Rivali divini

Продовжуй писати. Ти знайдеш слова, якими хочеш поділитися. Вони вже є в тобі, навіть у тіні, ховаються, як коштовності.

Іноді я боюся любити інших людей.
Усі, про кого я піклуюся, врешті-решт залишають мене, чи то через смерть, чи то через війну, чи то просто тому, що я їм не потрібна.

Вона завжди цікавилася, що стало причиною смерті, і хоча ця інформація ніколи не була включена, вона уявляла, що люди були б більш схильні читати надгробні промови, якби вона була включена.

Їй було цікаво, скільки часу пройде, перш ніж війна стане для них реальною. Перш ніж вони відчують, наскільки вона близька, наче тремтіння землі під ногами.

Радоваться — это не преступление, даже если дела кажутся безнадежными.

Со своей болью или с его и с тем, как они вдруг слились воедино. В голове промелькнуло предупреждение: она танцевала слишком близко к огню и вот-вот может обжечься. С нее сняли все доспехи, и она почувствовала себя голой.
— Вот, — сказала она, протягивая ему последнее письмо. — Мне нужно идти.
— Айрис? Айрис, — прошептал Роман, но когда он потянулся к ее руке, она уклонилась от него. — Пожалуйста, останься.

Она видела, как хрупка жизнь. Как можно проснуться на рассвете и умереть на закате. Айрис бежала сквозь дым, пламя и агонию вместе с Романом, держа его руку в своей. Они оба попробовали Смерть на вкус, столкнулись с ней плечом к плечу. На их коже и на их душах остались шрамы от того перелома, и теперь Айрис видела больше, чем раньше. Она видела свет, но видела и тени.

«Несмотря на всю эту надежду, мой страх острее. Это нож в моих легких, который с каждым вдохом режет меня все сильнее, все глубже. Я боюсь, что больше никогда не увижу тебя. Я боюсь, что у меня не будет возможности сказать тебе все то, что я так и не сказал.»

Наверное, можно начать с одного человека. С того, кому доверяешь. Ты убираешь для него фрагмент брони и впускаешь свет, даже если тебе неуютно. Возможно, так учатся мягкости, но вместе с тем силе, даже сквозь страх и неуверенность. По одному фрагменту стали на одного человека.