Античные трагедии

Нет, лучше беззаветная преданность богу человека: она лишь доставляет смертным безбольную жизнь. Не завидую я мудрецам; есть другое, высокое, очевидное благо, к которому радостно стремиться: оно состоит в том, чтобы дни и ночи проводить в украшающем нашу жизнь и богоугодном веселье, чтобы сторониться ото всего, что вне веры и правды, и воздавать честь богам.

Неисповедимы пути богов; многое решают они, вопреки ожиданиям. И то, что казалось вероятным, не совершается, и то, что казалось невозможным, является исполнимым для бога - таков исход и этих событий.

Агава: Боги не должны в своих страстях уподобляться смертным.

АГАВА: Это Дионис нас погубил: теперь я поняла все.
КАДМ: Да, но будучи оскорблен вами: вы не хотели признать его богом.
АГАВА: Но чем же Пенфей был виновен в моем неразумии?
КАДМ: И он, уподобившись вам, не поклонялся богу;

Не бойтесь: чему не суждено быть, тому не бывать.

ПАНФЕЙ: А скажи... днем или ночью справляешь ты свои обряды?
ДИОНИС: Главным образом ночью: торжественность свойственна тьме.
ПАНФЕЙ: Это - гнилое место твоего служения, коварно рассчитанное на женщин.
ДИОНИС: И днем может быть придумана гнусность.

...у каждого народа своя вера.

Неразумен был бы тот, кто стал бы невеждам давать мудрые ответы.

Таинствам бога ненавистны поклонники нечестья.

Да, наш бог, сын Зевса, любит веселье, но он любит и благодатную Ирену [Эйрену], кормилицу молодежи; оттого-то даровал он людям усладу вина, равно доступную и богачу и бедняку, ни в ком не возбуждающую зависти. Оттого-то ему и противны те, кто не о том заботится, чтобы и в светлые дни, и в сладкие ночи проводить в блаженстве свою жизнь. Вот где мудрость: умом и сердцем сторониться от безмерно умных людей. Веру и обряды простого народа - их принимаем и мы.