Дождь в Париже

- Никуда я отсюда не поеду, - говорю, - Здесь моя земля.

• А если придется?
• А если придется, то прежде, чем отдать проклятым янки, акр за акром пересыплю ее солью – отвечаю словами Скарлетт. Смеемся с подругой невесело, она поймала цитату.

Не к тому. что в истории, рассказанной Романом Сенчиным, обнаружила какие-то невероятные параллели к собственной судьбе, но к тому, что колода порой тасуется весьма причудливо. И домашние мальчики работают установщиками стеклопакетов, а их решительные энергичные жены, вырастив и отпустив во взрослую жизнь детей, живут в радость себе и миру. И каждый получает то, к чему в глубине души стремился.

Мало кто рождается с ощущением, что должен изменить Вселенную. "Я покорю Манхэттен, и Бронкс и остров Стэтем", как мотивационный стимул вписан в систему ценностей очень небольшой части человечества, Мы просто хотим достойно жить нашу маленькую жизнь. Делать для себя и для мира то, что доставляет удовольствие и не вызывает отторжения. А в идеале еще чего-нибудь для души. Герой книги Романа Сенчина такой. Он и свою миссию, когда дает себе труд внятно сформулировать ее, определяет, как "быть свидетелем" в платоновском смысле (не философа Платона, а тезки героя Андрея Платонова).

Прежде мне не приходилось читать Романа Сенчина и о некоторой его даже культовости понятия не имела, но думаю. что свое право на нее он заслужил. Герой "Дождя в Париже", которого, если и не осуждают напрямую, так уж признают этаким юродивым, ставя в вину даже не бездарно растраченную жизнь, а главным образом идиотизм этой поездки. Нет, ну ты посмотри, приезжает чувак в столицу мира, о которой мечтал всю жизнь, и тупо тратит время на то, чтобы надираясь в гостиничном номере, пересыпать из руки в руку камушки прошедшей жизни.

А где еще этим заниматься? - спрошу, - Где, как не в городе "Поисков утраченного времени"? И чем таким уж радикальным Марсель, вспоминавший вкус мадленки, размоченной в чае, отличается от Андрея с его "плохой репродуктор что-то победоносно поет. Как долго я жил на свете, как переносил все эти сердцебиенья, слезы, и даже наоборот". В каком-то смысле поведение Топкина даже и мегарационально. А идиотическое, на поверхностный взгляд, времяпрепровождение в городе грез - лучшее из всего, что он мог сделать. Это как? Это так: понять про себя что-то основополагающее - важнее, чем отщелкать тысячу селфи на фоне Эйфелевой башни. И в определенном смысле носителем парижского шика является он, не побоявшийся растранжирить пять вожделенных дней на самое ценное, что у него есть.

А что же семья, дети, самореализация? Ему не нужно. А нам надо бы уже отказаться от стремления все и всегда приводить к общему знаменателю социально одобренной функции.

Это когда-то были персонажи Толстого и Достоевского, а теперь Топкин – та самая "загадочная русская душа" и собирательный образ русского мужчины, который ничего самостоятельно не может в жизни сделать и решить, все-все понимает в политике и отношениях "братских народов", а в любой некомфортной ситуации буквально лезет в бутылку c алкоголем. И место жительства героя или действия книги ничего не меняют, ведь всюду он тащит за собой себя и свое даже самому себе не понятное "я русский". Лучшая антиреклама, ей-богу.

Тот самый случай, когда книгу я выбрала по названию. Хотелось какой-то романтики, французских "приключений" что ли... Аннотацию прочла уже когда начала слушать , поняла, что это не моя книга или же совсем не мой автор.
В качестве предисловия: сразу же вспомнила детство, когда у подружки к старшим братьям приходили друзья, как раз того возраста, как автор. Потом вспомнилась юность, я - взрослая девушка, на меня заглядываются молодые мужчины... Но пообщавшись с этим возрастом я понимала, что нас разделяет пропасть! Навязывание интересов и вкусов мне были не интересны, т.к. у меня были уже свои. И как раз с этой книгой возникли те же самые ощущения... НЕ МОЁ!

О чём она? ГГ - современный Обломов. И не важно, сколько жён у него было, ни одна ему не ровня. Не встретил он такую же, как он. Ни к чему не стремится в своей жизни, живёт себе, не думая ни о ком. Ему хорошо - и ладно!
Интересно было узнать про Туву/Тыву, раньше никогда о ней ничего не читала.
Конечно, в книге есть и плюсы, например, описания местного колорита, природы.

