Волшебная гора

...Бежать прочь, пока не засосало окончательно, пока Гора не поглотила целиком, не затянула, не лишила воли и собственных мыслей, вложив туда единственно раздумия о ней самой, пока не пригвоздила, не одурманила... А мне уж поздно - пишу с далекой вершины. Здесь, в романе, все кажется таким грандиозным и величественным, там, внизу, вдалеке, - мелким и ничтожным (ох, как же непросто, чувствую, будет потом возвращаться к "обычным" книгам...)

Восхождение заняло почти неделю, неспешное, трудоемкое. Продиралась сквозь густой лес из авторского стиля, нагромождения метафор, смыслов и подтекста, знакомясь с множеством преинтересных личностей, населяющих книгу (и кого здесь только не встретишь! Масонов, фанатиков, робких девиц, соблазнительных вдов, загадочных иностранцев, литераторов, философов. Впрочем, философы здесь почти все...), медленно постигала я через произведение тайны жизни и бытия, нередко сожалея про себя: а чего ж раньше-то не собралась в этот долгий путь? Отчего очарованная когда-то книгами Томас Манн - Будденброки и Томас Манн - Доктор Фаустус , ты взбираешься на Гору только сейчас? Легким шариком улетали в небо, к той самой горной вершине, ненужные теперь мысли, безответные вопросы, вдруг ставшие риторическими...

...Тянуло к вершине, несмотря ни на что - болезни, занятость, прочее. Словно околдовывало что-то, опутывало, прилепляло намертво. Вот и постояльцам санатория "Берггоф" выбраться из оков горы будет непросто - такие мягкие и нежные объятия вначале, такой жесткий и колючий взгляд в конце. Дурман и морок станут верными товарищами - все, ты уже попал в сети, в эту 3Д-модель мира, затерянную на горной гряде. Тебя вылечат и залечат, привьют новое мировоззрение. Всего-то и надо - оставаться прилежным пациентом, не стремясь больше никогда попасть на равнину, забыть о прежней жизни, как забудут вскоре о тебе...

Поэтому бежать прочь, куда угодно, пока не затянуло, только вот не у всех хватит на то отваги - смелости взять ответственность за собственную жизнь н себя. Куда легче - прятаться, прикидываясь больным, немощным, ограниченным в возможностях (но не в желаниях).

Уютный кружок, стабильность, четкое расписание, прогулки по графику, одни и те же лица, одни и те же споры. Предсказуемость и понятность, спокойствие и тишина, наедине с мыслями, вдали от всего внешнего и суетного. Дремота жизни, когда устал и хочешь отлежаться, даешь зарок, что вот завтра непременно примешься за что-то важное и дельное. Завтра же не меняется ни-че-го, его сменяет такое же унылое и бесцветное послезавтра и далее то же самое, и опять, и снова... А ты все здесь - упоенный покоем беспечного вечного сегодня (это там, на равнине, - треволнения жизни, здесь - тишь...), уже не гость - полноправный житель страны Безделья, Лени, Иллюзий, Бессмысленных надежд, Сегодня, никогда не перетекающего в Завтра. Страны пустопорожних разговоров ни о чем, ведь за ними не стоит главное - деяния, должные придавать хоть какой-то смысл бытию. Бюрократические процедуры отложим, пожалуй, на потом - ты уже принят и тебе безмерно рады. Радостно ведь осознавать, что не один ты бесцельно растрачиваешь на всякую ерунду драгоценные мгновения утекающей, как песок сквозь пальцы, жизни. Чертовски приятно еще и найти в этом застоявшемся болоте умных (или хотя бы кажущихся таковыми) собеседников: один с серьезным видом вещает про террор, второй - про прогресс, третий - про любовь - да что угодно, надо ведь занимать чем-то время, свободное от прогулок и медпроцедур!

Как хорошо, что болезнь тела не затронула (кажется) разума. О, эти удивительные беседы людей, малозанятых истинным трудом, интеллектуалов, собранных вместе волею судеб. Я беспечно тонула в этих потоках мысли, отыскивая для себя в них зерна и вообще что-то полезное. Они часто шокировали дерзостью, эти своевольные, не ко времени мысли (едва не проехала остановку, задержав неосмотрительно взор дольше положенного и споткнувшись от неожиданности на фразе: болезнь и отчаяние - это всего лишь распущенность. Хорошенькое же дело вы говорите, автор! Хотелось мысленно повозмущаться, но пора уж было выходить...)

