Илиада. Одиссея

...весьма неразумно и скучно
Снова рассказывать то, что мы уже рассказали однажды.

Грустно на ней возлежал он

Все на земле изменяется, все скоротечно; всего же,
Что ни цветет, ни живет на земле, человек скоротечней...

Исчезнет Радость от пиршества светлого, ежели зло торжествует!

Но человек ты надменный, и дух у тебя неприветлив.
Ты потому лишь себя почитаешь великим и сильным,
Что меж ничтожных и малых людей свое время проводишь.

Только тогда, как случится беда, дураки ее видят

(Перевод В. Вересаева)

Кто бессмертным покорен, тому и бессмертные внемлют.

Странно, как смертные люди за все нас, богов, обвиняют!
Зло от нас, утверждают они; но не сами ли часто
Гибель, судьбе вопреки, на себя навлекают безумством?

Бурно с вершины Олимпа в Итаку шагнула богиня.

Там на дворе, у порога дверей Одиссеева дома,

Стала она с медноострым копьем, облеченная в образ

Гостя, тафийцев властителя, Ментеса; собранных вместе

Всех женихов, многобуйных мужей, там богиня узрела;

Было ли в пользу ему, что имел он железное сердце?..

Доброе имя одежды опрятностью мы наживаем

Странно, как люди охотно во всем обвиняют бессмертных!
Зло происходит от нас, утверждают они, но не сами ль
Гибель, судьбе вопреки, на себя навлекают безумством?

Самый разумнейший может лишиться мгновенно рассудка,
Может и слабый умом приобрести несказанную мудрость.

Грустно на ней возлежал он

Гектор, ты все мне теперь - и отец, и любезная матерь,
Ты и брат мой единственный, ты и супруг мой прекрасный!

в несчастии люди стареются скоро

Вот что: дадим-ка еще по большому треножнику каждый
И по котлу. А себя наградим за убытки богатым
Сбором с народа: столь щедро дарить одному не по силам.

Гибок язык человека; речей для него изобильно
Всяких; поле для слов и сюда и туда беспредельно.
Что человеку измолвишь, то от него и услышишь.

Неправ человек, замышляющий ближнему злое.