За дверью поджидают призраки: Драма семьи в послевоенной Германии

Когда читаешь Флориана Хубера «За дверью поджидают призраки», всё время ловишь себя на ощущении: вот ещё одна история, ещё одно письмо, ещё одна семья, и за каждой — тень, которую никто не хотел замечать. Пятидесятые годы в Германии он описывает как время, когда страна пыталась собрать себя заново по кусочкам. И это чувствуется: люди отчаянно хотели обычности, простоты, хоть какой-то тишины. Пытаются наладить быт, найти жильё, найти родных, кто ещё остался. И всё это в атмосфере, где говорить о войне было почти неприлично. Правда, я это очень понимаю. На месте этих людей было рационально выбрать молчание и заботу о своих, а не попытки разобраться в том, что само по себе невыносимо.

Самые сильные страницы у Хубера — там, где он описывает возвращение мужчин. Они приходят домой к женщинам, которые уже стали другими: самостоятельными, жёсткими, загнанными тяжёлым бытом. Мужчины тоже другие — кто-то с травмами, о которых никто не говорил вслух, кто-то всё ещё живёт предвоенными убеждениями. И все ждут чуда, а потом сталкиваются с реальностью: двое незнакомцев под одной крышей, пытающихся притвориться семьёй. Меня это задело тем, что Хубер не делает их хорошими или плохими. Он честно показывает тяжесть обеих сторон. Но иногда, признаюсь, его сочувствие мужчинам кажется слишком мягким — в тех эпизодах, где было бы важно прямо назвать ответственность, а не только раны.

Глава о детях вызвала у меня смешанные чувства — и скорее негативные. Должно было быть глубоко, но вышло как-то слишком однобоко: дети как жертвы семейного молчания, дети как потерянное поколение. Это звучит правдиво, но подано так, будто все дети одинаковые, будто у всех одна история. В какой-то момент я перестала чувствовать живых людей — только концепт. Я ждала большего.

А вот глава о молодёжных бунтах меня удивила и, честно говоря, тронула. Эти подростки в кожаных куртках, которые собирались в толпы, дрались, устраивали беспорядки без всякой идеи, — они вдруг показались мне очень близкими. Что-то от моего собственного подросткового времени: когда протест есть, а слов для него нет. Когда ты не за что-то, а просто против взрослого мира, против его правил и его постоянного «держи себя в руках». Эта параллель оказалась неожиданной, но точной.

И всё-таки у книги есть одна вещь, которая меня не отпускает — отсутствие самого автора. Хубер собрал огромный массив чужих историй, но свою собственную так и не показал. Почему он взялся за эту тему? Какие его собственные призраки стоят за этой книгой? А я почти уверена, что и у него есть свои призраки. Может быть, он посчитал свою историю слишком скучной, но мне этого очень не хватает. Это как картина, в которой всё на месте, кроме последнего штриха, который сделал бы её цельной. Без фигуры автора книга остаётся чуть-чуть холодной, дистанцированной — особенно если учесть, насколько она про семьи, память, боль и молчание.

Так что для меня эта книга — очень важная, сильная, но при этом не полная и как будто безликая. О призраках она говорит убедительно, но своего собственного призрака автор так и не показывает. И, наверное, именно поэтому после чтения остаётся ощущение незавершённости, будто дверь поломана и до конца не закрывается.

Начну немного с лирического отступления, книга меня изначально заинтересовала своей аннотацией и поэтому я решила поучаствовать в раздаче, повезло, книжечку выиграла, но увы, она так до меня и не добралась. Досадно, но ладно, потому что её я всё равно прочла, просто что в электронном виде.

Я очень опасалась здесь того, что автор будет одобрять поступки фашистов и уходить, как это любят многие авторы в двоякие размышления, но нет, здесь как раз автор не на стороне этих товарищей и смотрится на всё это со стороны жизни обычных людей, которые во всю эту ситуацию попали. Для меня грамотная позиция по этому вопросу – те кто творил эти гадости, должны быть наказаны, но те кто оказался в мясорубке этих действий не должны нести за это ответственность. В данном случае речь пойдёт о тех, а кто же остался после вот этих горе – вояк дома.

Тут стоит сказать, что условно можно поделить на две категории таких людей. Первая – жертвы своих родных. К ним относятся те, кто целенаправленно убивал людей и всячески пытался от этого дела откосить и как мучились семьи этих мужчин, которые во-первых должны были тянуть лямку, потому что кормильца дома нет, но нет и закона разрешающего равноправие, а кормить себя и детей как-то надо. Другая сторона вопроса – моральная – тебе омерзительно то что делает твой муж, ты знать его не хочешь, но и развестись ты с ним не можешь, потому что религия этого не допускает. И как вишенка на торте – публичный суд и наказание, и ты и твоя семья становятся позором и теми кого все ненавидят. Ситуация конечно жуткая. Причём интересно было смотреть на это с позиции обеих сторон. Те кто отбрыкивались, дескать это приказ, да всё нормально, да я не знал и ко и мнения их родных -а как ты после этого можешь вообще чему-то учить своих детей.

