Идиот. В 4 частях (часть 3)

Вся моя литературная жизнь разделена теперь на два периода: до прочтения "Идиота" и после. Я не знаю куда смотрели мои глаза, и о чём я вообще думала, но, считая себя человеком предпочитающим классику, я упорно проходила мимо Достоевского, считая его чем-то запредельным и слишком мудрёным. Теперь всё иначе. Теперь я готова перечеркнуть весь тот и без того скромный список книг, которые я считала своими самыми-самыми любимыми и внести туда одну-единственную: "Идиот". Это, наверное, будет выглядеть чем-то странным, но мне даже сложно передать словами что значит для меня этот роман, какую ценность он имеет в моих глазах и то, насколько глубоко и сильно он задел мою душу. Как в нём же и писалось - слова порою способны лишь унизить мысли. Могу лишь отметить, что в очень скудном "пантеоне" моих любимых литературных героев (Мария Болконская и (несколько притянутая за уши в этот список) Джейн Эйр) отныне пополнение, причём не в пользу указанных девушек - безоговорочное первое место для меня теперь занимает князь Лев Николаевич Мышкин, этот поистине "самый прекрасный человек", коим его и задумал Достоевский. Самый светлый образ, самый печальный даже в своей радости, образ, дающий надежду и веру в людей; читая о Мышкине, на душе всегда было как-то спокойной и тихо, и даже пробивался некий момент наслаждения тем, что ты, хоть и в воображении своём, но "прикасаешься" к такой великой душе, человеку с огромным сердцем. Удивительный роман по своей сути, по своей любви к этой жизни и вместе с тем по своему трагизму. Кстати говоря, всю глубину и всю прелесть произведения можно осознать только лишь по окончанию прочтения. Только воспринимая его как нечто цельное и законченное; воспринимая всё его сюжетное развитие в виде эдакой панорамы - только так можно его осознать и понять. Хотя можно ли его до конца понять? Мне кажется, всё в нём настолько тонко, что одного лишь прочтения будет явно не достаточно; это то произведение, которое нужно читать и читать; читать всегда, спустя годы и десятилетия, и открывать тем самым в нём всё то глубинное, что вложил Фёдор Михайлович. И уже только этим оно прекрасно - люблю такие "многоразовые" произведения. И ещё напоследок добавлю, что больше всего меня приятно удивило то, что моё мировоззрение и восприятие жизни было очень близко восприятию самого Достоевского, передаваемого им в "Идиоте"; возникло ощущение полного попадания в тональность и дух книги, в тональность и дух восприятия жизни. Никогда раньше я не находила такого писателя, с которым бы полностью была согласна, и, впитывая в себя его философию, словно смотрела бы в зеркало. Как удивительно Достоевский сочетал любовь к жизни и одновременно ненависть к ней; презрение к людям и их порочности и величайший гуманизм; радость и муку, иронию и трагедию... Казалось бы, такие полярные вещи, но соединены воедино так умело и гармонично, что кажется, что да - это и есть настоящая жизнь, настоящая серость с падениями в бездну и проблесками счастья. Гениальный человек! К чтению же Достоевского сейчас отношусь очень бережно, так как знаю, что любого автора можно попросту переесть: ставлю теперь себе лимит минимум из четырёх книг иных авторов и жанров и только потом берусь за следующее его произведение. Вот так вот, осталось "перетерпеть" ещё две книги до возвращения к этому источнику мудрости и отточенности художественных приёмов, к коему я припадаю, как к живительной влаге.

P.S. Да уж, я, оказывается, мастак на пустословие - написала многое, а по сути не написала ни о чём. Поистине слова лишь унижают мысли; но для меня это шедевр. Вершина всего, что было мною прочитано.

