I'm Sorry You Feel That Way

– Жаль ее, – признается Ханна. – Она так и останется одна и вечно будет винить в этом других людей. По-моему, она какая-то ущербная. Но она не изменится. Я уже не надеюсь.
– Это верно, – соглашается Элис, – изменится она вряд ли.
– Ей же хуже, – говорит Ханна.

нет ни малейших оснований считать, будто ему плохо живется, лишь потому, что костюм плохо на нем сидит.

– Лимонный леденец? – предлагает Ханна, сунув руку в карман куртки.
– Нет, спасибо, – отказывается Элис.
– Ханна! – одергивает Майкл сестру, когда та шуршит фантиком. – Ты ведешь себя невоспитанно.
– Уж прости мое невежество, – говорит Ханна, – просто я впервые на отцовских похоронах.

Ханна, хоть и знает отца всю жизнь, совершенно не имеет представления о его характере. Она сомневается, что у него есть характер. Натура у него зыбкая и невнятная, подчиняющаяся тому, кто решит подстроить ее под себя. Словно стоячая вода, готовая потечь в заданном направлении.

Что касается отношений, то Ханна подозревает, что отец руководствуется первым законом Ньютона: тело будет оставаться в состоянии покоя, если на него не действует внешняя сила.

Ведь нас не учат, чего опасаться, выстраивая отношения, верно? Ну да, что-то существенное, вроде неприкрытой жестокости или насилия, – об этом нас предупреждают, а вот как быть с ловушками помельче? Например, с вероятностью выбрать кого-то, кто знает не тебя, а тот образ тебя, который сам же и выдумал.

Это словно насмешка судьбы: Ханну всю жизнь упрекали в том, что она ищет драматизма, а теперь она совершенно не разглядела этой черты в другом человеке.

– Вообще-то это как работа на полную ставку, – признается она однажды Кеми, – называется «не сойди с ума».
– Вот только тебе за нее никто не платит, – отвечает Кеми, – поэтому больше похоже на хобби.

Разве не этого мать всегда хотела? Чтобы дети сидели взаперти, под замком? Не иначе, те несколько месяцев, когда Ханна провела дома, слишком больная, чтобы сбежать, превратили жизнь матери в чистое наслаждение.

– Слушай, – Сантъяго заговаривает первой, – тут хорек гуляет.
– Он добрый… – начинает было Элис.
– Я его у себя в сумке нашла, – улыбается Лавиния. – Я решила, что это подарок, который ты всем гостям вручаешь.
– А я расстроилась, что мне такое не подарили, – подхватывает Сантъяго.