Инспекция. Число Ревекки

И мы выведем прекраснейшее правило: всякий способен на убийство, нужна лишь подходящая ситуация, которая вызовет эту необходимость.

Чести на войне не бывает, увы, среди какой бы воюющей нации мы её не искали. Все человеческие устои сминаются под этим мороком ужаса, который окутывает воюющих каждый день и каждый час.

Пропаганда– это единственное,  в чем преуспели все страны без исключения. И никакой человек не победит эту технологию.

А то у нас у всех как — у человека, я имею в виду, — это плохо, вот это тоже плохо. И всегда из-за кого-то. У нас из-за Запада, капиталистов проклятых. А у тамошних, у ваших, Россия вечно виновата. Да ведь на себя надо посмотреть сначала, на себя, всем! Вот, может, которые молодые, они придут, разберутся... Может, они за правду будут.

Глядите: одни — убийцы, другие — отупевшие жертвы! А человека нет, уже не важно оставаться человеком! Вот тебе и гуманизм. А ведь выбор есть, он есть, но никто им не пользуется. Кто будет сопротивляться этому чудовищу, которое мы, ты слышишь, мы же и породили! Оно давно уже выбралось из-под власти тех, кто его придумал...

Один выдумал, второй приказал, третий ограсил, четвертый пригрозил, пятый сделал ружья, шестой показал, седьмой убил. На другой стороне так же. Каждый делает свое дело, а всё вместе война. А за что война на самом деле? Об этом знает только тот, который приказывает, да сам он даже в дворовую драку не вступит.

Вера в разумное. Она и есть свет. Все мы наполнены им от рождения. Да потом гасим часто. Но через кого бы они ни передавался, назови того хоть Моисеем, хоть Христом, хоть Мухаммедом, хоть Буддой, хоть абсолютным разумом, а общий он... Истина все равно одна. Толкователей только много.

Грош цена такой святости, если она полна трусости.

Нам надо окончательно уяснить, что и тот, кто творит зло, и праведник — самые заурядные люди и один и тот же может попасть в обе категории сразу: всё зависит от распорядка его дня. Только и всего.

Свобода — это миф. Её никогда не было. Да она и не нужна.
— Вы ещё не поняли? Здесь не взрослеют,  а сразу стареют,  гауптштурмфюрер.  Даже дети.