Zimowy żołnierz

Честно говоря, читая отзывы, я ожидала от книги гораздо большего. Но оказался вполне добротный роман, без особой глубины, не оставляющий желания открыть и перечитать какие-то места, да и достаточно быстро смазывающийся из памяти. Не уверена, смогла бы его осилить в бумажной версии. Скорее всего, с середины пролистала бы страницы, чтобы понять, чем же все закончилось и отложила. Но в дороге прослушала до конца.
Восхитило множество медицинских подробностей. Запало в душу и задержалось в памяти, описание жизни в госпитале Маргаретой. Ее же "выступление" для того, чтобы отвадить солдат от обители... И, пожалуй, все. Перечитывать не буду, но и потраченного времени на книгу не жаль.

Вхождение в роман у меня было довольно долгим, наверное, потому что у автора суховатый и лаконичный слог. Мне не хватало сочности в описаниях и чувствах персонажей. Но как только Люциуш попал в полевой госпиталь и встретился с Маргаретой, повествование просто понеслось. Книга оказалось одной из тех, от которых невозможно оторваться, закрыть, наконец, обложку ридера и лечь спать, потому что 2 часа ночи и сколько можно. Помог и прекрасный перевод без единого ляпа.

Хочу предупредить, что в романе хватает неаппетитных подробностей. Всё-таки герой – военный хирург, и автор – врач, разные операции он описывает со знанием дела. Мне это не мешало, такие вещи в книге к месту, но нежных ромашек такая суровая правда жизни может отпугнуть.

В общем, благодаря этой замечательной книге у меня появился большой кредит доверия к творчеству Дэниеля Мейсона. Буду ждать от него новых романов.

Весь обзор - на канале ПроЧтение.

XX век. Люциуш Кшелевский  - юноша из аристократический польской семьи, единственный из детей, кто решает свою судьбу связать с медициной. В разгар его обучения в Европе вспыхивает война, и он, зачарованный романтическими рассказами о военной медицине, записывается в армию, ожидая, что его направят в хорошо обустроенный госпиталь, где он будет спасать жизни. Его направляют в заброшенную деревню в Карпатских горах, где госпиталем оказывается церковь...Понимание происходящего тяжестью и страхом начинает медленно оседать в сознании Люциуша. Так начинается его путь...

Как только появилась эта книга на свет, каждый пытался ее сравнить с "Рассечением Стоуна", я скептически отнеслась к таким сравнениям и считаю, что единственное, что может их связывать - медицинская тематика. Очень много терминов медицины, подробное описание ран, увечий, операций.. и все это в декорациях войны. Постоянное ощущение холода, болезней, описания вшей, чумы и грязи, человеческий страх, шум артиллерии где-то вдалеке, вкрапление исторических событий - все это автор мастерски вписывает в свой роман.

Меня мотало из стороны в сторону - моментами не цепляло повествование, моментами хватало внутри так, что приходилось остановить чтение. Какое-то странное ощущение по отношению к персонажам - я вроде бы наблюдала за ними, но при этом я не испытала переживаний, как будто они так и остались для меня чужими. Для многих ещё было огромным минусом, что в роман вплетена любовная линия, в этот момент я даже вспомнила Ремарка, но у него любовь меня цепляет сильнее.

Для меня эта история - история о войне, потерянных судьбах. Причем автор прекрасно показал то, как ломаются не физически, то, как тогда ещё не могли понять, что происходит на поле боя, а о "посттравматическом синдроме" даже и не говорили:
"- И эти люди вылечиваются? - спросил Люциуш. Брош поднял вверх палец: - А кто сказал, что надо вылечить? Наше дело - вернуть их на фронт."

Эта история и о поиске себя, о поиске своего места в этом мире, о совершении ошибок и о шансе искупления.

