Возера Радасці

Даже не знаю, что сказать об этой книге. Вроде, есть целое Озеро Радости, но оно на Луне, попробуй доберись до него. Есть Царица Земная и Небесная, но что-то слабо она помогает главной героине Ясе (почему Янина - Яся, я так и не поняла, вроде бы должна быть Яна). Есть временной промежуток, когда происходят все действия - распад СССР. Место действия - Минск, Малмыги (небольшое поселение), Москва и Вильнюс. Но всё-таки главная героиня - белоруска, и по ней читатели судят о стране. К тому же некоторые ключевые моменты с Ясей происходят в Беларуси. Так вот, ощущение такое, будто я читаю роман В. Аксёнова "Московская сага". Хорошо бы по качеству - сюжет, слог, интерес к книге. Интерес к судьбе девушки возникал, но так, чтобы я вся "аж испереживалась" - не было. Разные мы с Ясей, вот и всё. Ответственность за свои поступки у нас тоже разная. Даже в юные годы. Ну, не мне судить главную героиню. У меня претензии к писателю. Читала роман и ловила себя на мысли, что как-то он не так описывает страну. Ей-богу, можно спутать с романами о сталинских временах. Но я в то время жила, и такой откровенной сталинщины не помню. Конечно, я не из той семьи, где прислуживает чернокожая с именем Лаура, в отличие от главной героини. И дело не только в сталинской серости, в которую окрасил писатель свой роман. Давайте посмотрим, как нам, читателям, рисует положение в стране один случайный покупатель с помощью статьи в кодексе:

Во-первых, 218-я статья, «Упущенная выгода». Не знаешь такую? О, Витя, срочно, говорю, вали из своей Вены, пропустишь все интересное на родине! У нас в Кодексе есть пункт, по которому могут закрыть вообще любого. «Упущенная выгода», Витя, это когда какой-нибудь следок у себя на калькуляторе мобильника подсчитывает, что ты мог на поставках тушенки в Питер заработать двадцать тысёндз, если бы отгружал ее по доллару за банку, а не по семьдесят центов. А ты заработал только пятнадцать тысёндз. Стало быть, ты совершил преступление, Витя! Недополучив прибыль! Ты сам себя, скотина, обманул! Следишь за логикой? В итоге, тебя — под руки и на хату! На выходе — пять лет с конфискацией! И главное, не нужно ни телефоны слушать, ни почту читать! Ни операм работы, ни налоговикам! Уголовка — с нуля,

А теперь ныряем в океан интернета:

Под упущенной выгодой понимают неполученные доходы (прибыль) или материальные ценности, вследствие причинения лицу вреда, путем нарушения его прав, неисполнения обязательств по договору. Иными словами, упущенная выгода – это не полученные стороной по договору доходы, которые бы она получила в случае надлежащего исполнения другой стороной своих обязательств по договору. Согласно части 1 статьи 14 гражданского кодекса Республики Беларусь лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законодательством или соответствующим законодательству договором не предусмотрено иное.

Разницу чувствуете? Если читатель будет судить о стране исключительно по этой книге, он придет к выводу, что у нас сажают абсолютно за всё. Но, поскольку я упустила уже много выгод и нахожусь на свободе, уверяю вас, это не так. Есть ещё один маленький момент, который ломает финансовую жизнь Яси. В конце книги героиня снимает квартиру в Минске рядом с метро за 150 у.е. Уверяю вас, что в постсоветское время, что сейчас аренда жилья в Минске, даже комнаты, не говоря о квартире рядом с метро, начиналась совсем с других, более внушительных сумм. Тогда надо или Ясе зарплату повышать, и тогда она не в таком сложном положении, как рисует автор, или строить сюжет иначе. Вот после такой откровенной лжи в книге даже не знаю, захочу ли я продолжить знакомство с писателем.