Стоило ли ехать в Париж на несколько дней, чтобы заняться самокопанием? И для чего оно было, если человек всё равно бы ничего не стал менять в своей жизни.

У автора и книги есть поклонники, но, как говорится, каждому своё. О вкусах не спорят.

Главный герой романа Андрей Топкин отправляется в путешествие в пятидневный тур в Париж, а читатель отправляется в путешествие по воспоминаниям 40-летнего Топкина. Эти воспоминания тесно связаны с Республикой Тывой. Так что не ждите прогулок по столице Франции, ждите близкого знакомства со столицей Тывы - Кызылом. Автор погружает читателя в детство, юность и взрослую жизнь героя, подробно описывает заключение и расторжение трех браков Топкина, его повседневную жизнь и смену различных работ.

...Захотелось сейчас же найти фотку, увидеть. Не только Маринкины ноги, а своих друзей, прежними, юными...

Затрагивает автор тему распада СССР, так как это время пришлось на юность Андрея, тему национальной напряженности в Республике Тыва, немного политики и относительно современных  её реалий. Я никогда не была в тех краях и судя по всему была настолько наивна, что и подумать не могла, о гонениях со стороны тувинцев в отношении русских. В моём понимании вообще не было деления на такие этнические группы - местные жители и местные жители. Ан нет...

Бралась за книгу с некоторыми опасениями, отпугивала характеристика "новая русская классика" и то, что автор лауреат премии "Большая книга", "Ясная Поляна", финалист "Русского Букера" и "Национального бестселлера". Казалось, что ждёт нечто скучное и заумное. Но зря. Книга приятно удивила. Повествование увлекло и не отпускало до последней страницы. Обычная жизнь, но есть над чем поразмыслить. Обязательно буду ещё читать книги автора.

Книга 2018 г. весьма органично вписывается в один ряд с романом "Елтышевы" (2009) этого же автора. Даже, я бы сказала, подчёркивает и проясняет его идею. Нет, в не в обстоятельствах дело, говорит Р. Сенчин. Человек сам, своей ленью и пассивностью, доходит до точки. Никто не виноват в его падении и бессилии, кроме него самого. Да, внешняя обстановка, социально-исторические условия могут нам показаться неблагоприятными для всех. Но в отличие от Елтышевых, которые не видят перед собой, рядом с собой примера и образца удачного выживания в деревне, здесь многие находят себя в новой жизни, трудятся и любят. Особенно ярки противопоставления главному герою трёх женщин, бывших жён Андрея, уехавших и если не поднявшихся, то хотя бы очевидно работающих над исполнением мечты, пусть мещанской, возможно, чисто женской, но мечты!

В силах ли он сам отследить эту логику? Он, который умудрился приехать в город мечты, Париж, и не высунувшийся за пять дней из номера отеля ни за чем иным, как за очередной порцией бухла! "Диванный муж", прозвище, данное ему первой и самой любимой женой, волей-неволей хочется распространить до "диванного человека".

Хорошо описаны будни советской семьи 70-80-х гг., реалии взросления в эпоху дефицита в одной из братских республик СССР. Видно, что Сенчина волнуют межнациональные проблемы в момент распада титана. Всё это он хочет поведать новому, молодому поколению читателей - и весьма достоверно это у него получается. Даже нюансы отношений между мужчинами и женщинами - зачёт, автор!

А герой, в самом начале пятого десятка, остаётся ни с чем - неглупый и даже патриотичный, но как в
юности недоучившийся, так и не умеющий с тех пор ничего довести до конца. И засвети в эти дни в столице Франции яркое солнце, вряд ли бы что-то изменилось.

