Великие рыбы

Это конечно никакой не роман, а вполне даже неплохой, тем не менее, сборник рассказов-историй... авторских и полуавторских интерпретаций фрагментов или кратких пересказов жизни (житий) некоторых святых и около-святых, начиная с самого начала христианства и до около-наших дней (непонятное же начало первого рассказа и не менее непонятное продолжение его в последнем не может быть оправданием назвать сей текст романом)... По какому принципу отбирались описываемые персонажи - я не уловил (объективно - подобранные герои и их истории достаточно хаотичны, хотя вполне может быть, что какой-то "обще-концептуальный" сквозной стержень в процессе формирования текста в голове автора и присутствовал), но рассказанные истории (сами по себе) почти все интересны и чувствуется, что автор достаточно глубоко погрузился в тему и очень даже неплохо разбирается религиозной проблематике и философии. И да, если мы, как и герои этой книги живем (а они - жили), пока ещё в эре рыб, это ещё не значит наверно, что всех нас можно назвать по этой причине рыбами, а конкретно весьма даже достойных персонажей самого этого фолианта, к тому же и Великими рыбами... впрочем, "хозяин - барин" конечно же... и своим фантазиям, и своим словам...

Когда мы верим, мы платим за веру и приносим дары. Дары очень простые – это способность прощать и любить. Из проповеди Николая Алматинского.

Это мой автор, в обеих ипостасях. Писатель Сухбат Афлатуни - горько-прекрасные "Рай земной", "Муравьиный царь", "Поклонение волхвов", "Глиняные буквы, плывущие яблоки". Мудрый компетентный эрудированный критик современной поэзии Евгений Абдуллаев - "Дождь в разрезе". Поэтому, когда узнала, что есть новая книга, обрадовалась И почувствовала, что чего-то сильно не понимаю, начав. То есть, аннотация предупреждала об экспериментальном романе, и не мне бояться трудных книг, но что это? Жития апостолов? Хотя здесь и про более поздние времена, и про современность.

Высокий порог вхождения с самого начала отсекает случайных людей, кто ищет развлекательного чтива, тот, скорее всего, отложит книгу. Хотя ничего архисложного в "Великих рыбах" нет. Во-первых, сразу, почему Рыбы? Потому что это один из основных символов христианства и тайный знак, по которому последователи узнавали друг друга во времена гонения. Если сложить первые буквы фразы "Иисус Христос Божий Сын Спаситель",получится греческое "ихтис - рыба". Хотя рыбьи ассоциации простираются здесь дальше и глубже. Это история княгини Иулиании из Торжка начала XV века, прекрасной благочестивой женщины безрезультатно домогался сюзерен ее мужа, а после, в отместку за строптивость, приказал отрубить ей руки-ноги и бросить в реку. Спустя некоторое время, люди увидели : "белеет что-то в водах, вроде рыбы великой. Тело женское в светлых одеяниях и с ангельским ликом против течения плывет, вдоль берега. Без рук и без ног".

Да и вся история христианства, которое, кажется, достигло в эти две тысячи лет расцвета и повсеместности, о каких ни одна из прежних религий мечтать не могла - по сути история претерпевания за веру. Для кого-то из героев книги мученический венец, для кого-то долгое подвижничество в аскезе и самоограничении. Полная опасностей жизнь миссионера, тихое незаметное служение пастве в нищих приходах или противостояние церковных иерархов неправедным властям, которое стоит им сана, а порой жизни. Да мы ведь и теперь видим в Русской Православной Церкви не только коррумпированное чиновничество, но и истинных праведников.

"Великие рыбы" о таких. О живших в разные годы в разных странах подвижниках и святых. На поверхностный взгляд устройство книги может показаться лишенным логики: скачки во времени и географии не образует связного рассказа. Но после понимаешь, что это история единства из множества, в которой героев соединяют более глубинные внутренние связи, чем можно представить, и все они заодно, и все они - суть одно. И в целом Сухбат Афлатуни продолжает этой книгой тему священства, его служения истине, которая внезапно, с переменой генерального курса, становится неудобной, ненужной, неуместной

Для меня, чье детство и юность прошли в Алма-Ате, и я знаю, с каким особым трепетом мои земляки относятся к св.Николаю Угоднику, и сама в сознательном возрасте крестилась в Никольской церкви, но для меня стало открытием, что эта благоговейная любовь подкреплялась недавним по времени святым подвижничеством митрополита Алматинского и Казахстанского Николая. Он умер за пятнадцать лет до моего рождения и я ничего о нем не слышала, живя в городе детства, и могла бы не узнать никогда, если бы не эта книга. И я благодарна, как благодарен каждый, кому возвращают его историю