Достойный высший суд

Я чувствую себя самозванкой. Может ли эта жизнь принадлежать мне? Или я вру даже себе? Они думают, что вернули в дом свою потерянную двенадцатилетнюю сестру. Но та девочка умерла...

И тут Анис и Айла наперебой начинают рассказывать об утреннем поединке, приукрашивая его, словно я выиграла настоящую битву, а не шлёпнула Рушана один раз по ноге.

"Легион ломает кости и засасывает в пучины песка, пожирая как чужих, так и своих."

– Рушан давно подходит нашему двору намного больше, чем думает, – дополняет брат.
– Рушан умеет думать? – не сдерживаюсь я.

Быть принцессой-это никогда не было моим. Но быть рядом с вами-вот моё счастье.

– Ты не мог бы захлопнуть рот?
– А то что? Ваше высочество заставит меня завтра до обеда ждать? – хмыкает он.
– И не смей заходить в мою комнату без разрешения! Сегодня я лягу спать голой! Предупреждаю!
– Тогда мы просто потренируемся у тебя в комнате другим способом, – пожимает он плечами.

-Как вы просто не отправились в Каидан и ночью не вырезали всю семью Квентилиев?
-Мы были близки,ты даже не представляешь,как часто. Но тогда вряд ли мы бы чем то отличались от них.

Человеку труднее лгать или притворяться, если его мысли путаются. Многим смущение доставляет дискомфорт, они пытаются его скрыть, прикрыв чем угодно. Большинство скорее продемонстрируют злость или агрессию, чем смущение. А сильные эмоции делают человека порывистым.

я знаю, что принцессе, наверное, такое не стоит говорить своему Назари, но провоцировать друг друга – это наш обычный способ общения.

Рядом с тобой теперь я чувствую себя по-другому. Тогда мне хотелось тебя опекать, а сейчас это именно я постоянно нуждаюсь в твоей защите.

Так чувствуется любовь? В желании раствориться в другом человеке? А тягучей тяжести в груди, когда он дальше, чем ты, можешь дотянуться рукой?

Даян напоминает Ойро, как часто она засыпала на уроках по политике и однажды спала так крепко, что её слюни потекли на раскрытые страницы дорогущего фолианта. В качестве защиты сестры напоминаю брату, что он сам однажды захрапел на таком занятии.
— Я не храплю! — оскорблённо возражает он.
— В тот день ещё как храпел, спроси у Самии! Только я и она остались в сознании, когда ты, Ойро, Анис и Рушан портили книги, используя их как подушки!

После того как дверь закрывается, комната погружается в тишину. Неловко переминаясь с ноги на ногу, я виновато смотрю на один раз громко вздыхающего назари.
— Полдела уже сделано. Твой приëмный отец и по совместительству новый генерал Каидана уже меня отчитал. Осталось выслушать выговор от твоего брата и нашего короля, потому что мы уже сильно опаздываем.