Книга в више была давно и , спасибо играм, знакомство состоялось! Речь в ней идет о жизни, точнее воспоминаниях о прошлом Андрея Топкина. На протяжении всего произведения мы следим за детством, школьными годами и взрослой жизнью ГГ. При этом довольно подробно описываются различные этапы развития нашей страны: как шаг за шагом от строительства коммунизма Россия пришла к демократии! На примере Тувы хорошо показано, как националистические настроения способны задавить дружелюбность на корню. Читать подобные срезы было довольно интересно( у меня даже чай остыл), но вот личная жизнь Топкина наводила на меня уныние! Прежде всего претензии к характеру ГГ - вот этот вот мужчина среднего возраста постоянно ноет о своей прошлой жизни и при этом не видит ничего хорошего в настоящем! Но мы-то тоже читаем про его прошлую жизнь и понимаем, что ничего прекрасного( по чему можно было бы слезы лить) там не было! Потому что в силу своего характера Топкин привык не напрягаться лишний раз, не старался никаким образом удержать те крупинки личного счастья, что ему перепадали от его 3-х жен! Самое простое обвинять в своем дискомфорте строй в стране, девушек, друзей и НИЧЕГО при этом не делать, чтобы стало лучше, а просто плыть по течению дальше, куда кривая выведет, продолжая наматывать сопли на кулак, что, эх! , жизнь-то проходит, а хорошего в ней с гулькин нос! Меня всегда такие люди возмущают, особенно если это мужчина, т.к. не нужно постоянно жить прошлым, надо двигаться вперед, и в любом возрасте можно найти приятные моменты! А если уж тебя не устраивает что-либо в твоей жизни, то, будь добр, оторви свой зад от дивана и вперед с песней "Перемен требуют наши сердца" верши свои изменения! Но вот, если тебе лень лишний раз напрягаться, то значит, по большому счету, все тебя устраивает и все твое нытье по поводу плохой жизни смотрится дешевым позерством! Так что, сами понимаете, Андрей Топкин никакого сочувствия у меня не вызывал и то, что в его жизни постоянно идет дождь, виноват только он сам(( И я очень рада, что среди моих друзей нет таких "Топкиных"

О Романе Сенчине я, до недавнего времени, - ни сном... Но, как и всё в этой жизни, - дело случая. Заскочил как-то на минутку-другую на «Лайвлиб». Открыл раздел рецензиий и, чуть ли не сразу, попал на рецензию на «Дождь в Париже». И она зацепила. Да и как не зацепить, когда читаешь вот такое;
Эту книгу - замечательную, хоть и предсказуемую - можно читать, как учебник новейшей истории…

Правда, о самом герое этого романа рецензенты, как-то не особо:
Может быть, Роман Сенчин пытался изобразить какого-то особого патриота Кызыла, а получился обыкновенный ленивец, ...что растекся по дивану жирным пятном.
Или:
ГГ - современный Обломов. ...Ни к чему не стремится в своей жизни, живёт себе, не думая ни о ком. Ему хорошо - и ладно!