Второя – жертвы политики. Вот тут ситуация иная. Это те люди, кого не спрашивали и просто забрали на фронт, они не сопротивлялись наказанию и наоборот были рады что иностранные войска их арестовали и они попали в лагерь военнопленных. Единственная проблема была в том, что они были разлучены со своей семьёй и здесь уже была другая ситуация. Совесть этих людей была чиста, однако их семьи, изнурённые военным временем и уже привыкшие выживать уже и не рассчитывали на то, что их муж, отец или родственник вернётся и станет им помогать. Вот таких людей было жаль больше всего, потому что дома их никто не ждал и никто особо не был рад. А если ещё и инвалидом стал то уровень упрёков множился.

Поэтому книга вышла действительно интересная, психологическая и можно сказать универсальная. И это не только про мужчин/женщин Германии, это в принципе было актуально для всех стран что прошли через войну, ну и собственно будет актуально всегда.
P.S: когда ждать уже перестала, книга дошла

Очень сложная тема, к которой обращается автор, отлично им изученная и изумительно проанализированная, преподносится в таком увлекательном, информативном и при этом побуждающем к размышлению ключе, что книгу хотелось проглотить целиком и сразу. В своей работе «За дверью поджидают призраки:  Драма немецкой семьи в послевоенной Германии» («Hinter den Türen warten die Gespenster: Das deutsche Familiendrama der Nachkriegszeit») имеющий докторскую степень по истории и отмеченный наградами в качестве режиссёра документальных фильмов Флориан Хубер показывает частную жизнь сквозь призму женщин, мужчин и детей – «три мира, три перспективы и три точки зрения, и всё это сплетено в клубок неразрешимых противоречий».

Вместе с автором мы увидим, что на самом деле происходило за внешне упорядоченным фасадом домов и квартир немцев, стряхнём пыль с семейных скелетов в их шкафах и каморках, но самое главное – заглянем в потаённые уголки их душ и под застывшей гладкой поверхностью стремления к хотя бы малюсенькому человеческому счастью обнаружим бурлящие всевозможными оттенками страсти, теплящееся тоскливое томление или непоколебимое ледяное безразличие – «всё это вело к иллюзиям и несбывшимся ожиданиям, метаниям, неискренности, двойной жизни и параллельным семьям».

Взяв за основу воспоминания, письма, дневники и устные сообщения за полтора десятка лет после окончания Второй мировой войны, более поздние публикации детей войны и их внуков, автор очень выразительно показывает политический, ментальный и социальный контекст и атмосферу пятидесятых, когда немцы «остались голыми, без крыши над головой, без ценностей, без самосознания» – гигантской тенью нависала «кладбищенская тишина над могилами миллионов жертв, в том числе и собственных. Забвение стало гражданской добродетелью. Шум моторов и грохот строек стали звуковым сопровождением эпохи. Внутри, за фасадом, царила гнетущая тишина».

Понравилось, что Хубер не просто описывает и анализирует события, а дополняет их любопытными и заслуживающими внимания историческими фактами. Любопытно было узнать и о феномене «Onkelehe» (т.н. «диких браках» военных вдов с мужчинами (с «дядями», с точки зрения осиротевших детей), которые не оформлялись официально, чтобы вдова могла сохранять право на пенсию по потере кормильца), и о Bratkartoffelverhältnis («отношениях с жареной картошкой») (у Вас есть предположения насчёт того, почему они так назывались?), и о молодёжном движении «хальбштаркен» («наполовину сильные»), чьё хулиганское бунтарство и нарочитая непринуждённость стали «восстанием против чугунного солдатского наследия их отцов», и о том, почему в 50-е годы в ФРГ студенты юридических факультетов предпочитали не специализироваться на семейном праве.

Один из главных тезисов, который множеством ярких примеров подкрепляет Флориан Хубер – «война, принесённая  в свои дома ветеранами, для них так и не закончилась». Отсюда и нежелание задуматься о прошлом и об ответственности за него, и отрицание того, что на войне ты был вовсе не героем, а пушечным мясом, и изменившееся соотношение сил в браке в пользу женщин, и «вспышки беспричинной агрессии, направленной на близких». Усугубляла положение вещей и господствующая в то время в немецкой психиатрии доктрина, согласно которой человеческая душа способна выдержать любое бремя, «и значит, даже такие ужасные события и переживания, как рукопашный бой, массовые расстрелы, страх смерти, убийства ни в чём не повинных людей, ничего не могли изменить».

