Аптечка номер 4

Я думал о многом, я думал о разном, Смоля папироской во мгле. Я ехал в вагоне по самой прекрасной, По самой прекрасной земле. "Любэ"

Курение в поезде теперь под запретом, лирическому герою Николая Расторгуева пришлось бы заплатить солидный штраф, приди ему блажь любоваться родиной в клубах никотинового дыма. Впрочем, Булат Ханов наверняка не слышал песни, которую я вынесла в эпиграф, он из поколения Z, родился примерно тогда, когда вышел альбом "Зона Любэ". Как причудливо тасуется колода: латинская литера, пару лет назад обозначавшая поколение после миллениалов, сегодня про другое; зоной "Любэ" стала более-менее вся страна; курить в общественных пространствах теперь нельзя. И это правильно. Мы за здоровый образ жизни.

Герои "Аптечки номер 4" едут по самой прекрасной земле не в вагоне, хотя порой случается скромная радость пригородной электрички. Но в основном автостопом с рюкзаками за спиной, они тоже за здоровый образ жизни. Хотя главным образом по причине отсутствия денег. А чего тогда поперлись, дома надо сидеть, когда так. Или работать шли бы. Тоже верно, но есть у них резон, а кроме того - реализуют право, декларированное ст. 27 Конституции Российской Федерации: каждый имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства, свободно выезжать за пределы Российской Федерации.

Хотя все не так однозначно. Действие повести разворачивается в недалеком будущем. может какие-то поправки внесли или вовсе поменяли Основной Закон. Но на этот счет ничего не говорится и двое молодых людей выдвигаются не особо шифруясь, хотя и не афишируя цели поездки. Безымянный студент журфака, с самого начала принявший роль ведомого, и решительная девушка Зарема (нет, этническая русская, папа у нее был идейный, назвал дочь именем, которое расшифровывается как "За Революцию и май!" По поводу революции и Ленина - готовьтесь, их будет много, автор марксист и ленинский апологет, потому классический роуд-муви густо подкрашен кумачом красных революционных шароваров.

На самом деле, "Аптечка номер 4" лучшее из всего, что я читала у Ханова, а читала примерно все. Узнаваемый хановский стиль со сквозными мотивами: политпросвет, асексуальность, слабость к миксованому алкоголю - здесь словно бы подсушен. У книги хорошая динамика, а многообразие типажей, встреченных не-парой героев позволяет увидеть разную Россию.

Драматизмом, восходящим к "Преступлению и наказанию", повесть продолжает традиции Золотого века великой русской литературы.

На примере собственной повести Булат Ханов доказал то, что мы и без того понимали: для написания антиутопии в 2024 году, не нужно ничего выдумывать, достаточно просто описать действительность за окном. Единственное фантастическое допущение его текста – отмена в РФ моратория на смертную казнь находится так близко от нас, что слово «фантастическое» очень хотелось закавычить.

Герои повести, безымянный студент журфака и девушка по имени Зарема («за революцию мира»), бегут из России в Финляндию, где надеются получить статус политических беженцев. Передвигаясь автостопом, они прячут лица от камер наружного наблюдения и выслушивают монологи подвозящих их водителей, каждый из которых не прочь обсудить политическую ситуацию, а потом...убивают одного из попутчиков. В отличие от самураев, у которых есть только путь, у героев Ханова есть вполне конкретная цель. Вот только с каждой новой прочитанной страницей у читателя появляется всё больше сомнений в том, что: а) цель эта придумывалась больше десяти секунд, б) Финляндия, о которой у героев весьма смутные представления, действительно станет раем для тех, кто куда больше озабочен гипотетической ядерной войной, чем вполне реальной смертью под собственным носом и от собственных рук.

Бодрое роуд-стори о войне и репрессиях удивительным образом обходится без патетики и морализаторства, этот текст делает больно иначе. Его второстепенные персонажи, как и представители современной российской власти, на полном серьёзе борющиеся с гендерно-нейтральными туалетами и причисляющие феминитивы к лексике ЛГБТ-движения, не улавливают иронических подколов в адрес происходящего, не видят в нём ничего абсурдного и с серьёзными лицами несут прекрасную чушь. Это было бы смешно, если бы не было так грустно.

Роуд-стори о двух студентах из Казани, которые решают автостопом добраться до финской границы и попросить политического убежища. Главное, что Ханову удалось — атмосфера. Вайб "антиутопия или просто новости" не отпускает до последней страницы, и именно он делает книгу очень точным отражением текущей реальности Двое героев срываются с места легко: их ничего не держит в Казани. Это нигде не проговаривается напрямую, но ощущение чужеродности героев окружающему — постоянный фон. Да и сам план — автостоп до Финляндии, "товарищи" на той стороне, политубежище — наивный, но, в реалиях после 2022-го, чуть ли не самый рациональный из возможных. Финал формально открытый, и это, пожалуй, самое сильное в книге. Мозгом понимаешь: хэппи-энда не будет. Но автор его не закрыл — и значит, надежда есть. Это идеально резонирует с общим ощущением от книги: безнадёжность и надежда одновременно, и непонятно, чего больше. Три звезды — потому что за роуд-стори в людоедских декорациях, за этим "наш ответ «Дороге» Маккарти", мне бы хотелось увидеть что-то ещё. Но кажется, больше ничего нет.