но честно говоря, по-моему, он свои заслуги приукрасил. Работа проделана глубокая, изучено множество документов, включая давние, и это очень ценно, но есть немало эпизодов, в которых остаются недосказанности. Скинут факт - и... И всё. Ни рассуждений на эту тему, ни мнений друзей и родных, ничего. Плюс, как мне показалось, переводчик поработал так себе. Русский текст коряв, хотелось бы большей тщательности. Это минус.

И всё же я очень рада, что прочитала, хотя мне было трудно и слёзы стояли на глазах последние страниц триста. Хотя и разные слёзы - и горькие, и трогательные. История любви Джеральда к Ли Макджордж совершенно потрясающая. Удивительно, но об этой женщине не так уж много известно у нас в России. Честно говоря, до чтения этой биографии я и сама не знала о ней. Я читала не все книги Даррелла - хотя теперь я планирую постепенно прочитать всё, что можно найти по-русски! - а она появляется лишь в последних (и не самых удачных по мнению критиков). Русская Википедия, кстати, тоже ничего не пишет о Ли. Она упомянута в статье о самом Даррелле как вторая жена, но статьи о ней на русском нет. Она есть лишь на трёх языках: английском, французском и - малагасийском! Последний язык, конечно, не случаен - если прочесть эту книгу, это станет совершенно понятно.

Дальше...

На меня произвели очень хорошее впечатление рассказы о том, как Даррелл писал свои книги, особенно о Корфу. Я не люблю вот этих охов-вздохов над подобными книгами о том, правда там описана или нет. Литература и не должна быть абсолютно документалистичной! Тогда это не литература, а дневники, это другой жанр, он имеет полное право на существование, но это совершенно другая вещь! Наоборот, именно тщательная литературная переработка действительности делает книгу такой прекрасной, как трилогия о Корфу. Да, Ларри в те времена жил отдельно от семьи и с женой. Да, у Лесли и Марго были любовные связи, а Мама пила намного больше, чем упомянуто в книгах. Ну и что? Разве книга об этом? Разве цель её была - описать досконально жизнь Дарреллов на Корфу? Конечно, нет. Джеральд Даррелл знал, чего он хотел - он спланировал это и добился этого. Это потрясающий пример профессионализма.

Каюсь, я какое-то время находилась под общим предубеждением, что Джеральд Даррелл по сути не является настоящим писателем. Дескать, и писать-то он стал, только чтобы денег заработать, и книги его - так, не высокая литература, а словно баловство. Надо сказать, это мнение при определённых условиях действительно может показаться правдивым. Какие же это условия?

Во-первых, Даррелла нельзя читать наспех! Я убедилась в этом сполна, когда начала читать детям "Моя семья и другие звери" вслух. Хотя я не раз до этого перечитывала эту книгу, но начав неспешное чтение вслух, я была безмерно удивлена. Это же невероятно художественно! Потрясающие пассажи, которые я вроде бы прочитывала, вроде бы все понимала, на самом деле я всегда пробегала глазами слишком быстро - а они просто великолепны. Это настоящие картины, подробные, яркие, манящие. А сколько юмора буквально в каждом предложении - даже там, где вроде бы автор и не думал шутить.

Во-вторых, Даррелла надо уметь переводить. Буквально за пару дней, до того, как я открыла эту книгу, мне попался пост Антона Носика о "кастрации" Джеральда Даррелла. Там совсем немного примеров - но насколько они показательны. Даррелла переводили разные авторы, так что каким-то книгам повезло больше, а каким-то сильно меньше. С английского вообще переводить трудно. Наверное, с любого языка непросто, но с английского особенно - хотя бы потому, что это самый "известный" большинству людей язык (понятно, почему беру в кавычки?). Переводить английский юмор сложнее во сто крат. А Джеральд Даррелл, хотя по сути никогда не являлся резидентом Великобритании, в языковом плане был англичанином до мозга костей.

Ну и в-третьих, действительно книги у Даррелла очень разные, есть и не очень удачные - всё зависело от того, в каких условиях он писал. Так что при определённых условиях его литературное творчество действительно может показаться... - ну, скажем, не самого высокого класса. И даже есть мнение, что Лоуренс Даррелл, считающийся одним из лучших английских писателей XX века (хотя его творчество - ну очень на любителя!), относился к книгам младшего брата свысока, снисходительно. Собственно, что мнение - сам Джеральд в своих книгах время от времени это вскользь упоминает.