"Идиота" я читала дважды. Впервые в 22 и сейчас в неполные 32 года. Так что могу изложить два мнения с разницей в 10 лет об одной и той же книге. В 22 мне книга откровенно не понравилась. Читать классика была, с моей стороны, определенная дань моде, а еще это было возмутительно скучно. Сюжет скупо перемещался из одного помещения в другое, таская за собой всех героев по очереди. Главный герой (вот уж действительно "герой") жалкий, слабый, малохольный идиот. А его окружение все как на подбор неврастеники, нуждающиеся в принудительной психиатрической помощи городские сумасшедшие. На первом томе мы и расстались к моему величайшему облегчению. А спустя 10 лет я влюбилась. Влюбилась и в Достоевского, и в князя, вот так просто с первых страниц. Лев Николаевич стал для меня воплощением благородства, кротости, мудрости, великодушия, доброты и сердечности. Хочется брать пример с его поступков и перенимать манеру общения. Ведь культивировать амбициозность, агрессию, жадность и эгоизм стало нормой. Теперь такие "герои" в чести. Это разобщает людей, делает их врагами и соперниками. Объединит людей только мягкость, доброта, сочувствие и другие качества, которые принято в современном обществе принимать за слабости.
Изменился ли роман за эти десять лет? Навряд ли. Изменилась ли я?! Вне всякого сомнения. Отсюда вывод, что к классиков нужно перечитывать снова и снова. Каждый раз это открытие. Отложу нашу новую встречу еще на десять лет, а там кто знает...

Первые две части были крайне интересными, третья - так себе, а вот последняя - предсказуема. На самом деле "бедный рыцарь" не может не вызывать уважения и восхищения своим простодушием и честностью, но простодушие, которое доходит до наивности, бывает и опасным для человека и его окружения. Если бы в роман не добавили "идиота", то был бы он самым посредственным - роман о типичных людях своего времени и их судьбах. Если смотреть на центральную проблему глазами современного и не религиозного человека, то она и яйца выеденного не стоит - ну не стоит чья-то плева и её отсутствие стольких поломанных судеб. Честь не в плеве. А про "идиота" можно сказать вот что: чтобы кому-то помочь и пытаться что-то исправить надо не только красивые и правильные слова говорить, но и действовать. Ведь мог бы князь нанять врача, мог бы увезти "грешницу" за границу и жениться на ней. Если бы и правда хотел, то нашёл бы способ. Мне кажется, что Евгений Павлович правильно охарактеризовал всю ситуацию: "Хотите, я разберу вам вас самих как по пальцам, покажу вам вас же самого как в зеркале, до такой точности я знаю, в чем было дело, и почему оно так обернулось! Вы, юноша, жаждали в Швейцарии родины, стремились в Россию как в страну неведомую, но обетованную; прочли много книг о России, книг, может быть, превосходных, но для вас вредных; явились с первым пылом жажды деятельности, так сказать, набросились на деятельность! И вот, в тот же день вам передают грустную и подымающую сердце историю об обиженной женщине, передают вам, то-есть рыцарю, девственнику — и о женщине! В тот же день вы видите эту женщину; вы околдованы ее красотой, фантастическою, демоническою красотой (я ведь согласен, что она красавица). Прибавьте нервы, прибавьте вашу падучую, прибавьте нашу Петербург скую, потрясающую нервы оттепель; прибавьте весь этот день, в незнакомом и почти фантастическом для вас городе, день встреч и сцен, день неожиданных знакомств, день самой неожиданной действительности, день трех красавиц Епанчиных и в их числе Аглаи; прибавьте усталость, головокружение; прибавьте гостиную Настасьи Филипповны и тон этой гостиной, и… чего же вы могли ожидать от себя самого в ту минуту, как вы думаете?" "Ну да, конечно, к чему же я и клоню? — продолжал горячась Евгений Павлович: — ясное дело, что вы, так сказать, в упоении восторга, набросились на возможность заявить публично великодушную мысль, что вы, родовой князь и чистый человек, не считаете бесчестною женщину, опозоренную не по ее вине, а по вине отвратительного великосветского развратника. О, господи, да ведь это понятно! Но не в том дело, милый князь, а в том, была ли тут правда, была ли истина в вашем чувстве, была ли натура, или один только головной восторг? Как вы думаете: во храме прощена была женщина, такая же женщина, но ведь не сказано же ей было, что она хорошо делает, достойна всяких почестей и уважения? Разве не подсказал вам самим здравый смысл, чрез три месяца, в чем было дело? Да пусть она теперь невинна, — я настаивать не буду, потому что не хочу, — но разве все ее приключения могут оправдать такую невыносимую, бесовскую гордость ее, такой наглый, такой алчный ее эгоизм? Простите, князь, я увлекаюсь, но…" "Сострадания достойна? Это хотите вы сказать, добрый мой князь? но ради сострадания и ради ее удовольствия, разве можно было опозорить другую, высокую и чистую девушку, унизить ее в тех надменных, в тех ненавистных глазах? Да до чего же после того будет доходить сострадание? Ведь это невероятное преувеличение! Да разве можно, любя девушку, так унизить ее пред ее же соперницей, бросить ее для другой, в глазах той же другой, после того как уже сами сделали ей честное предложение… а ведь вы сделали ей предложение, вы высказали ей это при родителях и при сестрах! После этого честный ли вы человек, князь, позвольте вас спросить? И… и разве вы не обманули божественную девушку, уверив, что любили ее?" "Да разве этого довольно? — вскричал Евгений Павлович в негодовании: — разве достаточно только вскричать: “ах, я виноват!” Виноваты, а сами упорствуете! И где у вас сердце было тогда, ваше “христианское”-то сердце! Ведь вы видели же ее лицо в ту минуту: что она, меньше ли страдала чем та, чем ваша другая, разлучница? Как же вы видели и допустили? Как?" Ну а Рогожин - это прямо перерождение Раскольникова.