Представьте себе Скарлет о`Хару, живущую в современной Белоруссии. Скарлетт – потому, что главную героиню Янину в аннотации сравнивают именно с ней. Что бы сделала Скарлетт? Для начала вписалась бы в общество. Нравилось или не нравилось бы ей это общество – неважно. Она не была в восторге ни от роли девочки-припевочки, ни от роли единственного мужика-кормильца, ни от роли примерной жены при нелюбимом муже. Но ничего – со всеми справлялась. Затем сообразила бы, где реализовать свои сильные стороны. Ну и – ПРОФИТ. Что вместо этого делает Янина? Обстановочка. Вполне себе стабильная обстановочка. Ни тебе войны, ни тебе социальных потрясений, даже 90-е Янина (Яся) провела под крылышком богатого папы, пусть и не любящего, пусть во флигеле, но рапирой швейцарский сыр покрошить вполне могла (Не знаю, что было в тот период в Белоруссии, а в России тогда во многих семьях не было хлеба). Да, ни отец, ни тётя Таня её не любили. Но при этом девочку ни разу не ударили, не гоняли, как последнюю падчерицу, не отказывались содержать и обеспечивали едой и услугами домработницы. Да, норовили сбагрить подальше. И при этом пропихнули её, абсолютно здоровую - в санаторий для астматиков (пытавшегося возмутиться таким положением дел главврача автор выставляет злодеем), и абсолютно неподготовленную – в вуз на повышенную стипендию. Правда, по окончании учёбы Яся сплавляется на практику в Малмыги, которые для автора – олицетворение всея Белоруссии и по совместительству филиал ада. Жить там так, как живёт основное население страны. Эти страшные Малмыги. Если вы думаете, что в Малмыгах Ясю кто-то избивал, обижал или унижал, вы ошибетесь. Садизм был куда изощрённей: ей дали работу библиотекарем и комнату в общежитии, а приветливая соседка помогла обустроиться. Вокруг, разумеется, творились такие ужасы, каковые не приходили в голову и Стивену Кингу:

— Как же вы мне все дороги! Дубоголовые некрофилы! Зомби из прошлого! Живущая в вечном «Артеке» армия Урфина Джюса! Юнцы, говорящие языком пленумов ЦК! Комиссии по распределению! Трудовые книжки! План по инвестициям! «Властелин села»! Молодой специалист! Подвиг народа! Немецко-фашистские захватчики! Ясю колотит от злости… Но из девушки изливается, кажется, все накопленное за последние месяцы: — Шашлычок под коньячок! Шампанское с помидорами! Кредит на телевизор! Стеклопакет на кухне! Программа развития села! Агрогородки! «Самые богатые и влиятельные»! Социальное молоко! Контрольная закупка!

Только не спрашивайте, что плохого в трудовых книжках и выбивании денег из федерального бюджета на развитие области. Или хотя бы в стеклопакете и телевизоре. Или в словах о «стажах», «ставках» и «идеологиях», которые перед своим трудоустройством слышит героиня, впадая в культурный шок: «взрослые энергичные люди с горящими глазами осознанно натягивают на себя именно эту лексику, осязаемо наслаждаясь произнесением выуженных из нафталиновой коробочки с Лениным слов». И почему нормальному человеку не должен быть важен стаж, учитываемый при выходе на пенсию, и ставки, от которых зависит размер зарплаты. Главное, проникнитесь страданиями главной героини, вынужденной выходить на работу к девяти утра и вращаться в кругу обывателей, поедающих оливье и пельмени и читающих газету «Жизнь». Сама же она, как более возвышенная, пьёт генмайч и читает книжки про Муми-тролля, хотя чем это более интеллектуально, не понимаю. Разумеется, ехать из столицы в неведомые гребеня стремновато (чему, собственно, автор возмущается вместе с героиней: «Ценителя драм энд бэйса, способного отличить ритм на 140 ударов в минуту от ритма на 170, делают на два года пропагандистом здорового образа жизни в деревне Верхутино»). С другой стороны – за этот период приобретается стаж и опыт. Если судить по биографии Янины, то, не выдержав каторги Малмыг и сбежав оттуда до окончания практики, она устраивалась: • на телевидение – подносить микрофон за смешную зарплату, которой ей тупо не хватало на еду, при том что за проживание она не платила; • «светлячком» в московском ночном клубе – служить «жилеткой», куда могут выплакаться пьяные клиенты, и одновременно трахаться с владельцем этого клуба; • донором (в Литве), где ей так и не заплатили, поскольку кровь не подошла по противопоказаниям (обнаружили беременность) – но десятую часть крови таки взяли; • продавцом на полулегальную точку без туалета и, видимо, соцпакета – и одновременно бесплатно работать за сменщицу, потому, что сменщица трахается с владельцем точки. Естественно, самовольного ухода с практики государство героине не прощает и накладывает на неё санкции... Портрет государства Государство наплевало героине в душу, не успела та окончить журналистский факультет. Собиралась, понимаете ли, «жалеть тех, кого больше некому жалеть. И… защищать их». А население в её защите вообще не нуждается:

каждый обездоленный вокруг успел купить себе старое немецкое корыто, поставить стеклопакеты на кухне и отложить на летний отпуск в Анталии.

