Портфель учителя

Вообще-то, в азартные игры играть нехорошо. Нехорошо, но очень весело.

– Смотрите, что я выучила без вас, – бормочу я себе под нос.
– Учитель, – зову я, и порой его голос отзывается откуда-то с потолка:
– Цукико.
– А я теперь добавляю к вареному тофу треску и златоцвет, как вы. А давайте как-нибудь снова встретимся? – шепчу я, и голос с потолка отвечает:
– Обязательно встретимся!
В такие ночи я открываю его портфель и заглядываю внутрь. А там ничего нет – только совершенно пустое пространство. Только зыбкая, ненадежная пустота.

– Замечательное получилось свидание, – проговорила я.
– Мне тоже понравилось, – наконец ответил он.
– Пригласите меня еще куда-нибудь.
– Обязательно.
– Учитель?
– Да?
– Учитель?
– Да?
– Не уходите никуда, пожалуйста.
– А я и не уйду.

– Цукико, в этой гостинице отличные источники, – обернувшись, сообщил он.
– Что? – рассеянно отреагировала я, по-прежнему покачиваясь.
– Как немного полегчает – сходи окунись.
– Что?..
– И протрезвей хоть немного.
– Чего?..
– Если после водных процедур не пойдешь спать – приходи ко мне.
Я не ответила растерянным «что?». Вместо этого я, округлив глаза, удивленно посмотрела на него:
– Что вы имеете в виду?..
– Ничего особенного. – И мужчина скрылся за дверью своего номера.

– Учитель, – вдруг обратилась к нему я, точно так же, как и он, смотря вперед, – а вам хоть иногда становится грустно и одиноко?
– Когда заболел зад, мне стало грустно.

"Похоже, люди так устроены - уже одним фактом своего существования каждый из нас доставляет кому-то проблемы."

Что я натворила… Взрослым нельзя ставить других в неловкое положение. Нельзя говорить ничего такого, после чего на следующее утро нельзя будет приветственно улыбаться друг другу.

А я никак не могла понять, как вообще оказалась с утра пораньше в незнакомой машине. Да и что из себя представляет поход за грибами, мне тоже было неясно. По моим ощущениям, это напоминало продолжение пьянки.

В любом случае, важно отметить, что современный тип личности – это человек, который, сохраняя идентичность, продолжает искать себя, а сама современность, соответственно, представляет собой эпоху, когда мироощущение сфокусировано на такой личности.

– Взгляни, какая красота. – И он указал на что-то вроде письма, написанного жидкой тушью неразборчивым почерком, совершенно не поддающимся прочтению.
– Неужели вы можете это прочесть?
– Нет, честно говоря, я тоже толком ничего не могу разобрать, – улыбаясь, признался мужчина. – Но посмотри, как красиво написано!
– Да?
– Тебе же может понравиться мужчина, с которым ты даже не можешь поговорить? Вот и с иероглифами так же.

У пьяных неожиданно сильно развит инстинкт дома!

Мать с ребенком, которых я видела недавно, стояли у палатки с грибами. Учитель стоял позади них.
– Мам, эти бамбуковые грибы выглядят вкусными.
– Так ты же бамбуковые грибы не любишь.
– Но они же такие аппетитные!
Между мамой и сыном состоялся точно такой же диалог, как в прошлый раз. Учитель радостно возвестил:
– Похоже, подставные покупатели!
– Мать с ребенком – хорошо придумали…
– Но бамбуковые грибы – это уже перебор.
– Почему это?
– Лучше бы выбрали хотя бы грифолу.

В то время я ещё не имела привычки утолять жажду пивом.

Любовь - как саженцы: нужно подкармливать, защищать от снега, всячески ухаживать - если хочешь сохранить отношения, иначе никак.

В конце жена проникновенно сказала: «Похоже, люди так устроены — уже одним фактом своего существования каждый из нас доставляет кому-то проблемы».

Kojima’s arms were tanned. ‘Looks like you got some American sun,’ I said, and Kojima nodded. ‘But if you think about it, there is no such thing as American sun or Japanese sun. There’s only one sun, of course.’

Suddenly I heard someone say, ‘Hey, Omachi, not married yet?’ and I glanced up. Without my noticing, a middle-aged man had come to sit near me. Looking me in the eye now, he took a sip of saké from his paper cup. ‘I’ve been married and divorced seventeen times, but I’m single now,’ I quipped in response.