Закончив читать эту книгу (а далась она мне чрезвычайно тяжело), я так и не смог ответить себе на два вопроса: "Зачем?" и "О чём?" Зачем написан этот роман и о чём он?
Если первый вопрос, на самом деле, второстепенен (мало ли причин подвигает авторов к написанию своих произведений), то вот второй достаточно важен, ведь роман считается классикой отечественной литературы, а к ней у меня неоднозначное отношение. Скажу честно, я вполне спокойно прожил 50 лет на этой Земле, абсолютно не напрягаясь по поводу того, что не читал Достоевского, Толстого, Пушкина, Гоголя и прочих великих писателей и поэтов. Вернее я, конечно, кое-что читал, но никакого восторга от прочитанного не испытывал. Чтение классической литературы напоминает мне созерцание картин великих художников, когда со всех сторон сыпятся всякие "ахи-охи", а ты оцениваешь произведение только с точки зрения "красиво-не красиво". Такой подход к оценке, мой друг Коля Ч., называет "рабоче-крестьянским" и я с ним вполне согласен. Поэтому, не желая оскорбить чувств любителей Достоевского, проведу обзор книги именно с этой позиции.
Так вот, если продолжить аналогию с живописью, то "Идиот" - это большое полотно какого-нибудь чутка помешанного великого постимпрессиониста, по поводу которого специалисты выражают восторги (выискивая скрытый смысл в комбинации красок, мазков и фигур), одна часть публики соглашается с ними только потому, что не хочет показаться не интеллигентной, а другая многозначительно молчит по этой же причине. Я же выискивать ничего не буду, проникать в потаённый смысл написанного не умею, поэтому напишу только то, что увидел, вернее - прочитал.

Что неоспоримо - "Идиот" наверняка отличная (и для того времени безусловно революционная), книга по психиатрии неврозов и, с точки зрения психиатрии, понятная даже мне, имеющему зачаточные знания психоанализа и, видимо, не зря так много упоминаний о ней (и других произведениях Фёдора Михайловича) в трудах З.Фрейда, К.Юнга, Э.Фромма и В.Франкла.
С других сторон, как я его не "вертел", так и не понял роман до конца. Что, конечно же, не делает мне чести...

