Мифы Дальнего Востока. От хозяина тайги Дуэнте и шаманки Кытны до духов вулканов и мухоморных девушек

Автор охватила слишком большую территорию и довольно много разных народностей, проживающих на Дальнем Востоке, чтобы успеть рассказать подробно об их быте, обычаях и о том, в кого и во что они верили и верят до сих пор.

Однако для читателя, который мало что знает и про те земли и про тех людей (как я, да), эта книга - отличный путеводитель. Несколько слово о культуре, чуть-чуть об истории и более расширенно - пересказы мифов, легенд, сказок и быличек. Хорошо идёт перед сном, и вовсе не потому, что от текста в сон клонит.

Интересна и последняя глава, посвящённая наиболее крупным исследователям этнографии и фольклора Дальнего Востока. Есть перечень литературы для желающих ознакомиться с темой более пристально.

Одна из интересных особенностей нивхского языка заключается в том, что для счёта разных объектов нивхи употребляют разные числительные: для животных, птиц и насекомых - одни; для людей и человекообразных духов - другие; для неодушевлённых предметов - третьи, причём последние также различаются в зависимости от того, какую форму имеет предмет - продолговатую, круглую, цилиндрическую или неопределённую".

Из минусов: иллюстрации интересные, но плохо стыкуются с текстом по смыслу. Автор, например, про одного духа, а на картинке фигурка совсем другого. Ладно хоть подписи есть, и на том спасибо.

Хорошая, добротная, увлекательная и объемная книга. Как известно, в серии «Мифы от и до» таких не много – особенно в последнее время. Этот же труд вышел в 2024 году, когда издательство МИФ еще не начало жадничать и печатало серию на хорошей плотной бумаге, снабжая каждый томик цветными ляссе.

Татьяна Муравьева подает информацию логично и структурированно. Части книги соответствуют группам народов Дальнего Востока России (чукотско-камчатские, эскимосско-алеутские, нивхи и тунгусо-маньчжурские) и в свою очередь делятся на разделы, посвященные мифологии каждого народа. Сначала рассказывается об их современной численности, где проживают, потом последовательно о мифологических представлениях о сотворении мира, человека, животных, о разных божествах и духах. После разочаровывающих «Мифов Сахалина» я не могла нарадоваться такому внятному изложению. Читается легко и приятно.

Культуры коренных народов Дальнего Востока и Сибири меня завораживают. Палеоазиатские мифы относятся к одним из древнейших, и кажется, что через них мы можем заглянуть в доисторические времена – от этой мысли дух захватывает.

Мне очень нравятся общие для чукотско-камчатских народов легенды про Великого Ворона Кутха (так его называют у ительменов, у чукчей – Куркыль, у коряков – Куткынняку, у кереков – Кути). По их представлениям он создал мир – или, по крайней мере, привел его в привычный для нас вид. В детстве мне читали советский сборник сказок северных народов, и этот ворон крепко засел в моем сознании. Есть в нем что-то ну очень необычное, особенно в сочетании с его плутоватой, а порой даже глупой и ленивой ипостасью. Мне кажется, такой образ творца встречается не во многих культурах. Наводит на мысль о том, что народы, создавшие такое божество, не отличаются кротким нравом и почтением к авторитетам.

Приятно удивили некоторые сюжеты народов Чукотки и Камчатки о женщинах. Они активно действуют наравне с мужчинами, не уступая им в смекалке и магических способностях. Автор даже приводит слова участника Второй Камчатской экспедиции Георга Стеллера о том, что ительменские девушки «превосходят мужчин умом и хитростью, почему и командуют своими мужьями, нося штаны и неизменно требуя себе со стороны мужчины постоянного уважения». Жена Кутха регулярно ставит его на место, и не стесняется порой проучить нерадивого мужа. Меня поразила чукотская сказка, в которой мужчина планирует убить свою жену за то, что у них не получается завести детей. В итоге женщину спасает добрый дух в облике старушки-паучихи, негодяй умирает от своего же коварного плана, а женщина выходит замуж за сына паучихи, и у них рождается много детей. Заканчивается сказка выводом, что в отсутствии детей был виноват злой муж, а не жена. И эти народы считались примитивными и отсталыми! В то время как в «цивилизованной» Европе бесплодие, конечно же, было исключительно у женщин, и правители ссылали своих бездетных жен в монастыри за ненадобностью. Поразительно.

Отмечу и раздел про нивхов. Они живут на Сахалине и в низовьях Амура, а их язык «генетически изолирован», хоть его и относят к палеоазиатской группе. Видимо, у этого народа очень древняя история. Меня это заинтересовало, хочется изучить этот вопрос детальнее.

