Ты напиши за нас, Лимон. Чтоб люди знали, как тут. Напиши. Мы-то не можем. Ты — умеешь.

Звучали просьбы арестантов.

Лимон на просьбы откликнулся и написал, тем самым увековечив в русской литературе пару десятков судеб простых зэков. Правда все они - лишь крупицы одной глобальной истории, естественно, авторской, чей путь в те годы пролегал через Саратовский централ.

На удивление, в отличие от остального тюремного творчества Эдуарда, книга получилась совсем не злой. Она такая, знаете, более описательная, рассказывает о том, как автор попал в тюрьму, кого там встретил, чем занимался, как двигался, о чём думал и говорил.

Через неё мы погружаемся в атмосферу банальности застенок, съедающей арестанта скукой и тоской; она раздражает своей вопиющей несправедливостью, но ты с ней, как личность, ничего поделать не можешь. Государство вооруженное традицией уничтожения личности постепенно выжимает из заключенного все соки и ломает его. По ощущениям Лимонова ночами его пили стены...

В целом, всё сводится к тому, что наше государство умеет наказывать, но не может дать человеку ничего положительного, следовательно является деградирующей формой социальной жизни. А тюрьма, - всего лишь, модель общества, которая меняется вместе с ним.

Лимонов не хочет быть в одном ряду с таким государством. Он видит в нём все признаки фашистского режима. И поэтому он, ведомый воинственной психологией зэка, находится на другой стороне бок о бок с арестантами всех мастей.