Письма к брату Тео

Читая письма Ван Гога к брату, начала задумываться о том, что все художники жуткие эгоисты. Если честно, мне тяжело читать, когда Ван Гог вымогает (именно это слово здесь хорошо подходит) деньги у Тео. Художник, не замечая того считает, что весь мир должен крутиться возле него. Да, ради искусства он отказывается от даров хорошей жизни - он очень мало ест, не покупает себе одежду, хотя она стала на несколько размеров ему велика и истрепалась. Все свои деньги он тратит на краски, холсты и натурщиков, посвящает все свои время рисованию. Именно это я считаю эгоизмом: он сидит на шее у брата ради своего любимого дела, он не хочет работать и зарабатывать себе на жизнь. Но, с другой стороны, именно так можно понятно что-то до конца, отдаваясь этому полностью.
Так что советую прочитать эту книгу людям, которые увлекаются искусством.

«Письма к брату Тео» Ван Гога для меня прошли как цельный текст, а не сборник писем. Внутри постепенно проступает жизнь художника с ее ритмом, сомнениями и вспышками ясности.

Чтение требует времени: как минимум, мало кто привык к эпистолярному жанру, так что сначала письма кажутся избыточно подробными, иногда даже утомительными в своей сосредоточенности на быте и ремесле, но по мере движения возникает чувство глубины, в которой эти детали начинают работать как часть большого замысла.

Особая ценность писем заключается в том, как в них формируется взгляд. Ван Гог описывает пейзажи, лица, свет, движение воздуха с такой внимательностью, что текст начинает напоминать живопись. Я вообще абсолютный визуал, и у Ван Гога язык плотный, насыщенный, в нем уже угадываются будущие картины. Исследователи, включая Ирвинга Стоуна, не раз подчеркивали, что именно письма позволяют проследить, как складывается его художественное мышление от ученических поисков к собственной системе.

Личное неотделимо от творческого: Ван Гог живет в постоянной нехватке средств, зависим от помощи брата, остро переживает одиночество и стремится к близости, которая почти всегда оказывается хрупкой. Его привязанности, ошибки, попытки заботиться раскрывают характер, в котором соединяются упрямство, ранимость и редкая способность к состраданию. И потому из просто эпистолярки образуется почти эталонный роман.

Редакторская работа придает письмам непрерывность, благодаря чему текст читается как единое повествование. При этом ощущение времени остается размытым, даты отступают на второй план. Такой способ организации делает чтение более погруженным, становится важно не когда, а как проживается каждый момент.

К финалу известная судьба художника начинает ощущаться как неизбежность, к которой текст медленно приближается. В этом и заключается сила книги: она позволяет увидеть не только результат, давно превращенный в культурный символ, но и путь, полный усилий, сомнений и надежды, которая удерживается до последнего. Понравилось безмерно

«Письма к брату Тео» открывают Винсента Ван Гога с непривычной стороны — не как икону постимпрессионизма, а как живого человека со всеми его сомнениями и страстями. Переписка с младшим братом Тео становится окном в мир художника: здесь и творческие поиски, и бытовые тревоги, и глубокие размышления об искусстве.
Ритм писем неровный, пульсирующий — как сама жизнь Ван Гога. Восторг от новой картины сменяется тревогой из‑за нехватки денег, философские рассуждения соседствуют с практическими деталями о красках и холстах. Эта естественная смена настроений создаёт подлинную атмосферу без прикрас и попытки произвести впечатление.
Ван Гог пишет живо и образно. Его описания пейзажей заряжены энергией: он не просто фиксирует увиденное, а передаёт своё восприятие — как ложится мазок, как взаимодействуют цвета, как природа «отвечает» ему. Порой его речь становится почти исповедальной: он рассуждает о Боге, одиночестве, миссии художника, не скрывая страхов и слабостей.
Книга завораживает своей интимностью.

Это огромный источник информации фактической, и, что важно, способ погружения в сознание художника.

Винсент начал писать Тео в 16 лет, когда уехал из дома и поступил на службу в художественный салон. До конца жизни эта переписка практически не прерывалась.

