Красавицы Бостона. Распутник

Очень немногое в жизни находится в твоей власти. Делая вид, будто это не так, ты лишь обрекаешь себя на жестокое разочарование.

Нет ничего сексуальнее, чем наблюдать, как Белль Пенроуз наслаждается мясом. Разве что, возможно, наблюдать, как Белль Пенроуз наслаждается куском мяса, который у меня между ног.

– Ты сумасшедший?
– Возможно, но по наследству это передаваться не должно.

– Да ответь уже, и продолжим с нашими планами на день. Меня тоже дела ждут.
– Планами на день? – поразился я. Этот человек продуктивностью не отличался от мародера в крематории. – Можешь подрочить в туалете. В моем кабинете есть личная уборная. – Я бросил ключ ему в руки. Гаденыш был самым красивым человеком, которого я только видел вне фильмов от Marvel. Естественно, интеллектуальными способностями он был обременен не больше, чем порванный киноплакат.

Чрезвычайные ситуации – удел людей, которым есть что терять.

– Ни хрена ты от меня не получишь, Уайтхолл.
– Почему? Ты-то от меня получила. Все двадцать три сантиметра.

– И почему я вообще с тобой связалась? – выпалила я.
– Потому что я красив, богат, божественен в постели и никогда бы не надел кольцо тебе на палец. Ровно то, что ты ищешь.
– А еще высокомерен и намного старше меня, и к тому же ты официально признанный жутковатый друг семьи. – Я сложила пальцы в крест, чтобы прогнать его, как вампира.

Унижение – это чувство. А чтобы его испытать, ему нужно поддаться.

– Уходи, Уайтхолл.
– Дорогая моя, шансы выгнать англичанина из бара в пятничный вечер практически равны нулю. Есть просьбы, которые я в самом деле могу исполнить?
– Гори в аду?

– Ты, часом, не Эммабелль Пенроуз?
– А вы, часом, не мужчина средних лет, у которого достаточно жизненного опыта, чтобы понимать, что не стоит беспокоить людей, когда они пытаются напиться? – огрызнулась я.

Порой все самое прекрасное и стоящее в жизни заключено в терновый венец.

– Привет. Приятно познакомиться. Я Белль. Живу сама по себе уже тридцать лет. И до сих пор жива.
– Кое-как, – фыркнул я.

– Дэвон, почему ты не злишься на меня? – требовательно спросила она. – Мириться с таким поведением ненормально. Ты что, тряпка?

Этот мужчина меня погубит. Но я уже давно усвоила, что у разрушения есть и обратная сторона.
Оно закладывает основу для восстановления.

Жизнь – дело одинокое, даже если никогда не остаешься совсем один.
Вот почему люди влюбляются.
Похоже, любовь – прекрасный способ отвлечься от того обстоятельства, что все в жизни временно и не имеет такого большого значения, как нам казалось.

– Нуждаться в ком-то всегда плохо, – прохрипела я.
– Это ужасный жизненный принцип, Мечта. Я всегда буду рядом. Что бы ни случилось.

Даже маленькое доброе дело имеет большое значение. 

Секс в приступе злости – лучший секс.