Но на самом деле Лоуренс оценивал литературу брата очень высоко, а местами даже выше, чем своё творчество. И опять же вопреки впечатлению, которое складывается по трилогии о Корфу, между старшим и младшим братьями была тесная духовная связь на всю жизнь.

Очень приятно было узнать, что Джеральд Даррелл сохранил дружбу с Теодором Стефанидесом на всю жизнь. В финале трилогии этот вопрос - а встречались ли они после войны - остаётся по сути открытым. Джеральд не смог проводить друга в последний путь - он как всегда был в отъезде. Вот что написано в книге об этом:

Благодаря Джеральду Дарреллу бессмертие обрёл не только Тео. Его любовь к близким, друзьям и, конечно, к животным была так сильна, что он подарил им и нашу любовь - пока мы будем читать об этом. И разве можно поверить, что самого Джеральда нет уже более двадцать лет? Кажется, он будет с нами всегда.

На фото - памятник Джеральду Дарреллу в Керкире, столице Корфу. Под барельефом цитата: "Корфу, сад богов".

Слышала из разных источников, что это не очень хорошая и субъективная биография, что она, мол, разрушает миф о книжном Даррелле, этаком неунывающем Индиана Джонсе зоологии. Однако мне книга понравилась, и читалась она очень быстро. Безусловно, интереснее всего было узнавать об экспедициях, на основе которых и писались его книги. О том, как человек даже не закончил школу, а сделал больше, чем добрая половина напыщенных научных «светил». О его первых шагах, формировании Джерсийского зоопарка и Фонда защиты дикой природы.

Это книга о человеке с большой мечтой, которая его во многом и угробила. Хотя так, как правило, и бывает. Многие его проблемы вроде болезней, выпивки, вспышек гнева, депрессий, неспособности оставаться в одиночестве и т.д. исходят из того давления и ответственности, которые он ощущал на себе. Для меня реальный Даррелл, который, кстати, писал вовсе не из-за любви к литературе, а ради зарабатывания денег и рекламы своего Фонда, стал еще ближе, чем литературный Даррелл. Ну а инфантильным товарищам, которые все боятся в чем-то разочароваться, лучше не читать ничего).

Показательна и история Даррелла с Корфу, куда он несколько раз возвращался в уже зрелом возрасте и ужасался тому, как изменился его остров, в том числе из-за туристов. И он, конечно, не мог не осознавать, что во многом наплыв людей вызван бешеной популярностью его же собственной трилогии об острове.

Единственное, что мне не очень понравилось, так это то, что Боттинг цитирует очень много личных писем Даррелла. Это уже слишком. Конечно, сложно говорить о Даррелле без его двух жен, ведь на женщин в жизни он полагался оочень сильно. Но мне кажется, что часть этих писем можно было опустить. Как-то биограф слишком увлекся.

Для меня, пожалуй, главный вопрос, оставшийся, после чтения, таков: кем же все-таки является человек? Является ли он активным разрушителем окружающей среды и животного мира (и в этом случае многие обличительные речи Даррелла очень актуальны)? Или же все-таки человек – еще одна сила эволюции и все уже не так просто? Ведь эволюция и естественный отбор – весьма жестокие вещи. Конечно, такие размышления никак не обесценивают главную цель работы Даррелла – сохранение исчезающих видов, разведение их в неволе и, главное, попытка вернуть новое потомство обратно в живую среду. Но при этом в перспективе, конечно, возникает множество этических вопросов, на которые без достаточной практики пока трудно дать ответы.

За время чтения я пересмотрела кучу фотографий, особенно из его первых экспедиций. Теперь хочу посмотреть и документальные фильмы с ним и перечитать книги).

_______________________________________

Трудно найти человека, который не читал книг Джеральда Даррела, с ними, кажется, вырос почти каждый российский ребенок. Истории про пережевывание шпината и про маленькую добычу, про жен фона Бафута и про муравьеда в саду были отменно написаны и заполняли дефицит очень простой, понятной, доброй и познавательной детской литературы.