В начале каждого раздела книги дается краткая справка, что в этот момент с ним происходило, например, переезды, любовь, поиск себя на стезе учителя и проповедника. Как раз в роли последнего он отправляется в Южную Бельгию, общается с рабочими на шахтах, делает наброски. Вообще в его творчестве большое внимание уделено рабочим, это то, что он видел перед собой каждый день. Он становится свидетелем жестокой эксплуатации, несчастных случаев, отвратительных условий труда, забастовок. И понимает, что "проповедь Евангелия мало помогает людям". Им не нужны слова, им нужны дела. Он отдает свои деньги, одежду имущество, скандалит с директором, заступаясь за рабочих, за что Винсента с должности и попросили.

Начинается конфликт с родителями, укрепляется желание стать художником - долгий путь обучения, поиск своего подхода к рисованию.
Он жутко кайфует от процесса, он горит и работает с полной отдачей, почти лихорадочно, нарабатывая и нарабатывая практику. Тео постоянно помогает ему финансово. Практически всё уходит на живопись. Картины не продаются. Ван Гог жил в жуткой нужде, отказывая себе во многих базовых вещах - еде, одежде, отдыхе. Измотанный, он горел идеей создать сообщество таких же художников, кооперацию, совместную мастерскую, где работа и жизнь обходились бы дешевле, где было бы проще картины продавать, где присутствовала бы взаимная поддержка. В общем, от каждого по способностям, каждому по потребностям. Он жаждал привлечь к этому Гогена, который ниществовал не меньше Ван Гога. Не ужились.

Братья образованны, они рассуждают о книгах, картинах других художников. Винсент рассказывает о своей работе, о смыслах, о цветах и технике. Их душевная близость просто впечатляет, редчайший дар.
Много Винсент пишет и о своих романтических отношениях - несчастных, непонимаемых и непринимаемых другими, даже странных.

Он знал, что сгорит. Знал это еще за много-много лет до печальной развязки. Тео пережил Винсента буквально на полгода. Боюсь даже представить его состояние после смерти брата.

В общем, это, во-первых, огромный культурный пласт, а во-вторых, история необыкновенной жизни и братской любви. Невозможно не восхититься женой Тео, которая приложила немало сил, чтобы вытащить из забытья творчество Винсента и представить его миру.

Почти 500 страниц за год – это, конечно, слабый показатель, но тут, как никогда, не хотелось никуда спешить.

А вообще, очень интересно знакомиться со слогом человека, который в первую очередь знаменит своими картинами и любовью к абсенту. Но писал Винсент получше некоторых классиков: лаконично, свежо, а его описания природы, картин и передача цветовой гаммы словами… все еще потрясена.

А еще, словила себя на мысли, что чем-то похожа на Ван Гога. Не внешне (хотяяя…), а в его отношениях с людьми. С одной стороны, он быстро (как и я) привязывался к людям и так же быстро в них разочаровывался. Во-вторых, не очень-то любил людей и в одиночестве (он о нем знал чуть больше, чем я) чувствовал себя по большей части комфортно. Винсент очень любил японские гравюры и коллекционировал их. В этой любви к Японии мы с ним схожи. Только я люблю Харуки Мураками, а он – японских художников.

Как и с Мураками, я люблю Ван Гога, пусть он и не идеален и с львиной долей недостатков. Есть моменты, которые доводят эту любовь до ненависти и нетерпимости, так, например, эта его постоянная просьба прислать денег. Иногда так и хотелось сквозь почти два столетия наорать на него и попросить взять себя в руки и наконец-то зарабатывать деньги, если не картинами, так чем-то другим. Но это, кажется, вечная проблема людей творческих специальностей в неспособности в тот же момент получать доход от своей работы и из последних сих сводить концы с концами, балансируя на грани. Так Ван Гог при жизни продал только одну свою картину, да и то в последние полгода своей жизни.

Вообще, жизнь Винсента овеяна какими-то тайнами и одними сплошными догадками. То, что я видела в кино, то что я читала в книгах и всевозможных статьях далеко не всегда сходится с тем, что говорили художники на арт-вечерах. Я встретила львиную долю негатива по отношению к его творчеству и Винсенту как к личности. Но о вкусах не спорят (или спорят?).