Галерея жизненных историй, представленная Хубером, наполнена ненавистью и любовью, болью и надеждой, отчуждением и безмолвным криком. Мужчины, чьи души напоминают руины Берлина – «чёрные. Опалённые, выгоревшие внутри остатки домов, угрожающие и таинственные». Женщины, отказавшиеся от мечты, но по-прежнему находящиеся в плену своих идеалов, проявляющие недюжинную силу воли и взявшие на себя множество ролей одновременно. И дети, росшие без отцов, разделённые стеной молчания, чувствовавшие неискренность своих родителей. Уверен, любой, кто прочитает эту книгу, ещё не раз будет мысленным взором возвращаться к ней.

Флориан Хубер описывает жизнь немецкой семьи в послевоенной Германии на основании нескольких реальных историй детей войны и поколения их внуков. Насколько внешне эти воссоединившиеся семьи в конце сороковых годов казались островком домашнего уюта и счастья, настолько непредсказуемой была их жизнь за закрытыми дверями своих домов.  

Дети, которые росли и воспитывались в послевоенное время в атмосфере молчания и необъяснимой для них жестокости и строгости родителей, взбунтовались к шестидесятым годам, и конфликты поколений, долгое время тлевшие под всеобщим игнорированием, прорвались наружу уличными беспорядками. Но зато теперь эти молодые люди заявили о себе и обрели, наконец, право голоса. 

Как и любую книгу на военную тематику, так и эту читать было непросто. Но помимо историй некоторых семей Хубер дает интересную историческую справку о Нюрнбергском процессе, о методах восстановления разрушенных городов, о процессе денацификации, о внесении правок в Конституцию Германии о равноправии и о многом другом.

Мне давно было интересно узнать, как жила после Второй мировой проигравшая сторона, как немцы справлялись с чувством вины. Оказалось всё весьма не однозначно...
В этой книге автор показывает нам жизнь немецкой семьи в послевоенный период. Он основывается на письмах, дневниковых записях и свидетельствах людей тех лет.
Во-первых, рухнул сам институт семьи в привычном для немцев понимании. Раньше отец был глава семьи. В войну же все мужские обязанности пришлось женщинам взвалить на свои плечи. И когда мужья вернулись - это были не те люди. Они едва ли могли позаботиться о самих себе. Мужчины пришли проигравшими, сломленными, больными калеками. Всё пережитое на войне они держали внутри себя, только злость и разочарование выплескивалось наружу в виде агрессии на членов семьи.
Детям тоже пришлось несладко. Многие ни разу вживую не видели своих отцов. А когда те всё-таки возвращались, для детей были чужаками. Между членами семьи не было эмоциональной близости, часто царил порядок как в армии.
Всё это неизбежно привело к тому, что между поколениями разверзлась пропасть. Взрослым тяжело было привыкнуть к новому миропорядку. Подрастающему же поколению были чужды устаревшие ценности их родителей. Вобщем-то, это было тяжелое время для немецкой семьи и общества в целом.
Книга не плохая. Но повествование мне показалось разрозненным и не последовательным. Сложно было уследить за судьбами всех упомянутых персонажей. Я просто потом абстрагировалась от имен и читала истории. В целом интересно узнать историю и с другой стороны.

Во всей книге больше меня зацепило не описание психологии людей, их переживаний, а именно юридические моменты, которые приводили к тем или иным событиям. Но их было мало.

Было интересно узнать о Нюрнбергском процессе именно с другой стороны. В то время было распространено понятие "персильшайн" (от названия порошка "Persil"), которое означало свидетельство о том, что у немца чистое политическое прошлое. И некоторые подделывали такие свидетельства, чтобы избежать ответственности, некоторые меняли имена и фамилии.

Но больше всего мне понравилась глава о женщинах. О том, как они переживали этот период. В 1950 годы был принят закон о равноправии, и тому есть определённые предпосылки. Женщинам пришлось делать ещё и то, что раньше делали их мужья и отцы: заниматься не только бытом и воспитанием детей, но и хозяйством, зарабатывать на жизнь, спасаться и спасать своих детей в бомбоубежищах в одиночку. Потому как раньше, быть не могло. А мужчины, пришедшие с войны и плена, изможденные и потерянные, утратили весь авторитет, хотя они и их жены хотели все вернуть как было.

Что мне НЕ хватило:

1. Фотографий! Потому что были описания "на фото стоит мужчина, одетый так-то, глаза такие-то, на фоне дом" и мне трудно было это представить. И как будто если есть в книге отрывки из писем и дневников, то возникает вопрос: почему вместо фото только описания. Я понимаю, если их нет, на то есть веские причины, но мне просто очень хотелось бы видеть фотографии этих людей, чьи истории мы читаем в книге.