Самая большая часть книги посвящена тунгусо-маньчжурским народам: уйльта, ульчи, нанайцам, удэгейцам, негидальцам, орочам. В их мифологии встречается общий сюжет о первоначальной множественности солнц и лун. Несколько светил на небе делали жизнь невозможной, и мир пришел в норму только после того, как какой-нибудь герой уничтожил лишние солнца и луны. Откуда же взялся этот мотив? Какой природный катаклизм таким образом остался в памяти людей?

Последняя глава посвящена нескольким исследователям Дальнего Востока. Незаурядные люди с насыщенными биографиями, достойные, чтобы их знали и помнили. Выделила для себя жизнеописание Бронислава Пилсудского, отправленного на каторгу на Сахалин. Он внес значительный вклад в изучение народов острова – нивхов, ороков, айнов. Трагичная история его расставания с айнской женой и вынужденное возвращение на запад из-за Русско-японской войны напомнили мне последнее айнское предание, записанное на Сахалине, которое я прочла в книге «Сказочный Сахалин». Забавно, что она, наряду с другими сборниками сказок этой серии, включена в список библиографии этого издания.

Жалею, что не взялась за «Мифы Дальнего Востока» раньше. Теперь буду знать, что книги Татьяны Муравьевой можно покупать смело. Собираюсь прочитать что-то еще у нее. Хотелось бы больше таких грамотных авторов, и в «Мифах от и до», и вообще.

Книга просто замечательная, определённо одна из лучших в серии «Мифы от и до» от «Манн, Иванов и Фербер» (и конечно, не идёт ни в какое сравнение с жалким недоразумением под названием А. Н. Николаева - Мифы Русского Севера, Сибири и Дальнего Востока от «Бомборы»). И содержание, и визуальное оформление (в том числе рисунки составителя, а также многочисленные фотографии) настолько завораживают, что, читая, полностью погружаешься в удивительный и ныне забытый мир, где человек, животные и духи живут в согласии и гармонии и каждый берёт не больше, чем нужно для жизни, стараясь не причинять вреда окружающей среде. Так и хочется надеть кухлянку, вдохнуть морозного воздуха, полюбоваться северным сиянием — или, наоборот, придвинуться ближе к очагу, отхлебнуть чая из чаги, потянуться за связкой юколы…

Вовсе не удивительно, что, когда речь заходит о быте и культурных традициях коренных народов Дальнего Востока, первым делом представляется суровая зима в зоне вечной мерзлоты... Однако Дальний Восток занимает обширную террриторию, отличающуюся разными природными и климатическими условиями: от скованных льдом и снегом равнин вдоль Ледовитого и Тихого океанов — до бассейна Амура и горных хребтов Сихотэ-Алиня на юге, от голых каменистых островов и цветущей тундры — до тайги из даурской лиственницы и маньчжурских широколиственных лесов с многочисленными реками и озёрами. Поэтому помещённые в сборник истории рассказывают далеко не только об охоте на морского зверя и путешествиях на оленьих и собачьих упряжках…

Книга поделена на несколько частей, чтобы как можно полнее и последовательнее познакомить читателя с различными группами палеоазиатских народов: чукчами, кереками, коряками и ительменами Камчатки и Чукотки; эскимосами и алеутами северных островов; сахалинскими нивхами; наконец, с такими тунгусо-маньчжурскими народами, как ороки, орочи, ульчи, негидальцы, удэгейцы и нанайцы (разумеется, не обойдется без воспоминаний и о прославленном охотнике и спутнике Арсеньева Дерсу Узала). Всё это разные по этнической принадлежности, языку и жизненному укладу общности людей, и тем не менее в их мифах и легендах прослеживается много общего. Более того, параллели обнаруживаются и с мифологическими мотивами далёких неродственный народов: интересно было почитать очередную (вероятно, более древнюю) версию известного в Китае мифа о том, как в далёкие времена герою пришлось в буквальном смысле сбивать с неба «лишние» светила, или сказки о женитьбе на лягушке — и ещё многое, многое другое… Волей-неволей согласишься со словами, выбитыми на могиле Льва Яковлевича Штернберга (1861 — 1927), одного из первых исследователей Сахалина и составителя «Десяти заповедей этнографа»: «Все человечество едино».

Помимо собственно мифов и легенд, особый интерес представляют размещённые в последней главе краткие биографические очерки об исследователях Дальнего Востока, начиная с учёных, участвовавших в экспедиции Витуса Беринга в конце 18 века, и заканчивая неутомимыми энтузиастами двадцатого века, многие из которых не по своей воле оказались вдали от родины и, уже находясь в ссылке, всем сердцем полюбили этот край и его жителей. Трогательные, порой трагические истории просто не могут оставить читателя равнодушным.

Чувствуется, что автор-составитель проделал огромную и тщательную работу (сразу видно, что список литературы на нескольких страницах приведён не просто «для галочки»). Если вам интересна тема, то советую также обратить внимание на следующую книгу автора — Татьяна Муравьева - Мифы Восточной Сибири. От Ангары и Енисея до небесного кузнеца Божинтоя и солнечной девы Нелтек .