Цитаты из книги مادام بواری

... изображение в невыгодном свете тех, кого мы любим, все же нас незаметно от них отдаляет. 

Она ушла в себя, погребла свою злобу под плитой безмолвного стоицизма - и такою оставалась уже до самой смерти.

Она была такая грустная, что когда, бывало, стоит на пороге, так и кажется, будто в доме покойник и перед дверью натянули черное сукно. У нее была такая болезнь - вроде тумана в голове, и ни врачи ничего не могли с ней поделать, ни кюре. Когда ее уж очень схватит, она, бывало, уйдет одна на берег моря. Ее часто находил при обходе таможенник: лежит ничком на камешках и плачет.

То было одно из тех чистых житейских увлечений, которые не мешают никаким житейским занятиям, дороги людям своей необычностью, и не столько радости дают они, пока длятся, сколько горя приносит их конец.

Разве ее муж - это не часть ее самой?

- А какую музыку вы предпочитаете?

• О, немецкую - ту, что уносит в мечты.

Мой кузен в прошлом году был в Швейцарии; он говорил мне, что невозможно вообразить всю красоту озер, очарование водопадов, грандиозные эффекты ледников. Там сосны невероятной величины переброшены через потоки, там хижины висят над пропастями, а когда рассеются облака, то под собой, в тысячах футов, видишь целые долины.

В иные дни на нее нападала лихорадочная болтливость; потом возбуждение сменялось тупым безразличием, и она молча, неподвижно сидела на одном месте. Тогда она поддерживала свои силы только тем, что целыми флаконами лила себе на руки одеколон.

"А когда Эмму особенно сильно жег внутренний огонь - огонь запретной любви, ей становилось нечем дышать, и она, возбужденная, вся охваченная страстью, отворяла окно и с наслаждением втягивала в себя холодный воздух".

-А счастье есть на земле?-спросила Эмма. -Да, в один прекрасный день оно приходит-ответил Родольф.

Быть может, любовь подобно индийской флоре,тоже нуждается в разрыхлённой почве, в особой температуре?

Обед тянулся до вечера... К концу обеда многие уже храпели... Дети уснули под лавками.

...одежда находилась в строгом соответствии с занимаемым ими положением в обществе - одни приехали во фраках, другие в сюртуках, третьи в пиджаках, четвёртые в куртках, и всё это у них было добротное, вызывавшее к себе почтительное отношение  всех членов семьи, извлекающееся из шкафов только по торжественным дням...

Шарль и Эмма созвали  всю свою родню, помирились со всеми друзьями, с которыми были до этого в ссоре, разослали письма тем знакомым, кого давным-давно потеряли из виду.

"Не в ученье счастье, - кто победовей, тот всегда в люди выйдет ".

Вспомнив приёмы своих учителей у постели больных, он старался подбодрить пациента всевозможными остротами, этими хирургическими ласками, похожими на масло, которым смазывают скальпель.

Но во время демонстрации сидр часто вырывался из бутылки прямо в лицо гостям, и тогда священник с густым смехом отпускал одну и ту же неизменную шутку:

— Прекрасное его качество просто бросается в глаза.

«Он сделался завсегдатаем кабачков, пристрастился к домино.<…> Он словно вступил в новый мир, впервые притрагивался к запретным удовольствия. Берясь при входе за ручку двери, он испытывал нечто вроде чувственного наслаждения. Многое из того, что прежде он подавлял в себе, теперь развернулось. Он распевал на дружеских пирушках песенки, которые знал назубок, восхищался Беранже, научился приготовлять пунш и познал наконец любовь»