2. Другой структуры. Я забывала, о какой семье идёт речь, потому что каждая глава рассказывала об определённом времени, и истории всех семей были собраны в одну кучу. И так каждую главу.


Что ещё заметила... Некоторые немцы говорили о том, что не могли сопротивляться приказам, которые давались сверху. Но я думаю, это не единственная причина.
Я так поняла, что для кого-то это была возможность "устроиться" и занять какое-то место в жизни, стать кем-то. Например, сделать военную карьеру и получить всеобщее уважение. Для некоторых идеалистов это была возможность продвигать свои идеи и свое мировоззрение.
Если смотреть на все это шире, то под фразой" я по другому не мог"  скрывалось не всегда именно то значение, которое мы приписываем. То есть это не всегда про то, что кого-то заставляли, принуждали, или грозили тюрьмой, а то что люди видели во всем этом шанс на лучшую жизнь и они им воспользовались.

А то, что в реальности все оказалось не таким светлым и прекрасным, это уже другая тема.

Именно такое впечатление возникло у меня после прочтения книги. Очень интересно было узнать эту сторону послевоенного времени глазами немецких семей.

Получила книгу в раздачах. Ожидала с некоторым беспокойством, поскольку тема достаточно тяжелая. Однако была приятно удивлена. Книга написана интересно, живо, читается легко. Основана на дневниках и документах, много ссылок. Временами возникало возмущение. но потом приходило осознание. что дневники писали люди достаточного благосостояния и высокого положения, поэтому претензии к отсутствию комфорта, тесноте и т. д. становились понятны. Книгу рекомендую к прочтению. Это не только история послевоенной Германии, её народа, но и становление психологии двух поколений после поражения Германии.

Выиграла книгу в раздаче, очень хотела её прочесть.
Повествование немного сумбурное, перескакивает с одной семьи на другую. Нужно читать внимательно, не теряя нить. Для себя выделила женскую линию и поняла, что погружаясь в прошлое Германии, я провожу параллели с сегодняшнем днём в моей стране. Ведь точно так же сейчас многие жёны налаживают быт, воспитывают детей, решают проблемы самостоятельно. И вот возвращается твой любимый человек, а у тебя уже вся жизнь идёт по твоим правилам, ты можешь и умеешь всё делать сама. Он вернулся другим человеком после того, что пережил, но и ты уже другая. Как сохранить семью, как научится снова сосуществовать вместе. И надо ли это делать.
В книге много таких сложных психологических моментов, когда ты должен делать выбор между долгом и честью, совестью и выживанием. Как можно оправдать и действительно поверить в собственную невиновность, даже если творил ужасные вещи.
Размышлять, применять различные ситуации на себя и пытаться ответить себе максимально честно было интересно.

Еще один ракурс на тему послевоенной Германии, о котором я даже не задумывалась до появления этой книги у меня.

Не помню, где я встретила упоминание о Флориане Хубере, но помню, что меня  оно чрезвычайно заинтересовало, и вот довольно быстро я прочла одно из его произведений.

Немного об авторе: его докторская диссертация была посвящена окупационной политике британцев в Германии, он написал несколько исторических книг и является создателем нескольких документальных фильмов.

Я это к тому, что человек хорошо погрузился в тему. Это важно.

Так вот, теперь о сути.

Представьте себе, закончилась война, и проигравшие начали возвращаться к себе домой.

В семьи, где они отсутствовали несколько лет.

Где на протяжении всего этого времени главой семьи и полностью ответственным за неё становилась женщина или старший ребёнок.

В семьи, членам которой день за днём приходилось выживать, решать проблемы самостоятельно и ни на кого не рассчитывать.

Возможно даже, и вероятнее всего, считалось, что отец не вернется.

С другой стороны, приходили мужчины.

Многие — истощенные, некоторые — калеки, но все — морально уничтоженные.

Отвоевать потерянный авторитет в семьях казалось практически невозможным при таком положении, многие из мужчин не могла элементарно наладить отношения со своими детьми: не находя с ними общего языка, пытались командовать, как в армии.

При всём этом попытки скрыть свою причастность к происходящему на войне и как-то оправдать свое «честное» имя сводились к одному оправданию: «Я подчинялся приказам».

Было интересно почитать про Нюрнбергский процесс и процесс денацификации.

Но вот некоей структуры всё-таки книге не хватает, мыслей автора настолько много, что складывалось ощущение, будто он боится упустить хоть одну.

Разные семьи с именами каждого члена сбивались в кучу, и читателю придется внимательно следить за каждой семейной драмой.

⠀