История о молодом враче польского происхождения с неоконченным высшим, который безупречно знает латынь, где какая кость или мышца, но вот практическим опытом похвастаться не может. Отправляясь на фронт добровольцем, он думает, что в полевом госпитале у него будет свой кабинет, на постелях больных – чистые простыни, которые будут поправлять улыбчивые медсёстры, а ему, образованному врачу, будут отвешивать изящные книксены. В реальности же больницы кишат вшами, нужно проводить десятки ампутаций в сутки, а некоторые медсёстры знают и умеют настолько больше пана-доктора, что можно от стыда сквозь землю провалиться.

Со временем Люциуш научился оперировать, его больше не пугали люди с оторванными конечностями и челюстями. Он находил радость в общении с медицинской сестрой Маргаретой, которая и стала его первым настоящим учителем. Но однажды зимой к ним поступил пациент с диагнозом, который сейчас бы классифицировали как «shell-shock» или снарядный шок. Вернуть его к нормальности – нетривиальная задача. Мейсон – сам врач по образованию, начал работу над «Зимним солдатом» как раз после того, как отучился. Он позволил себе поисследовать с помощью Люциуша каково это – на ощупь бороться с неизвестным для тех дней страшным недугом, когда ты сам ещё только в начале врачебного пути. Ну а война стала катализатором процесса.

Мейсон пишет о том, как война заставляет людей пойти по такому пути, который они бы никогда не могли вообразить при других обстоятельствах. «Зимний солдат» напоминает сразу и Ремарка и Хемингуэя, и «Записки юного врача» Булгакова – проза Мейсона стилистически неотличима от той, что писали в 20-х и 30-х прошлого века. Из нового - автор предлагает посмотреть на Первую Мировую глазами неопытного врача, ощущающего ужас огромной ответственности и всю жизнь пытающегося исправить ошибки, которые он не мог не совершить.

Книга, под которую лучше не засыпать. Я ее слушала на ночь, а потом как-то забыла включить таймер, заснула — и каак проснулась в момент рассказа о пытках, так и лежала в холодном поту до утра. Не будьте как я.

Люциуш Кшелевский — студент-медик из знатной венской семьи с польскими корнями. Вокруг — то самое «лето целого века», расцвет европейской науки и искусства, по которым вот-вот проедет катком Первая мировая война. Мать Люциуша позирует для портрета Густаву Климту («Вначале она была изображена на нем вместе с Люциушем, но потом ее так очаровал золотой узор на портрете Адели Блох-Бауэр, что Люциуша пришлось закрасить»), сам юноша с трепетом изучает рентгеновские снимки и навсегда запоминает встречу со своим кумиром Марией Склодовской-Кюри («Ей кажется, что их, поляков, связывают с радиацией патриотические чувства»).

В общем, ничто не предвещает, но сами знаете что все равно начинается, и недоучившийся медицине Люциуш оказывается в роли военного врача в богом забытом полевом госпитале в Галиции. А дальше — зима, холод, голод, вши, ранения, ампутации, смерти, еще смерти, хаос и нехватка лекарств. Одним словом, война.

Два компонента этого романа были для меня интереснее прочих. Первый — медицина начала XX века. Дэниел Мейсон — не только писатель, но и врач, поэтому все медицинские подробности выписаны с особой любовью. Люциуша манят загадки работы мозга (Мейсон психиатр), и ключевой болезнью романа становится ПТСР, которое тогда еще никак не называлось и не было известно врачам, хотя, конечно, существовало (не к месту вспоминается афоризм Раневской).

Второе интересное в «Зимнем солдате» — то, как на глазах менялась карта Европы после Первой мировой. Автор очень внимательно соблюдает все географические и топонимические детали, связанные с распадом Австро-Венгрии и образованием республик, все эти переименования городов («Я видела ваш билет. Вы в Лемберг… то есть во Львов»), удивительное многоязычие, когда в госпитале оказываются то венгры, то русины, то поляки (изумительная работа переводчиков Александры Борисенко и Виктора Сонькина здесь особенно видна). Невозможно не думать о том, что мир, который кажется нам привычным, на самом деле в таком виде существует совсем недавно и не так стабилен, как нам бы хотелось.