Тем более удивительно было узнавать из биографии о самом Джерри, о человеке, стоящем за этими всеми тридцатью семью книгами о животных. Далеко не таком весёлом, как я привыкла думать. Не таком добром. И уж точно не таком счастливом. И совершенно точно мало когда трезвом.

В свои первые экспедиции он вложил отцовское наследство и жил едва ли не впроголодь, формального образования не получил никакого (серьезно, парень не осилил и младшей школы!), мамка его пила, хотя в остальном была добрейшая женщина, а один из двух братьев принадлежал к типу обидчивых и бездарных великовозрастных лоботрясов и развлекался стрельбой по всему, что движется, но даже и в этом не был особенно талантлив.
Джерри был застенчив, страдал то депрессией, то малярией, регулярно уходил в запой и пытался сладить с чередой разочарований, в которую стремилась превратиться его жизнь. В отношениях с его женой Джеки все ни шатко, ни валко двигалось от одного конфликта к другому, и, кажется, он всё-таки был очень одинок и непонят.

История очень трагической судьбы, на самом деле, ну кто бы мог подумать об этом всём, читая его книжки!

“Разведение морских коньков в неволе не увенчалось безусловным успехом. Но это был лишь первый шаг. В конце концов, ведь морским конькам не угрожает исчезновение. Море вокруг Корфу кишит ими. А у мальчика впереди еще много времени. Джеральду всего двенадцать лет. Перед ним еще вся жизнь, в которой будет много животных. Перед ним вечность”.

Я должен был прочитать эту книгу. Где-то в глубине души, я знал, что что такая книга должна появиться. Поэтому, когда я впервые взял ее в руки (а это было в декабре 2023 года на книжной ярмарке Non-Fiction в московском Гостином Дворе), то и удивился и не удивился одновременно.

Кто были родители Даррелла, чем они занимались? Почему он родился в Индии? Почему они переехали на Корфу и почему уехали с этого острова? Что было с его отцом, почему его не было на Корфу? Что он делала во время Второй Мировой войны? Что стало с его братьями и сестрой? Чем прославился Ларри, его старший брат? Правда ли, что Джеральд Даррелл все время пил? Кто финансировал его зоопарк на Джерси? Как ему пришла идея приехать снимать фильм про заповедники в СССР? Насколько вообще он был известен в мире?

У меня было много вопросов о жизни Джеральда Даррелла. С ним меня связывало многое. Первую его книгу (а это была “Поймайте мне колобуса”) я прочитал лет в 9. Ее купил и прочитал мой старший брат, это был веский аргумент для меня.

Помню, что в предисловии профессор Флинт писал, что он завидует тем людям, кто впервые будет читать книги Даррелла. И я подумал, что я как раз и есть тот самый человек. Не помню содержание книги, помню, что она мне очень понравилась. Потом была толстая синяя “Моя семья и другие звери”, которую я читал много раз и много лет.

Когда Даррелл приезжал в Москву мне было 11 лет, это было лето 1985 года. В этот момент я уже испытывал волшебные вибрации, когда слышал имя Даррелла. О приезде я узнал постфактум, немедленно съездил в зоопарк и нашел клетку с подаренными им зоопарку пары белых ушастых фазанов (White eared pheasant). На клетке висела табличка о том, что это подарок Джеральда Даррелла. Где-то сохранились мои фотографии этих фазанов. Приходя в зоопарк в следующие годы, я всегда навещал этих фазанов. Готовя этот текст, заинтересовался последующей судьбой этих птиц. Нашел ежегодный журнал Джерсийского фонда за 1988 год. Интереснейшее чтение, рекомендую. Среди всего прочего, там приведена таблица с всеми животными, которые были подарены различным зоопаркам мира. Сколько подарили, сколько из них размножилось, сколько особей выжило на текущий момент (на 31 декабря 1988 года). Московскому зоопарку подарили пару фазанов 17 июня 1985, на 31 декабря 1988 года выжил только один, потомства не было.

Магия Даррелла заставила меня искать его книги на английском. В середине 80-х годов в СССР это было сложно. Я все же нашел книгу “My family and other animals”, которая была выпущена советским издательством для студентов. Я честно письменно перевел оттуда предисловие и половину первой главы. С бумажными словарями. В этот момент мне было лет 12. Потом я написал письмо в Джерсийский фонд, но ответа не получил. Наверное, напутал с адресом. Адрес я узнал из русского перевода, и он также был переведен на русский. Поэтому я вынужден был переводить его обратно на английский.

