Парадокс Севера

На белой бархатной подушечке перед ней выложили длинные золотые серьги с
рубинами. Я даже представить не мог, сколько они могли стоить. Перекинув волосы на одну сторону, она надела сережку и покрутилась перед круглым зеркалом на подставке. А потом достала смартфон и сделала селфи.
Мой телефон в кармане джинсов тут же прожужжал. Адель отправила фото мне?
— Что скажешь, Тони? — спросила она, разглядывая себя, а я глядел на нее на
собственном экране, игриво улыбающуюся.
— Красивая.
Адель улыбнулась.
— Ты милый.
……
— Как ни крути, мы разные, — вернула меня в реальность Адель, и я все-таки не
удержался:
— А что разница во взглядах на жизнь зависит от суммы на твоем счете?
— О, еще как, милый Тони. Еще как.
Почему? Ну почему она всегда звала меня этим дурацким кошачьим именем.
— Деньги ограничивают. Гораздо сильнее, чем ты можешь предположить. И не так
просто выйти из этого зачарованного круга.
— Слушай, Адель, — я покачал головой, потирая лоб. — Ни черта не понимаю, к чему ты клонишь.
Девушка обернулась, оказавшись совсем близко. Настолько, что я мог пересчитать
веснушки, которые она сводила, но которые все равно упорно появлялись каждую весну, исчезая с наступлением морозов. Восемь на левой щеке. И пять на правой.
— Значит, ты счастливый человек, — ответила она. Телефон в ее руке пиликнул. — 0,
гляди!
Адель развернула экран, показывая их переписку с Севером. Я посмотрел на время.
Значит, Адель отправила снимок и ему тоже.
Виктор ответил лишь одно слово.
«Покупай».
— Вот этим, Тони, и отличаются парни в моем мире, — улыбнулась Адель, протянув консультанту карточку, на которой блестело золотом «SEVEROV». — Они видят лишь то, что необходимо видеть.
Я промолчал. Впервые радуясь, что на мне черные очки.
Потому что действительно даже не обратил внимания на украшения. Ведь все, что я
видел уже целый чертов год — одну лишь ее.