Цитаты из книги The Librarianist

«- Как случилось, что вы потеряли руку, мистер Мор? – спросила Ида.

• В Первую мировую войну, Ида, - ответил он, передавая ей кофе. – Но вам ведь это известно, не так ли?
• Должно быть известно, и все же я не могу не думать об этом. Каково это, потерять руку.
• Да, тяжко, - сказал мистер Мор.
• Могу я спросить, это была ваша рабочая рука? – вступила в разговор Джун.
• В любом случае, неплохая. Думаю, суть в том, что стоит им отнять тебе руку, как ты не можешь уже не думать о ней иначе, чем как о лучшей руке в мире.»

«- А какое блюдо вам нравится готовить меньше всего? – спросила Ида. Повар ответил не сразу.

• Пожалуй, что нет, промолчу. Обсуждать такое с клиентами – это не дело.
• И с чего бы не обсудить?
• Что ж, подумайте сами. Если вы узнаете, что именно я не люблю готовить, но вам захочется заказать именно это, мы окажемся в затруднительном положении, потому что или вы не получите то, что хотите, потому что, как вежливый человек, не закажите это, щадя мои чувства, или же закажите все равно, тем самым мне сообщив, что не держите меня за человека, с чувствами которого стоит считаться».

Водитель не уходил, а, промокая лицо носовым платком, выжидающе поглядывал на пассажирок. Видно, надеялся, что они состоятельные чудачки и отблагодарят его непомерными чаевыми. Но время проходило в молчании, женщины не предложили водителю ни денежной премии, ни даже доброго слова, и поэтому он спрятал платок и, вернувшись в автобус, недовольно плюхнулся на свое место. Но уже через мгновение выпрямился, словно озаренный идеей; повернул ключ в замке зажигания и принялся подстегивать двигатель, включая-выключая первую передачу и одновременно нажимая на тормоз. Эти действия вызвали выхлопы в карбюраторе, и объемистым чёрным клубом из сопла вырвалась сажа, окутала собой женщин, которые раскашлялись и, отплевываясь, стали размахивать руками, чтобы отогнать гарь. Посигналив, водитель вырулил на шоссе; Джун, носовым платком стирая копоть с лица, сказала:
- Надо отдать ему должное, Ида. Этот человек своим инструментом владеет.

Тут с покатых кладбищенских холмов порывом налетел ветер, и брезентовый тент над головами туго надулся. Порыв стих, и брезент провис; но через несколько секунд ветер вернулся, причём сильней прежнего, так что палатку всю целиком приподняло над землей, как  будто невидимая рука сверху схватила её и вырвала с корнем. Боб вытянул шею, чтобы проследить за полётом палатки, как она вознеслась вертикально в воздух, а потом в том же положении приземлилась, и при этом опоры её двигались подобно ногам, как у пьяной лошади, которая изо всех сил пытается на них устоять. Палатка споткнулась, рухнула и улеглась плоско...