기괴한 레스토랑 2 : 리디아의 일기장

Опустошающая беспомощность, затмившая талант и несгибаемую волю, оказалась самым жестоким наказанием.

— Зря говорят, что любовь слепа. Наоборот — полюбив, мы видим больше, — задумчиво продолжил он, будто напевая себе под нос. — Просто, даже обнаружив изъяны в другом человеке, не замечаем их.

— Он здесь из-за меня.
— Уходи! Угрызения совести тут испытывают только дураки.

— Значит, чтобы ты увидела свою ошибку и поняла, что такое признательность, надо заставить тебя что-то потерять.

Я стану твоей правдой.

— Впервые увидев, как ты превращаешься, я испугалась, — уверенно заговорила она. — Подумала, что ты чудовище. Сегодня я тебя обняла — и ты оказалась совсем не такой. Тебе просто больно. Похоже, это истина изменила обстоятельства.

Обстоятельства меняют истину.

Сегодня снова в отражении воды увидела чудовище. Мне хотелось умолять его убить меня, но, к сожалению, оно и есть я. Я — чудовище. Меня уже нет.

18 апреля хххх года
Сегодня ела суп с глазными яблоками. Очень вкусно. И жареную ящерицу. Тоже вкусно. Читала книги. Очень вкусно. Играла с сёстрами. Очень вкусно. Потом пошла в библиотеку читать. Очень вкусно. Снова ела суп с глазными яблоками. Очень вкусно. Плакала в туалете.

Как бы груба она с ним ни была, как бы ни старалась отстраниться, он всё равно не отказался от неё и протянул руку помощи. Вместе с теплотой и благодарностью она чувствовала вину за то, что не смогла держаться от него подальше.

Он страшно завидовал её слезам и мольбам не отбирать у неё друзей. Ведь ей было кого терять.

— Наш Луи умом не отличается, — бросил Хартс.
— У него много работы: следить за тобой, отводить меня во всякие странные места, да ещё и труппой руководить, — сама от себя не ожидая, поддержала его Сиа не без сарказма.