Цитаты из книги Death in Midsummer

Мне почему-то захотелось попросить прощения - сам не знаю за что.

Да, у нас вошло в дурную привычку считать, что за самый крохотный кусочек блаженства непременно придётся расплачиваться, причём дорогой ценой.

Ощущение было такое, будто мне подарили отсыревшую хлопушку.

Военная пора делала всех нас по-особенному сентиментальными.

Моя убеждённость подкреплялась крайней наивностью и отсутствием жизненного опыта...

Моя детская невинность была отвратительна, как отвратителен след засохших слёз на мордочке ребёнка.

Я ощутил всю глубину разделявшей нас бездны, и мне стало очень горько от этого естественного, но запоздалого открытия.

Чувственность уже всецело подчинила себе мою повседневную жизнь.

Мне и в голову не приходило, что мое обожание может обрести взаимность.

Малейшие признаки интеллекта в партнере заставляли и меня перейти на язык рассудочности.

Но, увы, гибель его оказалась не окончательной.

Я без труда отмахивался от соображений здравого смысла.

Не нужно ни слов, ни смысла.

Может ли быть что-то более оскорбительное, чем великодушие?

Пустота, Ничто и есть основа прекрасного. Незавершённость каждого из компонентов сулит не красоту, а Пустоту, и в предверии этой Пустоты затейливый деревянный каркас Храма трепещет, словно драгоценное ожерелье, колеблемое ветром

Не кажется ли тебе, что порядок в стране во время войны удавалось поддерживать только потому, что из насильственной смерти сделали своего рода представление? Публичную казнь человечество отменило якобы для того, чтобы не ожесточать людские сердца.

В Зеркальном пруду, зацепившись за водоросли, сияла луна.

В школе жизни я был врожденными двоечником, но мне тоже хотелось переходить из класса в класс, а потому я разработал свою систему, знакомую каждому бездарю:  на экзаменах нужно списывать правильный ответ у товарищей и делать вид, что решил все задания сам.

Я спрашиваю себя: уместно ли здесь слово "любовь"? Наверное, да — ибо, невзирая на всю свою примитивность и непостоянность, она тоже ведала и падение, и разложение. Падения этим были горше и безысходнее всех любовных падений в мире, а абсолютность разложения превосходила своей злокачественностью все формы декаданса.

Как известно, тогда в своем бунтарстве лишь бездумно следует чьему-то примеру.