Дальше...

В книге прослеживается несколько главных идей - о добродетели и красоте, спасающей мир, загадочной русской душе и любви. Автор неоднократно их поминает в тексте, поэтому можно предположить, что книга именно об этом.
Сразу, с самого начала, не понятно, почему добродетель подана в образе идиота, ведь в этой ипостаси она выражается не вполне естественно и искренне, т.к. её, т.с., носитель не обременён страстями и, по сути, просто взрослый ребёнок. Как говорил Сократ (или Платон его устами), добродетельность не может быть просто добродетельностью, она сильна только тогда, когда требует усилий. Быть просто добрым, без определённого превозможения своей сущности, нормальный человек не может, в него это не заложено природой, а князь Мышкин добр априори и уже только этим не нормален. Для меня более добродетельны Лизавета Прокофьевна и Евгений Павлович и их образы, с этой точки зрения, мне более импонируют.
Мысль из первой части, которая мне очень понравилась и которая переносит к следующей идее книги - добродетель всегда красива, а красота не всегда добродетельна. Красивых, просто великолепнокрасивых людей, в романе много - Ганя, Настасья Филипповна, Аглая, молчаливая немка, Залежаев и другие второстепенные герои, но все они очень разные и разнятся категориями, которые обрисовала генеральша Епанчина ёмкой фразой о том, что у красоты должны быть ещё ум и сердце. У кого-то нет первого, у кого-то - второго, а у кого-то - ни того и ни другого. Так что можно сказать, что мысль Ф.М. о том, что "красота спасёт мир" не верна и даже верна вплоть до наоборот - красота не может спасти мир, т.к. она всегда обременена пороком. Если Ф.М. имел ввиду красоту душевную, то это уже другая история.
В чём загадочность русской души тоже не очень понятно. Все адекватные герои вовсе не загадочны, а поступки и мысли Н.Ф. и князя до того обнажены, что для загадки места не оставляют. Главный женский образ - отверженная женщина, недоступная своей доступностью, по некоторым признакам - латентная лесбиянка, избравшая единственно возможный метод самозащиты, а вовсе не бросающая сознательный вызов обществу, как кажется некоторым читателям и толкователям. Мышкин - совсем не русский Христос, а человек растерявшийся от обилия новых впечатлений и взаимоотношений и те, кто видят в нём образ Спасителя, обижают либо русского человека вообще, либо христианство в целом, намекая, что или русские или Христос не вполне здоровые люди. Поэтому того, кто хочет увидеть русскую душу в каком-то одном герое романа, ждёт разочарование - такого героя нет. Истинно русский характер, в каждом по разному, присущ совсем другим героям (зачастую "ординарным и посредственным", как называет их Достоевский) - членам семей Епанчиных, Иволгиных и Лебедевых, Евгению Павловичу, Ипполиту, Келлеру, Птицину и даже Тоцкому с Фердыщенко. Если к ним добавить не много рогожинской страсти и мазануть практически абсолютной нетерпимостью к иноверцам и разного рода басурманам, то получится истинная русская душа - открытая, великодушная, исступлённая, мягкая, в меру религиозная, по сути безгрешная и понятная.
И вообще, мне кажется, что позиционирование романа, как зеркала русской души, присуще исключительно иностранным читателям, ведь они видят Россию глазами князя, почти европейца. Мне же, как раз наоборот, было интересно читать об отношении истинно русских героев романа ко Льву Николаевичу (кстати, "Лев Мышкин" - словосочетание изумительное), пытаясь через них понять мотивацию его поступков, мыслей и корней толерантного (иногда до идиотизма) отношения европейцев к жизни.
Что касаемо любви, то это самая сложная часть сюжета. Её, в моём понимании, в романе нет. То, что описано - это не любовь, а четырёхугольник взаимоотношений трёх психически ненормальных людей и юной девы, ведь любовь не может разрушать, она дарована нам для созидания. Разрушение же - удел страсти...
Что в романе описано великолепно, так это конфликт поколений - тех, кто застал крепостное право и верен патриархальному укладу и тех, кто молод. Размышления о социализме, нигилизме, феминизме, либерализме и атеизме переплетаются с монологами о вере и добре. Все негативные последствия новомодных (для того времени) течений Достоевский предрёк ещё 150 лет назад и этим он велик. Центральный образ в этом противостоянии - Ипполит Терентьев, больной чахоткой, который, будучи приверженцем социалистов, на смертном одре пишет изумительную исповедь о смирении, единичном добре, милостыни, вере, смерти и смысле жизни. "Дело в жизни, одной жизни, - в открывании её, беспрерывном и вечном, а совсем не в открытии..." - понять это в 18 лет может, наверное, только умирающий.
Пророческими можно назвать и размышления Ф.М. о сути "высшего света" XIX века, так напоминающего нынешние снобистские общества богатых россиян; о русском либерализме, ни на йоту не изменившемуся в лучшую сторону с тех времён; о генеральстве и чиновничестве...

