Цитаты из книги Иван Васильевич

Целуй же меня, целуй скорее, пока нет никого из контрольной комиссии.

Меня терзает смутное сомнение.

– Я тебя выдеру! Не бойтесь, он не кусается. «Я не кусаюсь?» – удивился пёс.

Шариков подумал и добавил слово, которое Борменталь машинально отметил в мозгу, как новое: - благоволите.

Чёрные глухие шторы закрыли утро, и в кабинете ожила мудрая учёная ночь.

Документ – самая важная вещь на свете.

-Что же вы делаете с убитыми котами? -На польты пойдут, из них белок будут делать на рабочий кредит.

Еда… штука хитрая. Есть нужно уметь, и, представляете, большинство людей вовсе этого не умеет. Нужно не только знать, что съесть, но и когда и как. И что при этом говорить. Да-с.

Кушано достаточно. Всё испытал, с судьбою своею мирюсь и если плачу сейчас, то только от физической боли и от голода, потому что дух мой еще не угас… Живуч собачий дух.

Знакомые псы с Пречистенки, впрочем, рассказывали, будто бы на Неглинной в ресторане «Бар» едят дежурное блюдо – грибы, соус пикан, по три рубля семьдесят пять копеек порция. Это дело на любителя – все равно, что калошу лизать...

– Позвольте… – вдруг пробормотал он, – чего же это я плачу, когда у меня есть вино?

"— Я отдамся тебе…— шепнуло у самого рта Короткова. — Мне не надо,— сипло ответил он,— у меня украли документы."

"Ибо нет страны, которая не имела бы героев, и преступно думать, что родина умерла."

А то что же: один в семи комнатах расселился, штанов у него сорок пар, а другой шляется, в сорных ящиках питание ищет...

Это я удачно зашел.

– Вот, молодой человек, – горько усмехнувшись, сказал добрый и униженный Дыркин, – вот и награда за усердие. Ночей недосыпаешь, недоедаешь, недопиваешь, а результат всегда один – по морде. Может быть, и вы с тем же пришли? Что ж… Бейте Дыркина, бейте. Морда у него, видно, казенная. Может быть, вам рукой больно? Так вы канделябрик возьмите.

Двадцать секунд в пыльном хрустальном зале "Альпийской Розы" царило идеальное молчание. При этом лучше всех, глубже и мертвеннее молчал зеленоватый Коротков. На двадцать первой секунде молчание лопнуло.

– «Сим удостоверяю»… Чёрт знает, что такое… Гм… «Предъявитель сего – человек, полученный при лабораторном опыте путём операции на головном мозгу, нуждается в документах»… Чёрт! Да я вообще против получения этих идиотских документов. Подпись – «профессор Преображенский». – Довольно странно, профессор, – обиделся Швондер, – как это так вы документы называете идиотскими?

С восторгом предаюсь в руки родной милиции, надеюсь на нее и уповаю.

Ваш дом, Зинаида, сумасшедший!..