Потом по телевизору показали 13-серийный фильм “Даррелл в России” с озвучкой Николая Николаевича Дроздова. Все серии я не смотрел, но кое-что видел.

В конце 80х-начале 90х годов я регулярно покупал иностранные газеты и журналы, в том числе журнал Time. Я покупал его в киоске раз в неделю, сейчас уже не помню точно где, то ли в на Страстном бульваре, то ли на “Соколе” (где еще продавали “Коммерсант”), то ли на Кузнецком Мосту. Журнал я читал чрезвычайно внимательно и все статьи подряд. Особенно мне нравились детали, небольшие заметки. И как-то раз, в конце 1990 года, в разделе Milestones я прочитал о смерти Лоуренса Даррелла, в возрасте 78 лет. Оттуда же я узнал, что Лоуренс в течение 45 лет переписывался с Генри Миллером. “Ларри”, подумал я, “тот самый, старший брат. А я только несколько лет назад познакомился с ним, когда ему было 20 с небольшим лет”. Очень мне запомнилась эта заметка. Если владельцы Time ничего не поменяли, она все еще доступна в открытом архиве журнала. Собственно, и о смерти Джеральда я узнал, по-моему, тоже из Time, вот с этой страницы. Впрочем, могу ошибаться. Это была зима 1995 года, тогда много всякого происходило и в стране, и у меня в жизни, всего не упомнишь.

Короче говоря, влияние Даррелла на мою жизнь в определенный момент было очень велико. С возрастом у меня появились другие интересы, институт, работа, семья и Даррелл ушел на второй план. Книги его я не перечитывал, но имя помнил, и что-то внутри отзывалось, когда оно мне встречалось в том или ином контексте. Подросли дети, какого-то особенного интереса к Дарреллу, как и ко многому тому, что поражало и вдохновляло меня в их возрасте, у них не было. Как и любому отцу, мне это было неприятно, но поделать с этим я ничего не мог. Другое время, другие форматы и объемы получения информации. Да и дети - это тоже другие, отличные от родителей, люди, как ни тяжело в этом признаваться.

И вот я обнаружил книгу Боттинга. Удачно попав в больницу в середине декабря, я прочитал ее за неделю. Ну что сказать, времени не жалко. На большинство моих вопросов нашлись ответы. Да на все вопросы, чего уж там, включая не заданные или появлявшиеся по ходу чтения.

Автор, Дуглас Скотт Боттинг, оказался толковым профессионалом. Несмотря на то, что сам он с Дарреллом никогда не встречался, книга получилась хорошей. Кому-то она покажется слишком объемной, но я, когда читал, был счастлив, что книга все не кончается и не кончается. Перед глазами неспеша проходит вся жизнь Джеральда, с подробностями, но без особенных отступлений в сторону. Огромное достоинство книги - громадное количество цитат. Прежде всего из самого Джеральда Даррелла, но также из воспоминаний и интервью людей, которые пересекались с ним в разные моменты его жизни. Благодаря цитатам, я как бы снова перечитывал его книги, пробуждались старые воспоминания и ассоциации. И появлялись новые, все-таки есть разница между десятилетним и сорокадевятилетним читателем, пусть даже это один и тот же человек.

Цитируются не только книги Даррелла, но и его письма к первой жене (Джеки), второй жене (Ли), родителям Ли, в которых он рассказывает смешные истории, объясняется в любви, описывает детали своих поездок. В итоге, вся книга пронизана самим Джеральдом, постоянно звучит его речь от первого лица, а его близкие и знакомые дополняют те или иные события. А автор лишь аккуратно связывает высказывания всех этих людей в хронологические и тематические цепочки, а также в виде текста от автора объясняет контекст тех или иных событий. Но сам старается не делать однозначных утверждений, что так любят делать писатели исторических книг.

В течение всей книги автор не забывает о главное своей задаче - рассказать историю жизни известного, любимого миллионами людей человека, который написал больше десяти бестселлеров о своей жизни. Эту сложную задачу Боттинг решил успешно, именно за счет ухода на второй план и выступая в роли максимально беспристрастного журналиста и бесстрастного компилятора мнений.

