Ніби ми злодії

Жизнь - это не комедия. Нельзя ждать, когда всё само пойдёт на лад.

У меня нет никаких шансов причинить ему боль - и моя собственная слабость злила ещё сильнее, чем его жестокость.

Он опустил глаза, разжал кулак и провел по моей куртке ладонью, чтобы разгладить.

• Прости, Оливер. Все покатилось кувырком.

• Ладно тебе.
• Простишь?
• Да, - сказал я на долю секунды позже, чем было нужно. - Всегда.

I was seized by the strange unfounded idea that she was debating whether or not say I love you. But the difference between us was that she assumed people just knew those sorts of things, while I was always worried that they didn't.

... I seemed doomed to always play supporting roles in someone else's story. Far too many times I had asked myself whether art was imitating life or it was the other way around.

- Думаю, мой запасной вариант - экзистенциальный кризис.
- Неплохо, - улыбнулась Филиппа. - В таком случае ты можешь играть Гамлета.

Но так разбивает сердце трагедия вроде нашей или «Короля Лира» – заставляя тебя верить, что финал ещё может оказаться счастливым, до последней минуты.

Только мы – всемером, и деревья, и небо, и озеро, и луна, и, конечно, Шекспир. Он жил с нами, словно восьмой сосед, старший, более мудрый товарищ, вечно вне поля зрения, но вечно в наших мыслях, будто только что вышел из комнаты.

- Ты в чём-то обвиняешь Шекспира? - спрашивает он.
Какой невероятный, абсурдный вопрос от столь здравомыслящего человека! Я не могу сдержать улыбку.
- Я виню его во всём, - отвечаю я.

Как необъятно мучение непринятых решений.

Ненависть - самое искреннее выражение лести.

“Oliver, I don’t know what’s wrong with me. I want to hurt the whole world.”

Как необъятнo мучение непринятых рeшений.

Все всегда забывают про Филиппу. А потом всегда об этом жалеют.

Повисла тишина, и у меня вдруг возникло дурацкое чувство, что и мы, и всё вокруг нас стеклянное. Я боялся дышать, боялся двигаться, боялся, что что-то разобьётся вдребезги.

На краткое мгновение я всерьез задумался о том возможно ли еще какое-то «хорошо» или что-то подобное. Но так разбивает сердце трагедия вроде нашей или "Короля Лира" - заставляя тебя верить, что финал ещё может оказаться счастливым, до последней минуты.

Любой учебный предмет может превратиться в наказание, если его плохо преподают.