Он все время корит себя, что очень поздно начал рисовать (+-27 лет). Поэтому всю свою жизнь он пытался кого-то догнать, приблизиться к кому уровню, который достигли ряд других художников. Это стремление к перфекцианизму похвально, но может оно и свело его в могилу раньше времени.

У него были явные проблемы с женщинами, т.е. он наделен какой-то необычайной влюбчивостью в неправильных женщин. Он страдалец. Терпит все тяготы своего существования, и не редко оправдывает свои действия какими-то внешними причинами. Он не может продать ни одной картины, чтобы прокормить себя, не говоря уже о семье, которой он внезапно обзавелся по доброте душевной.

Но он нашел своего Спасителя в лице младшего брата Тео. Их дружбе, построенной лишь на семейных узах, можно лишь позавидовать, ведь Тео безропотно помогал Винсенту всегда, а когда тот был на грани смерти, приехал и сам выхаживал старшего брата. Тео сделал для Винсента все и даже больше, чем мог сделать. Но и его постигла учесть погибнуть молодым и талантливым.

И все-таки и дальше любить Ван Гога – это то, что по душе мне. Любить несовершенного, запутавшегося человека с претензией к себе и обществу. Человека, которого любил лишь брат. Человека, который стремился к свету и хотел подарить этому миру кусочек красоты, что он увидел. Человека с непростым характером. Человека с пагубными привычками. Человека, который стал для меня музой. Вдохновением. И ярким янтарным солнцем на небесном полотне.

Письма Винсента Ван Гога к его брату Тео - это поразительный человеческий документ, свидетельствующий не только о трагическом пути художника и его незаурядной литературной одаренности, но и о том, какая огромная работа, какое духовное содержание стоят за каждой картиной этого не признанного при жизни гения.

Винсент Ван Гог - нидерландский художник-постимпрессионист, чьи работы оказали вневременное влияние на живопись XX века. За десять с небольшим лет он создал более 2100 произведений, включая около 860 картин маслом. Среди них - портреты, автопортреты, пейзажи, натюрморты и панно с изображением оливковых деревьев, кипарисов, полей пшеницы и подсолнухов. При жизни был практически обойдён вниманием критиков.

В представленных письмах Ван Гога брату мы узнаем о том периоде его жизни, когда он всерьёз задумался начать заниматься живописью, после того, как он успел сменить несколько направлений своей жизни: от учителя до ученика семинарии. Всё изменило его пребывание среди простых рабочих людей в Боринаже: именно там он начал делать первые наброски и решил окончательно заняться живописью.

В этих письмах - жизненные уроки и наставления, в которых много житейской, глубокой мудрости: о поиске себя, любви, рассуждения о вере. В письмах мы можем наблюдать его отношения с семьёй, недоверие общественности, но тем не менее - несгибаемость и настойчивость на пути к достижению совершенства техники рисунка. Стиль письма всех писем у Ван Гога - одинаковый: во всех присутствует осмысление вопросов искусства, житейской философии где Ван Гог пытается в чём-то убедить своего брата Тео в своей точке зрения на мир. Читатель получает возможность заглянуть в глубокий, но противоречивый внутренний мир художника, который обуревается разными страстями. Поклонники живописи (а особенно поклонники творчества самого Ван Гога) и простые читатели (кто знаком с биографией художника, потому как в данной книге её практически нет) познакомятся с "другим Ван Гогом", которого невозможно понять или найти в его картинах. Простые и незамысловатые (но тем не менее сложные - из-за богатого языка повествования самого Ван Гога) "зарисовки" из жизни, которые возможно не обладают своей "интересной формой", но тем не менее создают портрет гения, который создал себя сам. Гений, который слепил и создал себя из того что было.

