Das Erbe des Zauberers

- Все только посмеялись надо мной! Кто-то даже сунул мне конфетку.

- Ну, значит, этот день все же принес тебе какую-то пользу, заметила ведьма.

- Матушка! - обвиняюще воскликнула Эск.

- А чего ты ожидала? - спросила старая ведьма. По крайней мере, они всего-навсего посмеялись. От смеха вреда не бывает.

Плохо предсказывать будущее куда сложнее, чем предвидеть его хорошо. Здесь требуется недюжинное воображение.

— Ваше молоко, — произнес Скиллер и добавил: — Барышня.
— У меня есть деньги, — заявила Эск. Матушка постоянно твердила ей: всегда будь готова заплатить, и тебе не придется этого делать. Людям хочется, чтобы ты думала о них хорошо, это все головология.
— Нет-нет, у меня и в мыслях не было требовать с вас денег, — торопливо запротестовал Скиллер...

Шанс один на миллион выпадает в девяти случаях из десяти.

– Нет-нет, это противоречит всем традициям, вам придется немедленно уйти. Дамам сюда вход воспрещен!
– Я не дама, я ведьма, – парировала матушка

– Зьдесь имеется много возможносьтей для девушки, которая готова усердно работать, – заявила госпожа Герпес. – Я, знаете ли, сама начинала сенной девушкой.
– Все мы с этого начинаем, – рассеянно подтвердила матушка.

Хорошие заборы помогают добрососедским отношениям, совершенно разумно рассудила матушка.

– Послушайте, – в отчаянии пролепетал он. – Не обижайтесь, барышня… гм, госпожа…
– Можешь звать меня Эсмеральдой. Раз уж мы делили метлу и все такое прочее.

– Ну, выбросили тебя! – рявкнула матушка. – Что с того? Она же ребенок, а дети рано или поздно всех нас выбрасывают.

Хотя она возражала против книг, руководствуясь исключительно моральными соображениями: она слышала, что многие из них написаны мертвыми людьми, а посему резонно было предположить, что читать их – это все равно что заниматься некромантией. Среди множества вещей, которые матушка не одобряла в этой бесконечно множественной вселенной, была болтовня с покойниками, у которых, по всеобщему мнению, и своих неприятностей хватает.

Тритл был вице-канцлером Незримого Университета, и он привык к призрачным суетящимся фигуркам, выполняющим необходимую, но несущественную работу типа накрывания на стол и вытирания пыли в комнатах. Он был глуп, глуп настолько, насколько могут быть глупы очень умные люди. Кроме того, Тритл обладал всем тактом горной лавины и был эгоцентричным, как смерч, поэтому ему никогда не пришло бы в голову, что дети могут оказаться достаточно важными персонами, чтобы их стоило заметить.

Вот уже два дня, как они покинули Земфис. За это время они покрыли хорошее расстояние и теперь поднимались к скалистому горному перевалу, известному под именем Сосков Сциллы (Сосков было восемь; Гандер частенько гадал, кем была эта самая Сцилла и понравилась бы она ему или нет).

Небо, синее, как бочонок для сухарей, крепко обнимало широкую долину, по которой текла река, неторопливая, будто бюрократическая процедура.

Ей почему-то никак не давались заклинания, вызывающие огонь, как бы осторожно она ни экспериментировала. Они либо не срабатывали вообще, либо срабатывали чересчур хорошо. В лесу вокруг домика стало опасно ходить из-за ям, оставленных исчезающими огненными шарами. Матушка сказала, что если из затеи с обучением на волшебника ничего не выйдет, то по крайней мере Эск сколотит кругленькое состояние, строя нужники или выкапывая колодцы.

Отполированная поверхность с необычной резьбой казалась странно успокаивающей. Эск заснула, и ей снились браслеты, неизвестные свитки и горы. Далекие звезды над горами и холодная пустыня, где неведомые существа ковыляли по сухому песку и смотрели на нее фасетчатыми, как у насекомых, глазами…

Хильта рассмеялась. Эск понравился ее смех. Матушка никогда не смеялась, она просто вздергивала уголки губ, но Хильта смеялась как человек, который долго и упорно размышлял о Жизни и понял наконец, в чем соль шутки.

Мужчин-ведьм не бывает, бывают только глупые мужчины, – с жаром воскликнула матушка.

– Если Эск обладает магией волшебников, то учеба на ведьму не принесет ей никакой пользы. Ты сама сказала, что это разные вещи.
– И то и другое суть магия. Если ты не можешь научиться ездить на слоне, ты по крайней мере можешь научиться скакать на лошади.
– А что такое слон?
– Нечто вроде барсука, – ответила матушка.

Ведьмы в Овцепикских горах обладали статусом, подобным тому, какой в других культурах придавался монашкам, сборщикам налогов и ассенизаторам

– Мы идем проведать старуху Ветровоск.
– Но ты за нами не ходи.
– Потому что из-за тебя нам придется идти медленнее. А еще ты плакса.
Эск бросила на них серьезный взгляд. Она редко плакала, ей всегда казалось, что слезами мало чего добьешься.
– Если вы так не хотите брать меня с собой, тогда я пойду, – заявила она.
Среди братьев и сестер подобные заявления считаются очень даже логичными.