Похоже, все мои мечты сбываются так, что больше я никогда ни о чём мечтать не буду – опасно.

Источник действует как вино - хочется ещё и ещё. Возможности опьяняют, а ответственности не чувствуешь.

Дэйн поднимается мне навстречу - сосредоточенный, напряженный.
И протягивает руку с расчёской.
Это стоит тысячи слов. Доверие. Не важно с чего все началось, главное - чем обернулось.

А потом ты вдруг понимаешь: не станет его - и тебя тоже не станет. Вся твоя жизнь, всё счастье и будущее в одном человеке, и нет никого дороже и ближе. Страшно не умереть, а жить без него.

Почему же Вирта я оправдываю, а на Дэйна злюсь? Виртом двигала корысть, адэном – любовь к своему миру. Просто Вирт привлекательный, а Дэйн нет. Будь он красив, как прочие деонцы – разве я не нашла бы тысячу причин быть к нему снисходительнее?

Наш мир сгорел за минуты, восстанавливать его придется десятки лет. Только это лучше, чем медленно вымирать за силовыми барьерами.

-Научи меня ругаться по-деонски, выдыхая я. - А то мне даже сказать нечего.

– Ну ты и наглец! У тебя вообще совесть есть?
– Совесть у адэна? Не смеши. Отпала за ненадобностью невесть в каком поколении.

Анда, зачем ты даёшь дуракам силу? Никакое ты не божество, иначе не путалась бы в языках, желаниях и намерениях. Ты не понимаешь людей, беззащитна перед их жадностью и корыстью. Чтобы ты наказала за жестокость, нужно тебя в эту жестокость ткнуть носом.

Толкаю Вирта в бок и показываю на гостиницу.
– Знаешь, что мне это напоминает? Комфортабельную клетку для животных в зоопарке с видом на среду естественного обитания.
– Или тюрьму, – не стесняется в выражениях Вирт.
– Это заповедник для любопытных туристов, – слышу я на аризском с еле заметным акцентом. – Созданный специально ради вас.

– Очень хочется жить, – улыбается он. – И сырников.

– Сила могла поступать извне. В этом случае достаточно устроить ловушку в месте прохода, поймать энергию, а потом заткнуть отверстие пробкой, словно слив в ванне, – выдвигает версию Шэрн. – Всё равно, ума не приложу, как осуществить подобное!
– По принципу воздушного шарика, – предполагаю я. – Привязали нечто растягивающееся, подождали, пока вся энергия окажется внутри, а потом стянули.
Три пары удивлённых глаз. В Деоне не знают, что такое воздушные шарики?

Обидно не тогда, когда твоя мечта не сбывается, а когда она сбывается так, что хочется плакать.

"- Мне казалось, андэ - это влюбленные.
- На общем деонском - да. Но правильнее переводить "связанные, предназначенные". Вечная любовь, которой не страшна даже смерть"

– Любовь, которая длится вечно, – это сказка.
– Ты говоришь так потому, что сам не любил, – вырывается у меня.