Перевод на русский оказался на удивление приличным, насколько вообще перевод может быть приличным. Резало глаз не так много фраз. Где-то через две трети книги внезапно стало казаться что то ли автор, то ли переводчик, то ли они оба, стали уставать. Как стало “пустовато”. Но ближе к 80-м годам (последняя треть книги) положение стало исправляться, читать стало интереснее. Впрочем, на это субъективно повлияла глава про поездку в Россию. После этой главы я понял, насколько во всех смыслах далеко от Даррелла (а, возможно, и от множества англичан, да и не только англичан) был Советский Союз. Как он (да и Боттинг тоже) был потрясен, что почти все вокруг читали и любят его книги, включая часовых около Кремлевских ворот и милиционеров. И почти все, что он увидел в СССР было новостью, и хорошее, и плохое, и странное. Но Даррелл был сфокусирован на животных и их охране, а кроме того был закален десятками экспедиций в самых странных местах земного шара. И это позволило ему сделать вывод, что работа с охраной животных организована в СССР на очень высоком уровне. И other Russians (отличные от военных, марширующих по Красной Площади, и стариков в старомодной мешковатой одежде, стоящих на Мавзолее) - очень приятные, радушные, самоотверженные люди.

Интересно, что внезапно я увидел в этой книге дополнительные плоскости.

Это книга про стартап, но при этом, слава Богу, в ней нет слов EBITDA, питч, юнит-экономика, удовлетворенность клиентов и подобный шлак. Зато очень наглядно иллюстрируются такие понятия, как стратегическое видение (цель Даррелла - распустить свой фонд и зоопарк! в тот момент, когда не будет вымирающих животных!), методы подбора сотрудников, вовлеченность основателя в свое дело, упорство в достижении цели несмотря ни на что, как “вербовать” и убеждать стейкхолдеров, как проводить фандрайзинг и т.д.

Далее, сам Даррелл в этой книге дает мастер класс как писать книги и как выступать перед аудиторией.

А еще, тут много красивых и, часто смешных, описаний разных далеких мест (Большой барьерный риф, Мадагаскар, Маврикий и множество других).

А еще тут есть романтические любовные письма, ссоры, две свадьбы и один развод.

Получается множество книг в одной.

Если вы читали хотя бы пару книг Даррелла и вам они понравились, думаю, что почитать эту книгу. Если вы ничего не читали, то предлагаю попробовать прочитать “Моя семья и другие звери” для начала. А дальше сами решите.

“Я видел тысячи закатов и восходов, На земле, где растут тропические леса и вздымаются к небу горы. Залитые солнечным светом; Я видел тысячи лун...

Я чувствовал на своем лице нежный и мягкий, словно дыхание возлюбленной, ветер; чувствовал ветер, который нес в себе ароматы тропического леса, запахи миллионов цветов...

Я слышал тишину: Горячую, трепещущую тишину, когда все замирает под палящими лучами солнца; Тишину, которая повисает в зале, когда отзвучат последние аккорды великой музыки...”

Он ушел, но все это осталось с нами”.

Сегодня, 7 января 2024 года Джеральду Дарреллу исполняется 99 лет. Happy birthday, Mr Durrell!

Мои родители, как и многие их ровесники, выросли на книжках Даррелла, которые были очень популярны в СССР — рассказы про животных казались властям безопаснейшим чтивом из возможных. Мама даже писала ему письма. Следуя семейной традиции, в моем детстве тоже было много Даррелла. Его биографию я всегда представляла по описаниям к советским изданиям книг, где в каждом томе было сахарное предисловие о его святости и величии.