Ещё со времён, как я учился в колледже, я отовсюду слышал имя художника, что потратил свою жизнь на искусство, но так и не был оценён по достоинству.
Позже, я натыкался на "умные" цитаты с книги «Письма брату Тео», которые так любят приписывать в своих блогах люди. И вот, спустя время, я взялся за эту книгу. Мне действительно интересна история жизни Ван Гога и я хотел узнать, как жил один из величайших художников того времени, который не был оценён достойно при жизни.
Говорить об этой книги хочется мало, её нужно читать, ведь словами Я не смогу передать то, что чувствовал, когда читал его письма в разные периоды его жизни.
Его жизнь действительно получилась трудной и единственной отрадой для него было искусство в которое он верил.
Если вам интересная жизнь этого человека. Если вы интересуетесь художниками разных эпох. Если вы хотите стать художником. Тогда прочтите эту книгу. Местами её тяжело читать. Неимоверно сильно начинаешь переживать эмоции человека, который писал те строки. В ней нет мотивации, в ней есть жизнь. Этим все сказано.

«ПИСЬМА К БРАТУ ТЕО»

Винсент Ван Гог

⠀

В его картинах целый мир, настоящая жизнь и душа.

Каждый штрих и цвет.

И знаете, наверное, мои мечты будут периодически прослеживаться в постах. Одна из мечт, это побывать в Амстердаме, в музее Ван Гога. В живую погрузиться в атмосферу великих картин и своими глазами и почувствовать «ту самую жизнь», которую он хотел передать в них.

⠀

Тяжело писать отзыв на такие книги. Это не выдуманный рассказ о чем-то.

Читатель заглядывает прямо в «душу художника». В этой книге настоящие и подлинные его письма к своему брату Тео.

Ничто не раскроет человека лучше, чем его письма. Особенно самому близкому человеку. Восхищалась преданностью и крепкой любовью между братьями.

⠀

Переписка с Тео длилась почти 18 лет. За это время сохранилось всего 16 писем Тео и более 600 Ван Гога. В книге собрана часть писем в хронологическом порядке.

Книга открывала для меня мир Ван Гога с новой стороны.

А без слез читать вовсе не получится.

⠀

Большинство людей знает его как сумасшедшего, который в порыве безумия отрезал себе ухо.

Читала его биографию, но только эта книга помогла увидеть художника с абсолютно новой стороны.

В них он раскрывается как глубоко ранимый и чувственный человек, с философской стойкостью переживающий свалившиеся на него невзгоды.Все факты сложились в один пазл.

⠀

В книге мотивация зашкаливает, но все-таки, считаю, что не следует слишком переусердствовать. У всего на свете есть свой предел.

А если бы он столько не отдавал себя этому делу, стал бы он великим художником?

⠀

Когда мы находимся в поиске своего предназначения в этом мире, мы сталкиваемся на пути с разными тяжелыми преградами.

И бросаем, потому что думаем, что этого нам не дано или все не под силу.

Вот это абсолютная неправда. Только пройдя множество тяжелых испытаний человек добивается больших успехов. К сожалению, таковы реали, да не стоит быть пессимистом. По мне лучше быть оптимистичным реалистом, хотя, это как-будто два абсолютно несовместимых понятия.

⠀

Кто интересуется творчеством Ван Гога посмотрите серию из сериала «Доктор Кто».

Еще советуют прочитать биографию Ван Гога, книгу И. Стоуна «Жажда жизни».

⠀

К письмам Ван Гога на прилавке в книжном рука моя потянулась еще в октябре. Взяла книжку и думала, стоит ли покупать - это ведь и не книжка вовсе. Так, письма. Да и стоит ли совать нос в чужие письма? Ван Гог явно не рассчитывал, что спустя пару сотен лет его личную переписку с братом будут читать все, кому не лень. Казалось, не совсем этично... Но книжку почему-то никак не могла поставить обратно. С ней в руках я размышляла над покупкой "Гроздьев Гнева"(решила, что познакомлюсь со Стейнбеком сначала в электронном виде), засматривалась на неприлично дорогое издание Фицджеральда и выбирала сестре "Странных детей". И весь нон-фикшн магазина пересмотрела с письмами Ван Гога в руках.

Любопытство взяло верх. По поводу этичности - на страницах своих писем художник неоднократно ответил на этот вопрос. И развеял все сомнения. Но об этом в следующий раз.