В общем, вывод примерно такой: роман, конечно, классный, но его главный герой, если не полный отстой, то что-то, очень близкое к тому. Не, скажу, что стало обидно за ещё незнакомого мне тогда Андрея Топкина, но... Как-то захотелось разобраться: да что это за чудо-юдо такое, очечественного разлива?! Замечательная книга при отнюдь не замечательном герое.
Вот я и поплелся на «Озон». Сделал заказ. Получил его в сжатые сроки и прочитал «Дождь в Париже». И если с первым утверждением - «замечательная книга» - согласен на все двести процентов, то... Со вторым, что главный герой - современный Обломов, готов поспорить. Но... Обо все по порядку.
Да, роман — замечательный. Хотя, не исключаю и того, что я, в данном случае, лицо заинтересованное. Потому как «Дождь в Париже» не об Андрее Топкине. Он — обо мне. Да это я. Я собирал марки. И не только я! Полкласса их собирали. Кто-то — всё подряд, а кто-то - «флору и фауну». Или «искусство». Или «космос». И во Дворец пионеров мы...
Да-да, вот так — гораздо правильнее. Не «я». «МЫ»! Помните знаменитое, Владимира Семеновича? О том, как он пел свою «Охоту на волков» «большим людям»: «О нас о всех, какие, к черту, волки!».
Вот-вот. И я о том же самом. Этот роман не об Андрее Топкине. И, тем более, не обо мне. Он о нашем поколении, родившихся в 60-х — первой половине 70-х.
Это мы — собирали марки, занимались фотоделом, всем классом ходили покататься на лифте первой в городе девятиэтажки... Только у меня это было не в Кызыле. А в Воркуте. У кого-то, в другом, для него - не менее родном городе, чем Кызыл был для Андрея, а для меня — Воркута.
Всё то, о чем Андрей вспоминает эти пять дней в сером, промозглом и дождливом Париже, было в жизни каждого из нас. Естественно, со своими модификациями. Ну, я, например, пропустил бум видеосалонов. У меня в конце 80-х как раз мои родились. Сначала старший, а через год с небольшим после него — младшая. А в магазинах — шаром. А если что-то выбросят, то: «По бутылке молока в одни руки!». И паспорт, где - «Вот, посмотри, двое, которым это молоко нужно!» - не помогал. В общем, приходилось крутиться. Не до видеосалонов было.
Но всё, описанное в книге, - моё. НАШЕ. Всех тех, кто входил в жизнь... Кто-то — сразу после школы, кто-то после института, кто-то после армии. Но все входили в жизнь, с той шкалой ценностей и системой координат, которые школа, институт, армия, выполняя социальный заказ общества, сформировали в нас, вбили, как стальной стержень, на котором потом должно было закрепиться всё — семья, работа. И прочая, прочая...
А этот стержень вдруг взял и оказался... «голым»! И рухнуло всё. Начиная со страны, где мы родились, и заканчивая той системой координат, которой было принято руководствоваться в прежней жизни. Всё... Всё в один момент взяло и... Рухнуло.
Поэтому ошибочка тут вышла! Не Обломов герой этого романа Сенчина. И сранивать его, на мой взгляд, нужно с героем иного нашего классика. Михаила Юрьевича. Помните о «Герое нашего времени»?! Да-да, я о Григории Александровиче Печорине.
Сейчас, наверное, мало кто помнит о неистовом Виссарионе. А мы именно по нему разбирали образ Печорина в школе. Так вот, он считал, что Печорин, не что иное, как отражение трагедии «передовых людей» 40-х годов XIX столетия, которым, после «оттепели» относительно либерального правления Александра I, не было места в России времен его младшего брата. Не знаю, может сейчас эти периоды в истории нашей страны трактуются современными учеными и исследователями как-то по иному, но в мои школьные годы Печорин был воплощением пусть и умных, образованных, но не нужных стране людей.
Примерно такими же стал Андрей Топкин и значительная часть нашего поколения. Нет, конечно, можно было отбросить в сторону ставшей в начале 90-х сразу ненужной шелуху советского социалистического воспитания и с головой нырять в этот неизвестно откуда свалившийся на нас капитализм. И многие так и сделали. Вернее, вынуждены были так сделать, потеряв работу на кормившем их до того заводе, фабрике или уходя из института, где зарплату не выдавали уже полгода. Сделали и взяли в руки огромные клетчатые сумки «мечта оккупанта», чтобы с той или иной периодичностью ездить за товаром на оптовые базы Москвы, Питера, в Турцию, Польшу, Китай.
Но для чего сделали? Для того, чтобы лет через 10-15 им всем сказали: «Эй, мелочь пузатая. Встали, подвинулись. Не слишком ли теплые места на тех предприятиях и производствах, что вы за это время создали? У нас тут, понимаешь ли, вертикаль власти. А потому теперь в экономике основное место займут Газпром, РАО ЕЭС и другие «толстяки». Которыми управлять гораздо легче, чем вашей разнородной и многочисленной массой. Встали, подвинулись. Уступили свои, пОтом и ещё большим пОтом созданные теплые местечки. Всем всё понятно?!».
Конечно, понятно. И Андрей всё это видит и понимает. На многочисленных примерах своего бывшего одноклассника Пахи Бахарева, совхоза «Пламя революции», родных его третьей супруги Алины — Шаталовых. Которые вдруг решили, что если дело не пошло здесь, в Кызыле, оно пойдет где-то там, за синими горами, широкими полями и дремучими лесами, в неведомом доселе ни им, ни многочисленным поколениям их тувинских предков, что лежат на разных кладбищах Кызыла. Где-то там, в городе Бобров Воронежской области.
Наивные. Видимо, до переезда не попадался им на глаза роман «Хуррамабад» уже другого современного российского писателя Андрея Волоса. Вот там, старый Васильич — герой главы-пунктира «Чужой» — говорит уезжающему куда-то в неведомую Россию Дубровину:

Кем там будешь?.. Чужим… Чужим и ненужным. И, скорее всего, это понимает Андрей, когда отец уговаривает его переехать в Эстонию, где они с матерью и младшей сестрой Топкина живут уже без малого два десятка лет. Но это, всё-таки Эстония. Другая страна. И в ней оказаться чужим и ненужным, если и не вполне естественно, то ожидаемо. Но оказаться чужим и ненужным в своей стране... Это уже трагедия. И Топкин, может, и не осознает это умом, но, похоже, внутренне, подсознательно - чувствует. И, несмотря на то, что большая часть его друзей, знакомых, родных (отец, мать, младшая сестра, родители его первой жены — Ковецкие, родители его второй супруги — Женечки — и она сама, родные третьей супруги...), уезжает из Тувы, он продолжает жить в Кызыле. Потому что если не понимает, то чувствует — вот его Родина. В иных местах, даже в том же Боброве, он будет чужим и ненужным.
И в этом, как на мой взгляд, его героизм. Самый настоящий. Без каких-либо подтекстов или кавычек. Андрей Топкин — самый настоящий герой нашего времени.
Да, он не увидел Лувра или Фонтенбло. Не поднялся на смотровую площадку Эйфелевой башни. Потому что они оказались ему не нужны. Вернее, не столь важны, как те пять дней, что большей частью он провел в номере парижской гостиницы. Благодаря им у него появилась жизненная пауза, свободная от работы и повседневных забот. И за это время он не только многое вспомнил, но и кое-что понял. Например, вот это:

. А потому он, Андрей Топкин

. Потому что она для него — РОДНАЯ.
И именно поэтому после того, как он нашел загранпаспорт, для него не важно, что из вещей в этой спешке отъездных сборов он бросит в сумку, а что навсегда останется в чужом гостиничном номере. Без паспорта невозможно вернуться. Всё остальное, с этой точки зрения, - мелочи. О которых и думать не стоит. Ведь главное — это полоска огоньков Кызыла, вытянувшегося по обоим берегам Иртыша. И когда, в сумерках, их увидишь с вершины последнего перевала

Счастье, оно здесь, в том месте, где ты родился или вырос. Здесь, а не где-то там, за тысячи и тысячи километров от него. Андрей Топкин это понял. И, наверное, это в его парижской поездке - главное.

Сенчин, автор сей произведения знакомит нас с персонажем Топкином, его можно назвать Обломовым, некоторые его, Топкина, характеристики похожи на характеристику самого Обломова.

Что ж, главный герой, мечтает об спокойствие, (я так понял). Но, прошлое не отпускает его ни на минуту, он думает и думает про прошлое, про то что не сделал, про то что должен сделать...
Не знаю, иногда, я находил себя на мысли что ему, то есть главному герою Топкину, наплевать на все, в начале книги когда идёт знакомство с главным героем, бывает момент как он, буквально отказывается от своего сына и отношений с нынешней женой. Как будет дальше  все по жизни, пускай все идёт как есть, буду плыть по течению... своего рода Amor Fati, любовь к судьбе, будь что будет.

Интересный персонаж, со своими страхами и надеждами на будущее, это не сверхчеловек, а простой человек, как все мы.
Но не стоит быть таким как главный герой, нужно бороться за будущее, за счастье, за все!
Не тонуть в прошлом...
Топкин, топь*

