Последний поклон

Читаешь книгу - и вдруг неожиданно шарахает тебя по душе чувство грусти и тоски, проникает оно в самые закоулки, не пропускает ни одного местечка, заползает в самые старые воспоминания. И вот я, а не рассказчик, бегаю у берега Енисея, вот я, а не Витя, горделиво шагаю по улице в новых штанишках...
Проза Астафьева заставила меня вспомнить и моё детство в глухой сибирской деревне, так же я воспитана бабушкой, впитала мудрые уроки и её вечную беспокойную суету обо всех.
Рассказы "Конь с розовой гривой" и "Фотография, на которой меня нет" были прочитаны мной в школе. Но тогда я и не подозревала, что, спустя почти 15 лет со дня окончания школы, я буду плакать и отчаянно скучать по своему детству.
Книга рассказывает о мальчике Вите, у которого погибла мама. Отец родной появится в его жизни, но ненадолго, и не сказать, что эта встреча принесёт мальчику счастья. Наоборот, я недоумеваю, как вообще его отпустили с фанфароном-отцом, не приспособленным к этой жизни. Но пока он живёт с бабушкой и дедушкой, которые воспитывают его по старинке, в молитвах да заговорах. Читателю может это показаться наивным, но как живо в этих старых людях заветы прошлого! И горько осознавать, что теряем мы великое наследие. Умирают люди, пустеют деревеньки, все тянутся к городской жизни, в которой нет места сближению с природой.
А между тем все деревенские дети получают важные уроки: нельзя обманывать, лукавить, ибо тайное станет явным ("Конь с розовой гривой"), надо беречь друг друга от напастей ("Мальчик в белой рубахе"), уважать таинство рождения и любить животных ("Пеструха").
Эпилог оказался тяжёлым.

Последний поклон не только бабушке, милой и всеобъемлющей, мудрой и доброй, но и поклон своей Родине, своему краю.
Рекомендую каждому эту книгу, ибо почти все мы родом из таких вот глубинок.

Астафьева каждый помнит по двум рассказам, которые появляются в средней школе — "Конь с розовой гривой" и "Монах в новых штанах". Я все норовил прочитать что-нибудь побольше, услышав краем уха, что это только два рассказа из очень длинного сборника, но много лет не доходили руки, и вот дошли.

"Последний поклон" это уникальный сборник зарисовок из деревенской жизни в Сибири примерно 1928-1935 гг. Не знаю, насколько хорошей памятью надо было обладать, чтобы спустя тридцать, сорок, а то и пятьдесят лет (все они написаны в разные года) настолько подробно описать события прошлого. Некоторые вещи, типа ярких семейных событий, по понятным причинам остаются в голове, но Астафьев постоянно и на много страниц описывает такие банальные вещи, как чистку картошки, игру в бабки или лапту, сбор ягод и прочие рабочие и развлекательные дела той эпохи. Уникально не только потому, что подробно, но и потому, что про те времена чаще пишут или на городские темы, или на крайний случай что-то про колхоз, а самое интересное остается за кадром. Вдобавок автор жжет не хуже Лескова местечковыми выражениями и словечками, не стесняясь изображать письменно все диалектные выверты, что еще больше подбавляет атмосферы. Редко когда мне хочется совать всем под нос цитаты с каждой страницы.

Пожалуй, основной проблемой книги является то, что очень удачно вынесено в заглавие — это именно что прощальный поклон, закрывающие эпоху мемуары, поминки по ушедшему в небытие прошлому, которого больше нет, и все здесь наполнено льющейся через край печалью. Практически каждый рассказ включает в себя блок "и вот я в том же месте через двадцать лет, и все не так, все изменилось, а старина умерла" или "главный персонаж этого рассказа помер еще вон когда, и все про него забыли, только у меня еще жива его старая фотография".

Дополнительный плюс: очень хорошая, качественная, приятная антисоветщина. Никакой скучной солженицынской пропаганды, все четко и по делу, без слезливой фиксации на страданиях несчастного народа под гнетом режима (тм): хорошо видно, какой несусветной чушью было раскулачивание в отдельно взятом селе в лютых тигулях, как недолюбливали дурачков, которые вопили правильные лозунги, хотя каждый сельчанин знал, что они дурачки, и как на самом-то деле мало и медленно менялось что-либо в хорошую сторону — еще в начале тридцатых село автора жило мало в чем лучше, чем в дореволюционные времена, вся эта возня была как с гуся вода.

