Дальше ваш билет недействителен

Хемингуэй ... Свой образ чемпиона мира он довел до самоубийства. Мы все весьма падки до чемпионства, но американцы меньше других склонны признавать в человеке право на поражение.

В сравнении с мечтой мы все неудачники

- Жак, где ты был?

• Думал о тебе весь день.
• Вместо того чтобы прийти? У нас теперь что, садомазохистские отношения?

- Ох уж эти мужские дела! - сказал он почти нежно. - Место, куда мужчина помещает свое счастье, просто невероятно... Яйцам надо бы расти на голове, подобно короне.

Порой мы любим женщину, как инструмент обладания миром.

- Жак, что с нами будет, что будет? Это... в общем, это бесчеловечно - счастье... Не чувствуешь себя в безопасности...

• Может, утрясется...
• Как, по-твоему, может утрястись счастье?

- Ах, люди, люди, - с оттенком умиления в голосе прибавил профессор. – Уму непостижимо, во что они вкладывают понятие о чести. То, что болтается между ног, должно бы красоваться на голове, как корона.

- Мне страшно, Жак! Мне так хорошо с тобой, так хорошо, что я... ну да!.. все время жду чего-нибудь плохого.

• Не бойся и не думай, что жизнь потребует с тебя расплату за счастье. Жизнь - капризная штука, ей не поймешь, но бесспорно одно: ей все едино. Где счастье, где несчастье, она не разбирает. Идет себе, не глядя под ноги.

... все знают, что счастье — это коммунистическая пропаганда.

Я вспомнил о предупреждении Киссинджера: в случае удушения энергетических ресурсов, без которых не может обойтись Запад, война становится возможной…

"Жить" не значит дышать, страдать, ни даже быть счастливым, жить - это тайна, которую можно разгадать только вдвоем.

Хотя верность для меня - не контракт на эксклюзивное право, это понятие,стоящее в одном ряду с преданностью и душевной близостью

Есть мужчины, которые умирают, а потом продолжают жить любыми средствами.

Но ты плохо постарел. Остался молодым. Мужчины всегда плохо стареют, когда остаются молодыми…

... я хотел бы умереть прежде, чем умру плохо…

«Мужчины приходят ко мне, чтобы сделать пшик. Делают пшик и уходят. Мужчина – это быстро».

Пятьдесят лет — критический возраст, когда мужчина ищет новые поприща, дабы обеспечить себе устойчивое положение, которое не зависит от гормональных спадов.

Донжуанские списки — плод неуверенности в себе.