Цитаты из книги Морфий

… это не дневник, а история болезни…

"Морфий"

Я счастлив на несколько часов. Впереди у меня сон. Надо мною луна и на ней венец. Ничто не страшно после укола.

Рвота. Это плохо.

У морфиниста есть одно счастье, которое у него никто не может отнять,— способность проводить жизнь в полном одиночестве. А одиночество — это важные, значительные мысли, это созерцание, спокойствие, мудрость…

Уезжайте в отпуск. Морфием не лечатся.

Я завалился на дно саней, съёжился, чтобы холод не жрал меня так страшно, и самому себе казался жалкой собачонкой, псом, бездумным и неумелым.

Многие беды Булгакова происходили от чрезвычайно простой вещи: он всегда правильно оценивал происходящее. А такие люди в России обречены на неизбежные страдания.

Было бы очень хорошо, если б врач имел возможность на себе проверить многие лекарства. Совсем иное у него было бы понимание их действия.

Я обернулся и увидел бесшумную, круглолицую бабку в платке. «Хорошо было бы, если б бабок этих вообше на свете не было», — подумал я в тоскливом предчувствии опасности и сказал: — Ты, бабка, замолчи, мешаешь — Матери же повторил: — О чем ты думала? Пять дней? А?

Часы составляются из минут, а минуты в таких случаях летят бешено.

Да почему, в конце концов, каждому свою действию я должен придумывать предлог? Ведь, действительно, это мучение, а не жизнь.

В самом деле: куда к черту годится человек, если малейшая невралгийка может выбить его совершенно из седла!

Сердце начинает стучать так, что я чувствую его в руках, в висках… а потом оно проваливается в бездну

В памяти стерлась зеленая лампа с шипящим керосином, одиночество, сугробы… Неблагодарный! Я забыл свой боевой пост, где я один без всякой поддержки боролся с болезнями, своими силами, подобно герою Фенимора Купера выбираясь из самых диковинных положений.

Кокаин- сквернейший и коварнейший яд.