«Однако во многих отношениях тот мир, который встретил его наутро во вторник, после Перемирия, стал еще сложнее, чем был в понедельник вечером. Существовала практическая проблема поездов, все еще забитых возвращающимися домой солдатами. Внезапное появление границ там, где раньше была единая Империя. Необходимость путевых документов для выезда из новопровозглашенной «Немецкой Австрии», которая, в сущности, была пока что одним названием. Ко всему прочему добавлялась проблема политики. Когда отец сбросил со стола все армии, это был не более чем драматический жест. По-хорошему им следовало бы всем вместе сесть за этот стол, маленькими кисточками перекрасить австро-венгерские силы в восемь разных цветов и заставить их воевать друг с другом. Уже неделю назад Сербия атаковала Венгрию, Чехословакия атаковала Венгрию, а революционеры штурмовали Рейхстаг в Берлине. Ходили слухи, что граница между Польшей и Чехословакией не устраивает обе стороны; а Россия, конечно, все еще находилась в состоянии гражданской войны. И – что больше всего волновало Люциуша – в Галиции начались стычки между Польшей и Украиной».

И еще много всего: вечная проблема соответствия родительским ожиданиям, и харизматичные персонажи (острая на язык сестра Маргарета — one love), и политические игры аристократии, и уместная доля иронии, и мелодрама. Вот без мелодрамы я бы точно обошлась, хотя доля ее среди всех прочих компонентов невелика.

Я не знаю, многим ли захочется сейчас читать такой роман — ни утешительным, ни уютным его не назовешь. Но это хорошо продуманная и довольно увлекательная история, еще раз напоминающая очевидное: нет в войне ничего красивого и героического, одни беды и страдания, и сто лет назад так было, и двести, и ничего не поменялось с тех пор.

Книга о буднях военного госпиталя и всепобеждающей любви в годы Первой мировой. Начало напоминает булгаковские "Записки юного врача", вторая часть - любовный роман. Автор очень удачно воплотил в жизнь атмосферу прифрoнтового гoспиталя, его мифологии (чего стоит одна только история Жмудовского с марками!) и героев. Когда читаешь - искренне веришь. Не менее ярки сцены в послевоенной Вене, игры детей и образы калек-солдат, что всё ещё стоят перед глазами. Поезда, останавливаемые вооружёнными людьми, подозрительность местных жителей. И это полное погружение пришлось мне по сердцу.

Роман хорош, а вот главный герой мне не понравился. Какой-то он безвольный. Все им вертят, как хотят - Циммер, Маргарета, мать и прочие, а он только следует за ними. Не проистекает ли его милосердие из этой самой слабохарактерности?

Так же я бы предпочла ожидаемую концовку. Я почувствовала себя обманутой в конце, был привкус неправильности финала. Задумка автора понятна, но он не подготовил почву, чтобы можно было воскликнуть: "да, точно, как же я не догадался ранее".

В целом, роман самобытен, хотя и находится на перекрестие Булгакова и Ремарка. Стиль живой, выразительный. Рекомендую к прочтению. Добавлю, что в первой части много медицинских подробностей, не для впечатлительных читателей.

Книгу мне посоветовали в рамках моего первого новогоднего флешмоба. Я просила в качестве советов книги с добротной любовной линией. Однако "Зимний солдат" под это определение не попадает. Это исторический роман. Описательный исторический роман. История врача в тылу Первой Мировой с описанием всех ужасов этой войны для Европы. Анализа тут может заслуживать весьма любопытный факт, что именно Первая Мировая для Западной и Центральной Европы страшнее Втором Мировой. В качестве любовной линии здесь предлагается "служебный роман" главного героя с сестрой милосердия, а затем неудачный брак как часть тяжёлой попытки вернуться в мирную жизнь.

Роман неплохой, но это не то, что я хотела бы прочесть.