Серьезный минус: почти 900 страниц довольно однообразного повествования. Я бы рекомендовал бросать после первой половины, когда подросток-Виктор отправляется в Игарку, а потом в ФЗО, и начинаются военные времена. Спору нет, будни второй мировой описаны местами очень нестандартно и неплохо, но звенящий язык уходит, интересные зарисовки из жизни уходят, и остается то, что в общем-то уже было много-много раз.

Книга была прочитана на одном дыхании.Финал книги вогнал меня в мурашки и какую вселенскую грусть.Это потрясающая книга,где автор рассказывает о своем детстве.И как он это делает.С первых слов,я погрузился вместе с ним сибирские леса,почувствовал запах прелого сена и услышал шум Енисея.Есть у автора прекрасное чувство описания природы,да и сама подача ,как то умиляет и навивает спокойствие.Книга написана в позитивном ключе,даже не смотря,что автор пережил раскулачивание, коллективизацию и войну и много чего еще страшного.

В первую очередь, в процессе чтения обращаешь внимание на язык повествования. Астафьев замечательный бытописатель деревенской жизни. Читаешь, и как будто ощущаешь всё это - запахи, атмосферу природы... Особенно касается описаний природы.

Конечно, книга не совсем моя, и через 50 страниц я понял, что не дочитать мне её. Хоть я и обожаю деревенскую прозу и саму деревню. Меня подобная литература с пространным и очень детальным повествованием убаюкивает, утомляет, мне этого кажется постоянно мало. Но я понимаю, что это Хорошая литература.

Особенно обратил внимание на последний рассказ - "Вечерние раздумья". Сначала не понял - как, написав такое, писатель не стал диссидентом, как не был исключён из союза писателей и так далее? В конце концов, как это прошло цензуру? Ведь там он очень жёстко и о Сталине высказывается, и о Советской власти, коллективизации... Потом уточнил даты написания последних рассказов этой книги - и всё встало на свои места.

Жить в Красноярске и годами проходить мимо книг Астафьева- даже звучит как то преступно. Он же вот, буквально на каждом шагу- и литературный музей имени его, и памятник Царь-рыбе, и родное село в двух шагах, а до сей поры в загашнике был только сокращенный рассказ из школьного учебника литературы. Ну что за упущение! Пора восполнять пробелы.

Читаешь и сначала диву даешься. Село Овсянка, в котором происходят события повествования, ну крохотулечное же, за пару- тройку часов пешком пройти можно, ну откуда там столько сюжетов? А потом начинает щемить сердце какой-то невыплаканной тоской по детству.

Наверное, у многих сибиряков оно похожее. Деревенская ворчливая бабушка, двор, в котором все друг-друга знают, нехитрые вкусности с огорода и простые игры с тем, что валяется под ногами. От того, читая книгу, тут же вспоминаешь все эти чудесные годы и со страшной силой тянет обратно, туда, где не было смартфонов и интернета, зато было что-то такое, чего сейчас уже ни за что не вернуть.

Большая книга читалась целую неделю и всю эту неделю было не уютно, хотелось плакать, хотелось обратно к бабушке. Наверное и писатель так же вздыхал, когда составлял свои мемуары, вкладывал в них душу и сердце. Поэтому произведение вышло таким трогательным и трогающим, таким искренним. А может потому, что я ужасно сентиментальная барышня.