И последнее - "Идиот", наверное, первое произведение, читая которое я натурально переживал за его героев. Иногда приходилось откладывать книгу, т.к. напряжение было так велико, что надо было перевести дух.

З.Ы. Интересно, какую оценку мне бы поставила учительница по литературе, незабвенная Нина Егоровна, если бы всё это я написал 35 лет назад в сочинении на тему типа "Герои Достоевского и их борьба с царизмом"? :0)

Слишком тяжело выразить словами всю палитру чувств, которую испытываешь после прочтения книги. Дикое чувство печали, безысходности и светлой грусти. Забытый вальс под мелодию "Метель" Свиридова. Сломанная карусель. Брошенный, заросший диким плющем, городской парк. Могила Настасьи Филиповны. Одинокий Князь Мышкин. Отчаявшийся, неживой Рогожин. Потерянная Аглая. А вокруг пустота. Нет, не тьма, а подходящие к концу белые ночи Петербурга. Безликая толпа, мелькающая слабыми силуэтами, не способная на человеческое сострадание.
Внутри болит, то ли сердце, то ли память. Вспоминаю, как тяжело было читать. Немало слез пролито над книгой. Оплакивала Князя. Человека столь чистого и наивного, что и не верится, существуют ли такие герои в нашем живом мире.
Читаешь, а сердце так и кричит " Князь, постой. Ну, почему ты не видишь, как они к тебе относятся?! Ну не дурак ли ты. "Нет, скорее "Идиот". Только не права я была. Сижу и думаю - это я человек не нравственно чистый, падкий. Что я слаба для таких поступков. И ,если бы это было возможно, все на свете отдала, чтобы он был рядом, чтобы руки ему целовать ,долю его разделить . Ни на кого не сердишься, ни на Рогожина, ни на Настасью Филиповну, ни на Аглаю. Сил нет. Прощаешь их. Нет, Бог простит. И пусть Бог хранит душу Князя.

Не ожидал я от себя, что снова буду читать Достоевского после неудачного знакомства с "Преступлением и наказанием", но попалась мне на глаза рецензия от Psyhea, и я решился. Ничего нового, я думаю, не напишу, поэтому скажу, что большую часть книги мне было жалко и обидно за Мышкина, когда все его называли идиотом, но в конце из-за его дурацкого поступка, я сам не выдержал и стал матюкаться, и соглашаться в том, что он ИДИОТ.

