В истории постоянны лишь человеческая глупость, алчность и страсть к кровопролитию, и даже сам Господь Бог тут бессилен.

Мужество – это постоянство. Трус бежит в первую очередь от самого себя. После этого все прочие измены и предательства даются легко.

Между желанием и его осуществлением лежит бесконечность.

Узы печали - из самых прочных. Нет более тесной общности, чем общее горе...

Будь бдительным, храбрый рыцарь. Нет чудовища страшнее, чем разум.

... тот, кто понимает душу одной лошади, понимает всех лошадей, какие только были, есть и будут.

Он говорил, что души лошадей зеркала человеческих душ, хотя люди этого толком не понимают.

Он и не подозревал, до чего глупеет человек от боли, хотя, как ему казалось, всё вообще-то должно быть наоборот, иначе какой смысл в боли?

Думаешь, Бог приглядывает за людьми, спросил Ролинс.
Похоже… А как ты считаешь?
Наверное, ты прав… Есть в мире какой-никакой порядок… А то кто-то чихнет в каком-нибудь Арканзасе, и ты оглянуться не успеешь, как начнется резня. И вообще приключится черт-те что. Каждый станет вытворять, что ему взбредет в голову. Нет. Господь явно за нами присматривает, иначе все полетело бы в тартарары.

Мы все рано или поздно избавляемся от сантиментов. Одних исцеляет жизнь, других – смерть.

Мне наш мир скорее напоминал кукольный театр. Если заглянуть за ширму, то видишь нитки, которые уходят от марионеток вверх. Однако оказывается, что за них дергают не кукловоды, но другие марионетки, которыми управляют новые куклы, и так до бесконечности. [Альфонса]

Ты захватил что-нибудь огнестрельное?

Джон Грейди кивнул.

Что именно?

Дедов старый кольт.

Из него можно во что-нибудь попасть?

Нет.

Он снова посмотрел на нее. Она не сводила с него глаз.

А что он скажет, если увидит, как мы тут с тобой стоим?

Он не ревнив.

Это хорошо. Полезное свойство. Избавит его от множества огорчений в будущем.

Он думал о народе, потерянном и для истории, и для живой памяти. Он думал о еще одном исчезнувшем Граале ― о призрачной совокупности земных человеческих существований, неистовых и мимолетных.

Настоящие мужчины, хорошо знающие свое дело, по их глубокому убеждению, никогда не должны принимать на веру то, что узнают не из первых рук.

It was good that God kept the truths of life from the young as they were starting out or else they'd have no heart to start at all.

Испанец всем сердцем обожает свободу. Но только свою собственную. Он боготворит истину и честь во всех их обличьях. Но ему нравятся именно эти обличья, а не суть. Испанец свято верит, что единственный способ подтвердить реальность кого бы то ни было – это заставить его истекать кровью, будь то девственницы, быки, мужчины… Будь то сам Спаситель. [слова Альфонсы]

Жизнь безжалостно отделяет сон от яви, иллюзии от фактов. А вот мы сами порой на это не способны.

"Коней охватывало ощущение страшной беды  - их текучая вольная целостность вдруг оказалась расчлененной на беспомощные одинокие островки. Это было жуткой напастью, от которой не существовало спасения."