Но, даже если вы не ужасно сентиментальная барышня, вам наверняка понравится. Тут и незамысловатые рассказы о детстве, и и истории крестьянского быта в 30-е годы ХХ века, и очерки о войне глазами очевидца- ужасно много всего, написанного хорошим литературным языком. Хорошее дополнение к пледу, какао, печенью и долгим зимним вечерам

Последний поклон - не просто автобиографическое произведение. Это глубоко интимные мысли и рассуждения, которые автор извлекает из глубины души и повествует нам. И он совсем не стесняется, скрываясь за образ главного героя, пишет от себя, про себя и про самое сокровенное, что его окружает. Я все удивлялась, как в обычном деревенском парнишке, болезненном, ослабленном ребенке, которого "перетаскивали" из одного класса в другой, мог возродиться такой литературный талант! Каким непоседливым проказником он предстает перед нами в своих детских историях, и в то же время, как тонко он умеет чувствовать и отчетливо запоминать людей, природу, свои мысли и эмоции. Повествование медленное, размеренное, плавное и вдумчивое... Только так мог написать сын Енисея, взращённый на его берегах. Как наполняет водами землю могучая река, так и Астафьев впитывает ее характер и нрав. В последней главе автор как будто выворачивает душу наизнанку: столько горечи, сожаления, жизненной мудрости обрушивает он на читателя! И все мы вместе с ним, со слезами на глазах, отдаем последний поклон матери, отцу, наставнику и душе России в одном лице - его бабушке, Екатерине Петровне!

Более 1000 страниц, 4 месяца чтения, через неспешный сюжет, постоянные ответвления и не всегда интересные темы, бывало по одной странице в день, а бывало и вообще по несколько дней без чтения, но ни единой мысли бросить этот шедевр. Астафьев здесь рассказывает о своём детстве - как он жил с бабушкой в селе, как взрослел, учился и начинал потихоньку понимать окружающий его мир. Последний поклон как раз здесь Астафьев и отдаёт своей бабушке - той, кто в его воспитании сыграла ключевую роль. 

Повесть разделена на три книги, книги - на рассказы. Пишет автор по-разному, если в начале, в первой книге он придерживается схемы особо не связанных друг с другом завершенных историй (например, ‘Конь с розовой гривой’), то во второй и в третей кроме появления четкого сквозного сюжета и частых смен обстановки у главного героя, Астафьев повествует нелинейно, то и дело посвящая темы рассказов давним событиям, которым могли произойти еще и до начала первой главы. Прекрасны переходы от книги к книге: в первой главный герой, прототип самого автора, совсем мал, он отхватывает от всех, в основном от бабушки, которая и учить его успевает. Во второй он уже взрослеет, все ещё отхватывает, но видно, что бабушка с ним уже считается, иногда серьезно разговаривает, а, зачастую, и он остаётся правее ее. Происходят во второй книге и драматические моменты, и судьбоносные. Ну а третья - это совсем вышка. Здесь война, наш герой уже 17-летний мужчина, с ним все те, кто раньше его только как ребёнка воспринимали, сейчас общаются как с равным. И в этом особенный кайф чтения автора - он с особенной чуткостью прописывает все драматические и скорбные моменты. Чувствуешь все. В последней главе, написанной в 1991 году, начинает говорить уже старый Астафьев, озабоченный проблемами порчи природы человеком, продолженные им в Царь-рыбе. 

По ходу повествования Астафьева в любой момент может унести. Его герой планирует уплыть на пароходе, и вот автор описывает на несколько страниц эти суда, и как они плавают, и как к их громким и продолжительным гудкам относятся близживущие горожане, сначала раздражающиеся, потом привыкающие к гулу. Начал рассказывать про дворовую игру, про кости, делаемые из хрящей, и все тут. Пошёл про сами хрящи, да как их вылавливают дети из супов, да как бабка эти супы готовит, да и из чего. И так далее. Но как же хорошо он пишет, одни глаголы, предложения легкие, не перегруженные. Многим нынешним писателям, обладателям престижных премий, надо бы у него поучиться. 

Текст Астафьева пронизан сильной печалью. Часто он напоминает, что пишет из будущего и все описываемое им уже закончилось, что добавляет львиную долю хандры. При этом прекрасно жонглируя жанрами - описание веселого праздника со смехом и общим воодушевлением сменяется у него размышлениями о том, что никто и подумать не мог, праздник вышел последним (один тяжело заболел, второй умер, и так далее). Картина всей повести вырисовывается как сама жизнь - медленно развиваясь, она входит в крутой вираж в молодости, с каждым прожитым годом все сильнее и сильнее добавляя человеку в память хандры от прожитых лет, пережитых событий и потерянных людей.