Правда, безобразие какое? Но у автора какое-то странное отношение к невинным мирским радостям. Если новобранцы едят пиццу – то «с такой жадностью, так самозабвенно усеивают крошками свою форму, так радостно размазывают соус по лицу, что прям видно, как им несладко приходится на службе». Если соседка любит салат «Оливье» - то «водилы автопарка явно недоедают этого оливье, явно». Если население балуется с местной достопримечательностью – «деревом желаний» - то со стороны автора идут многословные причитания о том, как страшно жить. Если водитель маршрутки включает музыку – то она обязательно будет уровня «сникерсы, сникерсы, сникерсы-уикерсы». А если женщина рожает - то на нормальную мать она походит только тогда, когда является гражданкой свободной Литвы. В противном случае походит на деградантку, вышедшую замуж за отечественного алкаша либо «огурца»-колхозника и постепенно деградирует. Россия выглядит в этом отношении не лучше. И в качестве отца здесь предлагается московский чурка-наркоман - или наркодилер, тут не очень понятно:

— У тебя ожерелье рассыпалось, — говорит Яся Аньке. — Где? — вскидывает брови мама Муслимчика. — Вот, смотри. — Яся поднимает одну из жемчужин. — Не боишься, что твой малой проглотит? Он ведь может этим жемчугом подавиться. Молодая мамаша хохочет: — Это не жемчуг! Это кокаин!

А ещё в Белоруссии, оказывается, нет нормальной юриспруденции, нет нормальной журналистики, временами разгоняются какие-то митинги, а один взгляд на гостиницу «Турист» и универмаг «Беларусь» «может сообщить душе такую безысходность поздней БССР, что сразу становится понятно, отчего развалился Совок» (я не поняла: они там что, все продукты в Россию вывозят?). И да, если житель этой страны покупает себе шампунь или иной предмет личной гигиены, то становится патологически застенчивым, «особенно житель заводского района, чья нервная система подорвана алкоголизмом - своим собственным либо алкоголизмом соседа» (это в стране-производителе мыльно-пузырных принадлежностей?). А в том, что в Литве главную героиню отказались лечить, виноват, разумеется, Лукашенко, поскольку именно насчёт белорусской страховой компании (впоследствии честно оплатившей все расходы) литовские врачи оказались не уверены. В том, что её из Литвы выперли, виноват, кстати, тоже Лукашенко, поскольку Яся - дочь чиновника, попавшего под санкции – на этот раз Евросоюза. Портрет Яси В аннотации написано: «кажется, все против Яси — и родной отец, и государство, и друзья…» На самом деле Яся очень напоминает Неуловимого Джо – Неуловимого не потому, что его никто поймать не может, а потому, что он нахрен никому не нужен. И жизнь её «бьёт» не более, чем остальных. Но стирать ручками в тазике? Ах! Приходить к девяти утра на работу? Ох! Спустилась шина на велосипеде? Пошла топиться! Поклонник пробует поухаживать, не заходя дальше невинного флирта? Изыди, дубоголовый некрофил! Испортилась погода, а молодой человек подвёз до дома и уехал? Не пойду на работу и буду страдать! Её соседка Валька хоть и не хватает с неба звёзд, но твёрдо понимает, чего хочет. И по мере сил и разумения делает – хотя бы в плане бытовом. Яська же ничего не хочет: ни карьеры, ни семьи, ни общения, ни дружбы, ни интересного дела, ни уютного гнёздышка, ни даже приключений на задницу. Только свалить. И идеале – на Луну к Озеру Радости. А в реале - куда подальше. Из Малмыг подальше (не желая консервироваться), из Москвы подальше (не желая меняться), от проблем подальше (к сожалению, некуда – государство везде достанет), от флигеля подальше (не желая вспоминать) и даже от единственного человека, с кем ей интересно, подальше (боясь сблизиться). А в результате каждый раз уходит в никуда – с неприятными последствиями, о которых либо была заранее предупреждена, либо вполне могла догадаться, особого интеллекта на это было не надо. Автор называет всё это смелостью. По-моему же это просто тупость, бесхребетность и неумение решать проблемы. П.С. Интересно, что такие, казалось бы, бытовые действия, как самостоятельная готовка еды или поиск ремонта обуви героине в голову почему-то тоже не приходят. Но тут, вероятно, опять страна виновата.

Дабрацца да Возера Радасці вельмі проста — трэба сесці ў човен і плыць ад Возера Сненняў па дыяганалі, але галоўнае — не спяшацца і не збіцца з дарогі, іначай трапіш у Lacus Doloris — Возера Смутку, адкуль вельмі складана выплысці, бо ў смутку загразаюць вёслы, увесь час хочацца спаць і апускаюцца рукі.