Сам сборник поделен хронологически на главы, соответствующие периодам из жизни Ван Гога. Читателю дают краткую информацию о том, что в каждый период происходило. Такая себе историческая канва, на которую потом хаотичными стежками ложиться гладь писем.

Начав читать, я поражалась, насколько похожи проблемы и вопросы большинства людей, независимо от времени и обстоятельств, в которых они живут. Видела себя и свои мысли в десятках писем и думала о том, как всю жизнь обычный человек все время ищет одно и то же, и не находит ответа. Независимо от того, кто этот человек - девочка перед ноутбуком, или гений перед холстом.

Позже я начала замечать совсем другое. Формат писем позволил увидеть развитие личности. Личности, которая прожила очень сложную жизнь. Внимательно читая, строчка за строчкой можно наблюдать, как жизненные обстоятельства одни за другими подтачивают психическое здоровье и физическую силу, но никогда силу воли. Меня поразили размышления о работе, творчестве, самоотверженности, даже о собственном душевном расстройстве (!!).

Примерно со второй половины книжки я перестала записывать отдельные цитаты - их было слишком много. Меня вели за собой целые абзацы, отдельные письма и выраженные в них взгляды. Я начала клеить закладки, чтобы всегда можно было к ним вернуться. Вся вторая половина книги пестрит разноцветными корешками.

Одно письмо особенно меня увлекло: это довольно большой на фоне остальных рассказ, в котором Ван Гог описывает, как он обустраивает свой домик. Домик должен был стать не только его пристанищем, но и такой себе штаб-квартирой для вольных художников-импрессионистов. С улыбкой на лице я читала, с какой любовью к деталям человек, очень ограничен в средствах, выбирал мебель, старался экономить, но сделать красиво, был готов много сделать своими руками, выделял лучшие комнаты будущим гостям, оставляя за собой аскетичную мастерскую и спальню. Я опять узнала в словах себя. И описать не могу, как было больно читать письмо о том, как этот, сделанный из ничего, домик у него забирают из-за душевной болезни.

Благодаря письмам, можно узнать Ван Гога. В них я увидела человека, который прожил жизнь, полную бедности и боли, терзал себе упреками и моральными дилеммами, сдерживал нападки от самых важных и самых близких, но при этом оставался наивным, самоотверженным, невероятно целеустремленным. Я увидела личность очень закрытую и самодостаточную, но очень нуждающуюся в искреннем общении и понимании. Личность счастливую, но глубоко несчастную.

Очень сложно было видеть, как жизнь непрерывными ударами делала слог художника все хаотичнее, выживание всё более сложным, а рассудок всё более туманным.

Сборник оставил меня под впечатлением. Не один раз строки сильно задевали во мне что-то слишком личное, чтобы писать в отзыве. Очень советую почитать если не всю книжку, то хотя бы письма из Арля, Сен-Реми и Овера - это последние два года жизни Ван Гога. Это действительно того стоит.

"Я предпочитаю писать глаза людей, а не соборы, как бы торжественно и импозантно ни выглядели последние: человеческая душа, пусть даже душа несчастного нищего или уличной девчонки, на мой взгляд, гораздо интереснее"

"Весь вопрос в том, с чего начинаешь - с души или с платья; в том, служит ли форма вешалкой для лент и бантов или средством передачи впечатления и чувств"

"Самопожертвование и стремление жить для других, когда это влечет за собой форменное самоубийство, есть грубая ошибка, поскольку в таком случаеи мы невольно делаем наших ближних убийцами"

"Так вот, я боюсь успеха. Мне страшно подумать о похмелье, ожидающем импрессионистов на следующий день после их победы: а вдруг те дни, которые кажутся нам сейчас такими тяжелыми, станут для нас тогда "добрым старым временем"?"

"У больных, вероятно, следует учиться жить"

"в общем повсюду то же самое: дела идут неважно, выхода нет, люди отчаиваются и, как ты удачно заметил, до такой степени озлобляются от безделья, что не могу спокойной видеть того, что еще не разучился смеяться и работать, и непременно набрасываются на него."