Цитаты из книги Flights

⠀Почему я ощущаю отсутствие, недостаток? Возможно, мы обречены на цельность, и любое дробление, четвертование — лишь видимость, происходит лишь на поверхности, подспудно же система остаётся невредима? Разве даже мельчайший фрагмент не относится к целому? Если мир, подобно огромному стеклянному шару, падает и разбивается на миллионы частей — не остаётся ли он при этом по-прежнему огромным, мощным, бесконечным и цельным? ⠀Является ли моя боль Богом?

Ничего не происходит, совершенно ничего, это и есть ад.

...кто-то решил, что эти казусы заслуживают бессмертия и что вечно пребудет лишь уникальное.

История моих путешествий — не более чем история болезни.

И почему люди так охотно, по собственной воле, никем не принуждаемые, навещают места своей молодости? Что можно там найти,  в чем убедиться? Что они здесь были? Или что правильно поступили, уехав? А может они надеются, что педантичная память о местах юности уподобится замку "молнии", соединит прошлое с будущим в единую устойчивую плоскость - металлическим швом, зубчик к зубчику.

Ночной мозг - Пенелопа, распускающая по ночам старательно сотканный днем ковер смыслов.

Каждый, кто когда-либо пытался написать роман, знает, сколь мучителен этот труд - хуже занятия просто не придумаешь. Ты обречен на постоянное заточение внутри себя, в одиночной камере. Это контролируемый психоз.

Им казалось, что христианский бог лучше опекает своих верующих, что он, так сказать, более профессионален, скорее поможет разбогатеть и встать на ноги.

Само по себе желание ненаполненно, то есть указывает лишь направление, но не цель, ибо цель всегда остаётся эфемерной и туманной: чем она ближе, тем более загадочна. Достичь цели, удовлетворив тем самым желание, невозможно. Предлог «к» - понятие, наглядно демонстрирующее этот процесс. «Стремление к чему-то».

«Вместо того, чтобы обращать внимание на лица прохожих, я посмотрел на их ноги, и суетливость все этих людей оказалась сведённой к торопливым шагам, устремлённым... куда? И мне показалось очевидным, что наше предназначение состоит в том, чтобы топтаться в пыли в поисках некой тайны, лишенной всякого серьезного значения».

Увиденное мною принадлежит мне.

Ибо каждый день плыл, точно паром на тросах, от одного берега к другому, каждый раз минуя по дороге одни и те же красные буйки, призванные лишить воду ее монополии на бесконечность, сделать измеримой, то есть создать иллюзию подконтрольности.

Стюардессы, красивые словно ангелы, проверяют, насколько мы готовы к путешествию, и плавным движением руки позволяют нам погрузиться в мягкую, устланную ковровой дорожкой округлость туннеля, который приведет нас на борт самолета, а после, студеными воздушными путями, — к новым мирам. В улыбке девушек, как нам кажется, скрыто некое обещание: возможно, мы родимся вновь, и на сей раз — в нужную минуту, в нужном месте.

Бессонница имеет свои преимущества: можно слушать, что бормочет жена сквозь сон, Так открываются величайшие тайны.

Наверное, эти беспокойные ноги виноваты в том, что у Куницкого бессонница: от пояса вверх он спокоен, расслаблен и сонлив, от пояса вниз - неутомим. Видимо, он состоит из двух человек. Тот, что сверху, жаждет покоя, справедливости, тот, что снизу, - порочен и попирает все законы. Верхний имеет имя, фамилию, адрес и ИНН, нижнему о себе сказать нечего, да, в сущности, он и сам себе надоел.