Виктор Мартинович по-прежнему остается одним из самых популярных писателей Беларуси в среде молодежи. И неважно, выпускает он лингвистическую антиутопию или историю о приключениях трех уголовников в белорусской деревне. Поэтому выход нового романа «Возера радасці» можно назвать довольно тихим. Ажиотаж вокруг книги оказался меньше, чем около других произведений писателя.

«Возера радасці» – книга во многом вторичная. В отличие от остальных романов Мартиновича здесь нет практически ни одной новой идеи. Атмосфера тоталитарного государства, в котором родилась и живет героиня, взята из «Паранойи», экзотика приключений в белорусской провинции – из «Сфагнума», пессимистичная атмосфера – из «Мовы». С этим, конечно, можно поспорить, но впечатления складываются именно такие. Да и главная тема книги, современная белорусская действительность, ничем не отличается от остальных произведений Мартиновича. Даже сам автор относится к этому с самоиронией:

Большасць сучасных беларускіх кніг напісана пра мову ці страчаны рай, за гэтымі тэмамі аўтары нібы з усіх сілаў намагаюцца схавацца ад таго, што напраўду балюча; большасць несучасных беларускіх кніжак напісаныя пра меліярацыю, Вялікую Айчынную вайну і савецкую праграму адраджэння вёскі, якія для аўтараў БССР былі гэткай жа заслонай ад рэальнасці, як цяпер – мова і ўспаміны пра адабранае хараство.

Однако все, перечисленное выше, вовсе не недостатки. Пускай в книге и хватает вторичных идей. Но написана она отлично. Автор, как и раньше отлично справляется со своей задачей. Более того, можно сказать, что все идеи, взятые из ранних книг Мартиновича, получили здесь свое продолжение и развитие. Автор постарался затронуть все самые важные проблемы, с которыми сталкивается белорусское общество — распределение, эмиграция, образование, работа, государственный контроль, борьба с инакомыслием, взаимоотношения отцов и детей и многое другое.

Конечно, Мартиновича можно упрекнуть в излишнем пессимизме. Как никак, но за весь роман в жизни героини происходит всего 2-3 более-менее радостных событиях. И связаны они со встречей с любимым человеком. В остальном – сплошное уныние. В отдельных рецензиях на книгу написано, что ее нельзя называть пессимистичной, а лишь реалистичной. Честно, хочется посмотреть на реалистичную жизнь таких рецензентов. Уж как ни крути, но жизнь в Беларуси не настолько мрачная, какой рисует ее автор.

Главную героиню книги зовут Яся. Она – дочка очень влиятельного и самого богатого бизнесмена в стране зубров и аистов. Вот только Яся – дочь нелюбимая и нежеланная. Ее история начинается с небольшого эпизода в детстве, продолжается в санатории-интернате, Малмыгах, Москве, Вильнюсе и Минске. Она не интересуется политикой, хотя таковая в книге присутствует, не участвует в общественной жизни и просто хочет быть счастливой. В этом она во многом похожа на любого усредненного белоруса.

В романе много моментов и образов, которые надолго влезают в память. Например, образ типичного белорусского чиновника Виктора Чечухи, неплохого по сути человек у которого вместо мозгов план пятилетки. Или образ Царицы Небесной и Земной, заступницы тех, кого некому защитить. Вот только она спит и никого не защищает. Наконец, образ того самого Озера Радости, которое дарит счастье абсолютно всем, но находится на луне.

Не до конца понятны взаимоотношения девушки с отцом. То есть автор не потрудился объяснить, из-за чего между самым богатым человеком в Беларуси и его дочерью пробежала кошка. То ли из-за обычной бесчеловечности, то ли из-за какого-то поступка. А может автор просто хотел создать образ беспринципного белорусского бизнесмена? Кстати, по некоторым признакам в нем можно узнать вполне конкретного белорусского предпринимателя, чье имя в последнее время находится у всех на слуху.

Главное же достоинство «Возера радасці» — в его персонажах можно легко узнать себя и своих знакомых. И это, к сожалению, расстраивает. Потому что большая часть героев книги либо глупы, либо несчастны.

В конце книги так и сквозит недосказанность. История ни одного из героев не подошла к логическому завершению. Вопросов после финальной точки остается в разы больше, чем автор дал нам ответов. Но на продолжение истории Яси рассчитывать вряд ли приходиться. Мартинович просто приблизил свое повествование к настоящей жизни, в которой никогда не бывает счастливого, как и несчастного, конца.