Homo Deus. Краткая история будущего

Чтобы установить, есть ли у компьютера разум, вы, по условиям теста, должны одновременно общаться с
этим компьютером и с живым человеком, не зная, кто есть кто
Вы вправе задавать им любые вопросы, играть с ними в игры,
спорить и даже флиртовать. Время не ограничено. Под конец вы должны сказать, где компьютер, а где человек. Если вы затрудняетесь с ответом или ошиблись, значит, компьютер прошел тест Тьюринга и с ним следует обращаться как с разумным существом. Этот тест придумал в 1950 году британский математик Алан
Тьюринг, один из отцов компьютерного века. Он был геем, а в то время в Британии гомосексуализм считался преступлением.
В 1953 году Тьюринг был обвинен в мужеложстве и подвергнуть химической кастрации. Два года спустя он покончил с собой. Тест
Тьюринга это просто отголосок жизненного теста, который в
Британии 1950-х вынужден был проходить каждый гей: можешь
ли ты сойти за натурала?  По мнению Тьюринга, компьютеры в будущем уподобятся геям 1950-х. Не важно будет, мыслят они или нет. Важно будет только то, что об этом думают люди.

Подобно капитализму, датаизм зародился как абстрактная научная теория, однако теперь он мутирует в религию, которая порывается устанавливать критерии добра и зла. Высшая ценность этой новой религии - "поток информации"... Люди - не более чем инструменты для создания Интернета Всех Вещей, который может в итоге выйти за пределы планеты Земля и заполнить собой всю галактику и даже всю Вселенную. Эта космическая система обработки данных будет подобна Богу. Она будет везде, она будет контролировать абсолютно всё, и людям суждено раствориться в ней.

В другом эксперименте приматолог Франс де Вааль поместил в стоящие рядом клетки двух обезьян-капуцинов. Каждая могла видеть все, что делает другая. Де Вааль и его коллеги подкладывали в клетки маленькие камешки и приучили обезьян им эти камешки подавать. Всякий раз, как обезьяна подавала камешек, ее награждали кусочком огурца. Обе обезьяны с удовольствием съедали угощение. Несколько дней спустя де Вааль перешел к следующему этапу эксперимента. На этот раз, подав камешек, первая обезьянка получила виноградину. Виноград вкуснее огурцов. Когда вторая обезьяна подала камешек, ей по-прежнему дали ломтик огурца. И тогда этот капуцин, которого раньше вполне устраивал огурец, пришел в ярость. Сначала он взял огурец, посмотрел на него, словно не веря своим глазам, а затем швырнул в ученых и стал прыгать и громко верещать. Я, мол, вам не лопух!

"Возь­мем при­мер с ча­ем. Я на­чинаю день с очень слад­ко­го обыч­но­го чая и ут­ренней га­зеты. Эта чаш­ка – мой спо­соб выз­вать ут­ренний при­лив энер­гии. Од­нажды я по­нимаю, что меж­ду са­харом и га­зетой поч­ти не чувс­твую вку­са чая. Тог­да я умень­шаю ко­личес­тво са­хара, от­кла­дываю га­зету, зак­ры­ваю гла­за и пы­та­юсь сос­ре­дото­чить­ся на чае. Я на­чинаю ощу­щать его уни­каль­ный аро­мат и вкус. Вско­ре я уже эк­спе­римен­ти­рую с раз­ны­ми сор­та­ми чая, чер­но­го и зе­лено­го, срав­ни­вая их тон­кие вку­сы и изыс­канные аро­маты. Че­рез нес­коль­ко ме­сяцев я от­ка­зыва­юсь от про­да­ющих­ся в су­пер­марке­тах ма­рок и на­чинаю по­купать чай в Harrods. Осо­бен­но мне нра­вит­ся Panda Dung Tea с гор Я­ань в ки­тай­ской про­вин­ции Сы­чу­ань. Его по­луча­ют из листь­ев чай­ных кус­тов, удоб­ренных на­возом панд. Так, от чаш­ки к чаш­ке, я по­вышаю свою чут­кость в от­но­шении чая и ста­нов­люсь его зна­током. Ес­ли бы в на­чаль­ный пе­ри­од мо­их ча­епи­тий мне по­дали Panda Dung Tea в фар­фо­ровом со­суде вре­мен им­пе­рии Мин, я не от­ли­чил бы его от обыч­но­го чая в бу­маж­ном ста­кан­чи­ке. Не­кото­рые пе­режи­вания не­дос­тупны, по­ка у вас нет дос­та­точ­ной чут­кости. А раз­вить чут­кость мож­но толь­ко че­рез пе­режи­вания.
Это от­но­сит­ся к лю­бому дру­гому эс­те­тичес­ко­му и эти­чес­ко­му зна­нию. Мы не рож­да­ем­ся с го­товой со­вестью. Идя по жиз­ни, мы ра­ним лю­дей, а лю­ди ра­нят нас, мы про­яв­ля­ем сос­тра­дание, и дру­гие про­яв­ля­ют сос­тра­дание к нам. Ес­ли мы вни­матель­ны, то на­ша мо­раль­ная чут­кость обос­тря­ет­ся, и эти пе­режи­вания ста­новят­ся ис­точни­ком цен­но­го эти­чес­ко­го зна­ния о том, что хо­рошо, что пра­виль­но и кто я на са­мом де­ле."

Великие проекты человечества XX века – борьба с голодом, эпидемиями и войной – ставили своей целью гарантировать универсальную норму благосостояния, здоровья и мира для всех без исключения. Проекты века XXI – обретение бессмертия, счастья и божественности – также предполагают облагодетельствование человечества в целом. Но поскольку эти проекты нацелены на то, чтобы превзойти норму, а не сохранить и гарантировать ее, они могут привести к созданию новой касты сверхлюдей, которая откажется от своих либеральных корней и будет обращаться с обычными людьми не лучше, чем европейцы XIX века с африканцами.
Если научные открытия и технический прогресс разделят человечество на бесполезную массу и крошечную элиту усовершенствованных сверхлюдей или если полномочия полностью перейдут от человеческих существ к высокоинтеллектуальным алгоритмам – либерализм рухнет. Какие новые религии или идеологии заполнят образовавшийся вакуум и будут направлять последующую эволюцию наших божественных потомков?