Naiv. Super

Мысль о взрослении почему-то всегда вызывала у меня тревожное чувство. Пространство меня, в общем-то, мало волнует, но вот со временем у меня проблемы.

Пока я одевался, мне стало ясно, что я не могу потратить этот день на то, на что обычно тратил другие дни. Дни надо проводить иначе. А также и ночи.

Я ложусь на диван и кладу мячик себе на грудь. Я дожидаюсь вечера. Когда стемнеет, я выйду во двор и буду кидать мячик об стенку. Я жду этого с удовольствием.

Мой дедушка – по-настоящему цельный человек. Интересно, цельный ли я. Интересно, есть ли вообще в моем поколении цельные люди.

А действительно: в чем главный смысл? По большому счету, я понятия не имею, зачем все существует.

Время, может быть, и не существует, но тем не менее все как-то движется. Жизнь идет своим чередом. Мы рождаемся и умираем. Я становлюсь старше. Так какая мне разница от того, что на солнце время идет иначе?

В человеке, весящем 70 килограммов, содержится, между прочим:
– 45 литров воды,
– достаточно извести, чтобы побелить курятник,
– фосфора, которого хватит на 2200 спичек,
– жиру примерно на 70 кусков мыла,
– железа на двухдюймовый гвоздь,
– углерода на 2000 карандашей,
– одна ложка магния. Я вешу более семидесяти килограммов.

Больше всего мне хочется стать таким человеком, который сумел бы сделать мир немного лучше. Это было бы самое лучшее. Но я не знаю, можно ли этого добиться. Я не знаю, что нужно делать, чтобы улучшить мир. Я не уверен, что для этого достаточно просто улыбаться каждому встречному.

К счастью, я вижусь с ним очень редко, но самое грустное состоит в том, что у него нет контакта не только со мной, но и с самим собой.

Кент спрашивает меня, чем я сейчас занимаюсь, и я говорю, что бросил университет и занялся киданием об стенку мяча, потому что все потеряло вдруг смысл.

Давно мне уже не случалось видеть девушку, о которой думаешь, что хорошо бы встречаться с нею почаще. Может быть, даже каждый день.

У меня такое чувство, что все стало бы куда лучше, если бы у меня была девушка.

Волнует только одно – мысль о том, что я не просил, чтобы меня сюда пустили. Я просто тут есть. Как и все остальные. Так уж вышло, что все мы тут. Но мы не просили об этом. И это не наша вина.

Мне кажется, что значение Интернета сильно преувеличивают. По большому счету он состоит из ненужной информации, без которой мне было бы легче жить. И мне кажется, что многие ощущают примерно то же, что я: что они ужасно много знают, но непонятно, зачем им эти знания. И не очень ясно различают, что хорошо и что плохо.

Удивительно обстоит дело с девушками. Без них невозможно. Они такие тонкие. Они повсюду, куда ни посмотришь. И всегда у них такой вид, словно их ничего не касается. Мне нравятся их голоса. И нравится, как они улыбаются и смеются. И их походка. Иной раз мне кажется, как будто они знают что-то такое, чего не знаю я

Удивительное это дело с девушками! Сначала их нет, и все вокруг тоскливо. И вдруг, откуда ни возьмись, они тут как тут, и все сразу веселеет. Причем с невероятной быстротой. Прошло всего-навсего несколько секунд, и вот уже все повеселело.

Единственное, что я могу знать в любой момент, – это о чем я сам думаю. Я не имею никакого представления, о чем думают другие.

Я верю, что никто не должен быть один. Что нужно быть с кем-нибудь вместе. С друзьями. С любимыми. Я верю, что главное – это любить. Я верю, что это самое главное.

Нам бы следовало быть добрее друг к другу, причем не только в Америке. Во всем мире людям надо быть добрее друг к другу.

Времени нет. Есть жизнь и смерть. Есть люди и животные. Есть наши мысли. И мир существует. И Вселенная. А времени нет.

Маленький подарок иногда бывает лучше большого. А средние, как правило, вообще оказываются ни то и ни се.

– Ты хорошо выглядишь, – говорит брат. – Это единственно важное. А деньги – это неважно. Деньги приходят и уходят. А вот братья – это важно. «Братья – важнее денег», – говорит мой брат.