Пищеблок

Серп Иваныч выглядел, так сказать, весьма современным стариком: молодежь не ругал, своего мнения не навязывал, не жаловался на здоровье, шутил, смотрел цветной телевизор.

Выбора нет - как в столовке при пищеблоке. Жри, что дают. Или совсем не. жри, как делает этот смешной Валерка Лагунов. Он находит в себе силы для этого.

Жизнь – вещь парадоксальная. Чтобы сохранить хотя бы относительную самостоятельность, человеку надо быть в роли ведомого, то есть того, кто, по идее, вовсе не имеет никакой самостоятельности.

Увы, в его стране наука и общество отвергают всю эту чушь как пережиток прошлого и уродство буржуазной культуры....
А вампир живёт на даче, получает пенсию, носит красный галстук и защищает себя серпом и молотом. Чудеса в этой стране маскируются под повседневность, и наука отрицает их, потому что иначе придётся усомниться в повседневности, которая не может подлежать сомнению. Это помогает вампиру пить кровь и убивать людей.

Разочаровался в коллективизме? – спросил он.
– Вам нельзя так говорить! – огрызнулся Валерка. – Вы же учитель!
– Учитель, но не дурак.
Валерка не ответил, сердито глядя на игру. При чём тут коллективизм? Коллективизм – это прекрасно. Коллектив всегда прав. Коллектив всегда лучше, чем один человек. Умнее, честнее, храбрее. Но там, на стадионе, разве коллектив? Разве команда? Не команда, а стая макак, дерущихся за банан!

У нас пионерский лагерь и пионерское воспитание, а это значит коллективное! Коллектив всегда прав!

... Вероника сделала подленький выбор, – а Вероника не заслужила, чтобы Игорь снова заподозрил её в корысти. Однако нехорошие, но обыденные соображения помогали сохранить рациональность, ибо внезапный разрыв вывихивал мозги своей вопиющей бессмысленностью.

– Всегда так, блин, – проворчал Гельбич. – Только начнёшь что-нибудь хорошее делать, сразу фигня какая-нибудь случится.

За прошедшую смену футбол надоел Валерке до чёртиков, но сейчас Валерка следил за ним с какой-то сумрачной жадностью. Пацы словно бы разгадали секрет замысловатого механизма победы. Тайна заключалась в том, что не надо стараться обогнать всех или владеть мячом как можно дольше. Общее дело делает команда, и твоя задача – помочь ей там, где можешь, а не сделать всё за неё в одиночку.