Книга Боттинга, к счастью, не такая. Она полностью опровергает стереотип, что человек, который любит животных, обязательно либо выжившая из ума старуха, либо блаженный веган. Зоозащитник в массовом представлении должен бороться за сохранение каждого живого существа, ни в коем случае не носить мех, не есть животных и быть святее матери Терезы. Ни одного этого качества у Даррелла отродясь не было. Мало кто знает, что великий натуралист был вообще-то неплохим охотником и перепробовал не меньше животных, чем спас (по собственному признанию, он ел крокодила, гиппопотама, различных крыс, бобра, игуану, дикобраза, чаек, лошадей, страусов, лебедей, пингвинов, термитов, саранчу). Прежде чем придумать разводить редких зверей ради их спасения, он построил успешную карьеру коммерческого ловца — прекрасно осознавая, что большинство зоопарков на тот момент мало чем отличались от пыточных. Многим может показаться циничным, что он не плакал над каждой погибшей мармозеткой, но сентиментальность — не лучший ориентир для глобальной зоозащитной миссии: «Нельзя быть сентиментальным и содержать зоопарк. Вам все равно придется кормить животных животными». Такой прагматичный подход помогал двигаться к рациональной цели — сохранить вымирающие виды живьем, а не в виде чучел.

Главным достижением Даррелла стало создание зоопарка не ради людей, а ради зверей, где исчезающие виды можно разводить с целью дальнейшего расселения в местах их естественного обитания. Основанные им на Джерси зоопарк и Фонд охраны дикой природы успешно работают до сих пор, и именно им мы должны быть благодарны за все книги Даррелла, потому что человек, которого мы знаем, в первую очередь, как писателя вообще-то ненавидел это занятие и писал только ради денег.

Благодаря Дарреллу идея сохранения вымирающих видов стала общепринятой концепцией — даже вести перечень редких животных он начал аж за 20 лет до появления Большой Красной книги. Но Даррелл не всегда считал, что существует фундаментальный моральный закон, согласно которому все живое имеет право на существование и равное отношение. Например, однажды при ловле детеныша бегемота он застрелил его мать, а в первых своих экспедициях с пренебрежением относился к жителям колоний, принимая их почти за рабов. Все это лишь свидетельствует о том, что человек не может сразу иметь «правильную прошивку», взгляды и ценности Даррелла не появились сами по себе, они формировались со временем, под влиянием обстоятельств, над которыми он взял верх. После той бегемотихи натуралист заручился больше никого не убивать, а проведя много времени с африканцами, нашел среди них много друзей.

Что всегда было неизменно в его жизни, так это пристрастие к алкоголю. Он пил с самых юных лет каждый день. Многие биографы тактично обходят эту тему, в одном отечественном издании я прочла восторженный отзыв о приезде Даррелла в СССР и о том, какую героическую экспедицию провел наш герой, снимая фильм о джейранах в Узбекистане. Естественно, автор не упомянул о том, какой это был на самом деле захватывающий алкотрип (что всегда с удовольствием подчеркивал сам Даррелл). Путь его достижений всегда шел вопреки. Нигде не учился, но стал почетным профессором нескольких университетов. Женился вторым браком на женщине, которая любила не его, а его животных, но прожил с ней счастливейшие годы. Ненавидел писать, но стал одним из самых известных авторов 20 века. Отвергнутый всем зоологическим истеблишментом, смог стать влиятельнейшим натуралистом. Из далеко не самой благополучной семьи и собственных фантазий на эту тему создал портрет идеального семейства. Он не вёл святую жизнь, но исполнял священную миссию — спасал исчезающие виды животных, гибнущие по вине человека.

Любовь к животным была движущей силой для Даррелла и одновременно причиной его саморазрушения. Этот человек тяжело переживал осознание своей миссии. Ему постоянно казалось, что сделано недостаточно - он сравнивал свои достижения с попыткой срыть Эверест чайной ложкой. Угнетаемый скоростью уничтожения человеком окружающей среды, Даррелл регулярно впадал в отчаяние, испытывал вспышки гнева и обильно заливал свою депрессию алкоголем. Множество читателей и биографов не готовы принять великого натуралиста таким, каким он был на самом деле, и описывают его жизнь как святое писание. Но мне кажется, что излишняя идеализация героя отдаляет поклонников Даррелла от порыва повторить нечто подобное. Люди остаются безучастными к вопросам охраны окружающей среды, потому что не осознают, что могут сделать. Но боттинговская биография Даррелла говорит о том, что героем может стать каждый, потому что каждый несовершенен, и большинство боготворимых нами людей имеют множество недостатков. Джеральд Даррелл оставил нам подробную инструкцию, как сделать мир лучше. А Дуглас Боттинг помогает ее расшифровать.