Вторая книга автора, которую я взялась читать, чтобы понять нравится ли мне все-таки этот автор или нет, так как после прочтения одной книги, иногда (но не всегда!) стоит дать шанс, ибо мало ли, творчество такая штука...неровная подчас. Автор, несмотря на то, что, безусловно владеет слогом, а слова льются, а не шершавятся, точно не мой, ибо бесконечный деепрессняк все-таки не определяет сущность человечества или же многих индивидов. Главный герой книги, долго мечтавший о городе Париже, принимает очень спонтанное решение рвануть туда в минуту скорби и печали, чтобы отвлечься от проблем мнимых и реальных, забыв о том, что от себя не убежишь и даже во французскую столицу ты берешь с собой себя. При этом, настолько вместо культурного загула, призванного, собственно увлечь и отвлечь, персонаж погружается посредством запоя в омут памяти, а для лучшего сцепления с ретроспективными переживаниями постоянно поддерживает в состоянии опьянения. Вот этот вот тихий загул продолжается всю книгу и пять дней парижского пребывания. Иногда, впрочем персонаж делает вялые попытки выбраться в мир, за пределы отеля, самые осмысленные его действия при этом - купить еще алкоголя, как можно больше и разнообразнее и поесть в присмотренном кафе -, хотя до Лувра он таки добирается, а внешний обзор вполне устраивает, взирая же на город с высоты Монмартра предается опять таки воспоминаниям. Собственно, сама жизнь главного персонажа не так, чтобы уж беспросветная, хотя автор старательно вплетает в текст исключительно негативные коннотации, проводя героев через исторические события, которые, безусловно, были тяжелыми для страны и общества, но краски все-таки сгущены до предела. Люди все разные и это тоже бесспорно, но главный персонаж это прямо таки концентрат слабоволия, лени, отсутствия цели, силы воли и еще кучи всякого. По жизни перетекает из одного социального состояния в другое, в личной жизни и работе оставаясь желеобразным бесхребетным тюфяком. Во многих своих проблемах виноват только он сам и больше никто. Его привязанность к малой родине с одной стороны замечательна, в нежелании переезжать за границу. например, но с другой стороны, страна большая, что за мания заранее объявлять безнадегу. А потому что переезжая в другой регион надо напрягаться, а он этого очень не любит, ведь даже все его непыльные работки следствие доброжелательности друзей и знакомых. А самое главное, что есть такая категория людей ,у которых виноваты кто угодно, но только не они сами. Для таких людей вообще не бывает хороших времен, ни при республике, ни при монархии, никогда и нигде. Я не знаю какой смысл закладывал автор в этот загульно-парижский марафон. если показать слабость индивида, вывернуть все его недостатки, то зачем и кому это надо? Чтобы знать как не надо? Не пасовать перед жизнью и не раскисать до состояния амебы. Хотя, персонаж в таком состоянии даже и без алкоголя, оно для него естественное. Если через некую искаженную несколько призму жизни главного персонажа показать тяжелые времена, то опять мимо. Вообще, когда различные авторы пытаются какие-то конкретные исторические отрезки показать исключительно в черном цвете и посмотреть, что абсолютно про все эпохи они это строчат, хочется спросить у них отчего им так тяжко живется, когда же по их мнению наступит рай или, может быть был и есть ли на их взгляд хоть что-то в жизни хорошее или все человечество глубоко и запредельно несчастно. А самое главное, кто им право дал решать за все население страны, не говоря уже о мире. Понятно, что личный опыт, характер и прочее сугубо индивидуальны и у автора конечно же есть поклонники, разделяющие весь спектр печали и тоски, но мне очень хотелось, чтобы текст поскорее закончился. Очень было интересно, появится ли на страницах хоть где-то что-нибудь позитивное, ведь не только же дефолты и перевороты происходили в стране. И, да, персонажи книг не обязательно должны быть мужественными и сильными, люди все, повторимся, разные, но это просто затянутая, алкогольная, депрессивная жвачка. Хотя пишет автор легко. Жаль что свое мастерство он тратит исключительно на недовольство всем, чем только можно.

Роман Сенчина "Дождь в Париже" заставил меня о многом задуматься. Это не легкое чтение, нужно думать, анализировать. Читается книга быстро, сначала втягиваешься, а затем трудно оторваться.
Главный герой Андрей Топкин едет в пятидневный тур В Париж. Однако в городе мечты, куда все стремятся попасть, он практически не выходит из номера, напивается, так и не посещает Лувр, Сакре-Кёр и т.п. Топкин бродит недалеко от своей улицы, в Париже дождь, холод, слякоть, поэтому героя одолевают воспоминания о жизни в родном городе Кызыле. Читатель путешествует вместе с Топкиным по Кызылу в 80-е, 90-е, 2000-е, 10-е годы.
Андрей Топкин - обычный человек, каких много в России, он переоценивает свою жизнь, ему уже 40. А чего он добился? Три брака, три развода, сын Даня, работа установщиком стеклопакетов. Об этом ли он мечтал?
Жизнь менялась, а он наблюдал, плыл по течению, превращался в "домашнего мужчинку". Создаётся впечатление, что и жил то он только от жены до жены, а в период после развод как будто впадал в анабиоз.
Все его друзья, знакомые, молодые и старые, и даже родители уезжают из Тывы, а он остаётся. Причина расставания с третьей женой и сыном - переезд. Почему Топкин остаётся? Его держит какая-то неведомая сила, он считает Кызыл родиной, хотя даже не здесь родился. Уехать не может. В конце романа остаётся неясным, что же он всё-таки решил.
Когда я читала роман, всё думала, какого же героя мне напоминает Андрей Топкин, и поняла - Обломова.
Роман Сенчина определённо стоит прочитать. Конечно, он вызывает грусть, но последнее воспоминание Топкина - поездка с семьёй на озеро Сватиково. Это счастливое время для героя, читается легко, оставляет ощущение приятной нежной щемящей грусти.