The Prophet

Помните: щит, закрывающий вас от нескромных взглядов, – это стыдливость.

Скажите мне, жители Орфалеса, что́ в ваших домах? Что охраняете вы за дверными засовами?
Покой – тихое пламя, свидетель вашей стойкости?
Воспоминания – огоньки, мерцающие в вашем мозгу?
Красоту – проводника, указывающего путь к священной горе?
Ответьте мне, есть ли все это в ваших домах?

Любовь коронует, но она же и распинает. Она взрастит, но она же и ограничит.
Она проникнет в крону и погладит нежнейшие побеги, трепещущие в лучах солнца,
Но она же спустится к корням и вздыбит под ними землю.

Арфа ли я, чьи струны перебирает Всемогущий, или флейта, одушевляемая Его дыханием?

Ваш дом — это ваше второе тело.

Но только вечное внутри вас ощущает вечность жизни,

Только ей ведомо, что сегодня — это память о вчерашнем дне и мечта о завтрашнем. Только это начало, поющее и созерцающее, еще живет в границах предвечного, когда небесный свод усыпали звезды.

И те, кто носит свою мораль как праздничный наряд, уж лучше ходили бы нагими.

Истинно добрый не спросит нагого: "Где одежда твоя?", и не спросит бездомного: "Что сталось с домом твоим?"

Вы добры, будучи цельными.
Но когда в душе разлад, вы не есть зло.
Ибо разрушенный дом - это не догово воров, а лишь разрушенный дом.

Когда даёте от того, что имеете, - даёте лишь малость.
Когда даёте от себя самого - тогда воистину даёте.

И никогда любовь не знает своей глубины до самого часа разлуки.

Не одежду сбрасываю я сегодня,  но кожу, что разрываю собственными руками.
Не мысль оставляю позади, но сердце, смягченное голодом и жаждой.

Но красота – не желание, а упоение;
Не жаждущие губы и не протянутая за подаянием рука,
А пылающее сердце и очарованная душа.

Ибо что есть зло, как не добро, терзаемое голодом и жаждой.

Многое из вашей боли избрано вами самими.

И он сказал:
- Ваши дети - не дети вам.
Они сыновья и дочери тоски Жизни по самой себе.
Они приходят благодаря вам, но не от вас,
И, хотя они с вами, они не принадлежат вам.
Вы можете дать им вашу любовь, но не ваши мысли. Ибо у них есть свои мысли.
Вы можете дать пристанище их телам, но не душам.

Не думайте, что вы можете направлять любовь в её течении, потому что любовь, если она найдет вас достойным, сама направит вас.

(Глава «О Любви»)

Я лишь обрекаю в слова то, о чём вы мысленно догадывались.