Грезы принцессы Цзюлин

– Когда ее спрашивают, зачем она это делает, юная госпожа Цзюнь отвечает, что один врач может вылечить одного, а сотня врачей – тысячи.

– Она не соперничает с городскими лекарями и не относится к людям с презрением. Напротив, она полна сострадания. Помогая народу, юная госпожа Цзюнь подобна бодхисаттве, готовой прийти на помощь всем, кто в ней нуждается.

Время – штука беспощадная.

Эта мысль промелькнула в голове Чэнъюя, а потом он почувствовал, как вся ванная будто стала превращаться в кипящий масляной котел с потрескивающими звуками.

Это был весьма изысканный и выразительный фонарик с рисунком из легенды «Чан Э улетает на луну».

- Так что нам не нужно делать уроки, можно просто продолжить делать фонарики и веселиться, - сказала Фан Юйсю.

Несмотря на то что статус принцесс не очень высок, а некоторые даже старались держаться подальше, девушки все еще оставались принцессами.

- Давай сходим в Цзиньлоу за украшениями, - она не стала уклоняться от вопроса и всерьез внесла свое предложение.

- Пойди, приготовь нам чай, - попросила Чжэньчжэнь Лю-эр, а затем сделала большую паузу.

Это равнозначно коробочке с румянами и пудрой в лучшей лавке с косметикой Янчэна, равнозначно набору чайной посуды динчжоуского обжига, равнозначно лучшему обеду в башне Луян, равнозначно кисти из волчьей шерсти.

Закончив свою речь, хозяин удалился, а молодой человек продолжил задумчиво держать палочки для еды.

Взгляд Цзюлин прошелся по женщинам: это ее глаза, ее лицо, ее нос…
– Юньци, я правильно прочитала? – с волнением спросила третья госпожа, держа книгу.
А еще ее голос.
Цзюлин смотрела на женщин, стоявших в крытой галерее, и на улыбающееся лицо Лу Юньци. Она ощутила, как участилось ее дыхание, попятилась и, развернувшись, выбежала из дома.

- А что я не так сказал? - буркнул он и повернул голову, чтобы посмотреть на собеседника позади него.

Осталась без заработка, зато у нее появился надежный человек, а иногда люди намного ценнее каких-то там денег.

Ощутив счастье лишь единожды, это чувство оставалось на всю оставшуюся жизнь.

– Юная госпожа поступила правильно, – сказал Лэй Чжунлянь. – Сказанного не воротишь, и слово свое она держит. Решилась – сделала, пришлось отпустить – отпустила.

– Это дитя еще совсем не разбирается в жизни, и ты, кстати, тоже, – ответил управляющий. – Ты, правда, следил только за фонарями, как я и приказал. Только вот кто тебе позволил уйти и выпить после того, как свет зажегся? Почему не проследил за Тянь Санем?

– Вы приказали мне следить за фонарями, а не за людьми, – выпалил Лэй Чжунлянь.

Как-никак быть обманутыми – не так уж и весело, поэтому такие истории не разлетались, как что-то забавное и любопытное.

– Я признаю поражение, – ответила Чжэньчжэнь. – Неужели ты думаешь, что, потерпев неудачу, я не смогу сдержать своего слова?

— Пойдем. Каждый стремится к чему-то, и я не исключение.

— Конечно. Чтобы что-то сделать, нужно использовать деньги и людей, – ответила девушка.