Парадокс Севера

©Адель

Они боятся того, чего понять не могут. И тогда они сочиняют объяснение сами. Потому что верить в то, что кажется логичным, безопаснее. И никому не стоит знать, что сторож просто уволился, а кота я забрал к себе.

Стоило сомкнуть веки, как перед взором тут же рисовались его глаза. С чуть нахмуренными, уже совсем привычно, бровями. Чуть темнее, чем волосы.

«Да сдались тебе эти глаза! — ругала я сама себя. — Обыкновенные глаза. Серо-голубые. Да таких тысячи тысяч еще по всей России. Не такая уж и редкость!» Хотя знала точно, именно таких больше нет. Ни в России, ни во всем мире. Господи, ну то за глупая идиотка!

Поцелуй это не просто касание губ. Это мгновение «до». Ожидание. Предвкушение.

️ – Ну потерпи ещё немного. Ты же сильная, мушкетер.

Я покачала головой. Потому что не хотела больше быть сильной.

Потому что устала, исчерпав свой ресурс до дна. Потому что быть сильной всегда означало одиночество.

Потому что все уходят. А я остаюсь. Всегда. Одна. Сильная.

И я выдохнула:

– Только когда ты рядом.

- Понимаешь, не важно, какие карты сдала тебе жизнь. Важно научиться играть с тем, что есть у тебя на руках. До следующей раздачи. В конце концов, разве вся жизнь - это одна партия?

Воспоминания померки. Вот только след от них в душе все ещё горел ярким пламенем. От каждого ожог. Каждое - шрам на сердце. Говорят, память всегда на нашей стороне. Стирает плохое, оставляя со временем лишь светлые кадры. Вот только счастливые мгновения иногда оставляют гораздо больше болезненных царапин.

Было очевидно, несмотря на то, что мы старались держаться на расстоянии, даже это не спасало. Ведь порою глаза касаются так, как никогда не прикоснутся руки. И это пугало.

Север был совершенным стратегом. Слишком умным и расчётливым. Почему-то в этот момент подумалось, что живи мы в военное время, он обязательно возглавил бы одну из армий.

— Увидишь, мимо не пройдешь, — произнесла она.
— Я сталкивался с ним лишь однажды, — подхватил парень, напротив. — Предпочту не повторять.
— Он псих.
— Да просто у него крыша крепкая.
— Говорят, он сломал десятикласснику три ребра, и ничего ему за это не было.
— За что? — не выдержала я. Только никто не ответил.
— На следующий день бедолага получил черную карточку. Больше его никто не видел.
— В каком смысле?
— В прямом. Он пропал.

Такие люди, как Север, никогда не могут принадлежать кому-то. Они самодостаточны, им не нужен другой человек, чтобы чувствовать себя цельными. А Виктор полностью оправдывает свое прозвище. Холод, исходящий от него, притягивает, потому что за ним скрыта сила, но он никогда не перестанет оставаться холодом. Поэтому тебе придется смириться. Если хочешь быть с ним, не жди от него признаний.

Он устало запрокинул голову. Видимо, перенял мою привычку — чтобы не взорваться — досчитать до десяти. Глупец, он еще не знал, что не придумали такого числа, добравшись до которого становилось хоть сколько-нибудь легче.

А потом снова губы к губам, пальцы в волосы, и задохнуться друг в друге до следующего «до встречи».

Глаза Севера в свете фонарей напоминали расплавленное серебро, словно сама луна отсыпала ему своего света. В этот момент я подумала, что все в нем напоминает белый олеандр — смертельно опасный цветок, к которому лучше не притрагиваться, но который, как это всегда бывает, притягивает своей красотой. Красотой, заманивающей в капкан.

если тебе суждено что-то, то этого не избежать

В конце концов жизнь та еще лотерея, кто знает, что за билет каждый из нас вытянул.