П.С. Из всех героев мне очень-очень понравилась генеральша Лизавета Прокофьевна, как говорилось в книге, эксцентричная и сильная женщина. Когда были диалоги или повествование с ее участием, почему-то очень воодушевлялся))

До «Идиота» Достоевского я не любила. Наверное, сказалось насильное прочтение «Преступления и наказания» в школьные годы, в памяти еще живо вспоминался тот надрыв, с которым себя за шкирки нужно было тащить к книге и уговаривать, ну прочти еще 10 страничек и потом можно будет взяться за что-нибудь более интересное, а ля Уилки Колинз, Дюма, Жорж Санд…
Но потом случился «Идіотъ» Владимира Бортко, и я влюбилась. Какой сюжет! Какие диалоги! Какой накал страстей! Это был тот редкий случай, когда фильм тебе открывает книгу. Единственное, теперь для меня голос князя Мышкина навсегда связан с голосом Миронова, внешность не так важна, но вот голос…
Произведение действительно просто потрясающее!

Доброго времени суток!
Более полугода мои руки добрались до чтения «Идиот» Фёдора Михайловича Достоевского. Наконец-то дочитала.
Все мы знаем, что Ф.М. Достоевский является всемирным известным писателем, автором романов «великого пятикнижия» - «Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы», «Подросток» и «Братья Карамазовы». Многие его произведения многократно экранизировались и инсценировались в театре, ставились балетные и оперные постановки.
Роман «Идиот» был впервые опубликован в номере журнала «Русский вестник» в 1868 году. Роман был написан в Женеве в Швейцарии, дописан был в Италии, а закончен во Флоренции в 1869 году. Первоначально посвящался любимой племяннице писателя С.А. Ивановой.
Теперь подходим к персонажам данного романа:
1) Князь Лев Николаевич Мышкин – дворянин, лечившийся 4 года в Швейцарии от эпилепсии. Белокурый с голубыми глазами, ростом чуть выше среднего. Чистый душой и помыслами, чрезвычайно умный. В обществе его называют «Идиотом».
2) Настасья Филипповна Барашкова – содержанка Тоцкого, который её обольстил в подростковом возрасте, будучи её опекуном. Красивая, гордая женщина, но сумасшедшая (по её поступкам вы можете это увидеть в произведении). Она вызывает сострадание и жалость князя Мышкина, который желает ей помочь. Любима Рогожиным.
3) Парфён Семёнович Рогожин – страстно влюбленный в Настасью Филипповну. После смерти отца получил наследство. Сероглазый, тёмноволосый двадцатисемилетний человек. Готов отдать за Настасью Филипповну все деньги.
По остальным персонажам пройду кратко:
1) Аглая Ивановна Епанчина – младшая и самая красивая из девиц Епанчиных. Избалованная, но дитя. За ней ухаживает Евгений Павлович Раломский, протеже княгини Белоконской.
2) Гаврила (Ганя) Ардалионович Иволгин – амбициозный чиновник среднего класса. Влюблен в Аглаю Ивановну.
3) Фердыщенко – шут.
4) Ипполит Терентьев – чахоточник. Считает себя великим человеком. Ждет смерти.
Что могу сказать по данному роману? Оценить сложно, т.к. читала бегло. Однако могу точно сказать, что Достоевский – мастер описывать психологическое состояние человека. Он очень хорошо описал эпилепсию – болезнь князя Мышкина, когда на него нападает Рогожин ночью в гостинице. И это только немногое, что заметила в романе.
В романе «Идиот» заметила, что князь Мышкин – очень искренний, добродушный, милосердный человек. Он испытывает жалость ко всем и готов всем помогать. Мне показалось, что это образ Иисуса Христа. И заметила с ними схожесть. Если вспомнить библейские сюжеты, то Иисус Христос тоже был искренним, милосердным и готов всем помогать. Однако его недолюбил народ из-за этого и распяли на кресте. И похожее и у князя Мышкина, только его не распяли, а считают его идиотом, слишком доверчивым, искренним, как дитя. Его воспринимают как слабого человека, простолюдином.
Считаю, что данный роман показывает, что общество настолько прогнило и снаружи и внутри, что даже искренняя доброта будет считаться неким «отшельничеством». Поэтому… Могу сказать, что будьте добрее друг другу, будьте искренними и не замыкайтесь в себе.