С неослабевающим интересом следила я все время и за тем, ка интересно герои в своих рассуждениях подменяли и разделяли тело и дух, материю и разум. А эти бесконечные размышления Ганса о сущности времени! Они пленяли своей парадоксальностью, убеждали в обратном сказанному героем. Философские беседы составляют для меня едва ли не главную ценность и прелесть настоящей книги. Не будучи философом по складу ума (скорее уж наивным мечтателем), не читая трудов по философии от признанных мастеров мудрости, была тем не менее очарована красотой мыслей, любовно собранных Манном в своей книге (ведь неслучайно же бытует мнение о том, что устами героев часто высказываются именно мысли автора). Политика. искусство, литература, самосовершенствование - неисчерпаемы были темы бесед Ганса, Иоахима, Нафты, Сеттембрини. И странное дело: живут они будто понарошку, отрезанные самовольно от внешнего мира и заключенные здесь по собственному же желанию, в этом санатории, более напоминающим средний отель, нежели лечебное заведение. А спорят при этом насмерть (я не преувеличиваю, кстати, дочитаете историю до финала, поймете, что преувеличивать здесь нечего - грандиозное по своим масштабам, замыслу и исполнению манновское произведение просто шикарно), с такой яростью отстаивая свою точку зрения, точно от этого зависит их жизнь.

Живут в ожидании, словно впереди у них - тысяча жизней, и будет время все исправить и подлатать, а настоящая - единственная! - жизнь тем временем проходит мимо, мельком, незамеченная, проходит не за теми занятиями и не с теми людьми, в бесплотных мечтаниях и бессмысленных спорах...

Запомнится мне, несомненно, роман немецкого классика и своими поучительными нотками - для меня книга стала именно такой - назидательно-воспитательной, показав наяву, как можно бесцельно провести жизнь, если посвящать вот такому - шелухе из неважного и ненужного, если только говорить вместо того чтобы действовать, если ждать все время непонятно чего и кого (а этот кто-то того даже не заслуживает). Книга о том, как впустую разбазарить жизнь и свои способности - как там у Высоцкого, "на них мильон меняют по рублю". Вот так же - разменять жизнь и таланты (а бесталанных людей нет) на череду незначимых дел, не исполнить своего жизненного предназначения и никогда не достичь цели...

Горькая и страшная получилась у Томаса Манна книга. Горькая в своей реальности, страшная в своей жизненности и правдивости. Не хотелось бы оказаться на месте таких вот Гансов - сколько их разбросано по миру, неприкаянных в жизни. Его единственная ошибка состояла в неправильном когда-то выборе - суррогата вместо подлинной жизни, мечты и фантазии вместо дел. Мудрый совет опытного товарища принят не был, и еще одного погубила Гора, жестокая и беспощадная. Волшебная ли? Наверное. Это злая колдунья, которая зачаровывает навеки и никогда уж более не отпускает на волю...

Этот прекрасный во всех отношениях роман не стал для меня открытием нового автора или жанра, и без того я люблю и регулярно обращаюсь к классике, особенно зарубежной. Однако он точно стал одной из самых мудрых, красивых и глубоких книг этого апреля, напомнивших мне о самом важном - о том, как ценить жизнь, не упуская ни одного мгновения, о том, как не откладывать ее на завтра, о том, как решаться на перемены, когда кажется, что погряз в рутине дней, не ведущей к мечте. Классика может быть и должна быть увлекательной. Роман Манна - яркое тому подтверждение.

На самое любимое труднее всего писать отзывы. Как рецензировать то, что так близко сердцу и уму? Как рассказывать о том, что стало своим на долгие годы, может быть, на всю жизнь?

Очень долго после того, как для меня закончилось долгое, прекрасное, умное, восхитительное, глубокое, интересное, философское, историческое, провидческое, ироническое, серьезное, классическое, модернистское, романтическое, изумительное повествование гениального Томаса Манна, я искала нечто похожее. Искала и не находила, пока не узнала о долгом, прекрасном, философском "Человеке без свойств" и немного смирилась с окончанием "Волшебной Горы".

Есть книги, которые не должны заканчиваться. Есть книги, которые должны быть огромными, есть истории, которые должны быть длинными, есть проблемы, которые интересно обсуждать и анализировать долго, есть рассказчики, которых хочется слушать без конца.

И Томасу Манну ой как есть что рассказать. История туберкулезной лечебницы в Швейцарских горах. История Ганса Касторпа, чудесного юного Ганса, этого пытливого и несколько наивного наблюдателя, честного и правдивого, порой слегка восторженного наблюдателя, глазами которого мы видим других ярких персонажей романа.

История культуры, история религии, история человечества.

У этого блестящего романа возможно так много прочтений. Выросшее из иронической аллегории, когда Манн наблюдал за жизнью реального швейцарского санатория, в котором короткое время находилась его жена, повествование превратилось в мощнейшее философское исследование жизненных основ, в изумительно тонкий психологический анализ разных типов человеческого характера и человеческих отношений, в увлекательный экскурс в историю религии и историю вообще.

Образ Европы накануне Первой Мировой. Прекрасный мир, который вот вот исчезнет.

Манн пишет блестяще, его язык изумителен, его идеи интересны и сильны, его выводы мощны, честны и для меня абсолютно правдивы, его рассказ увлекает, его философские рассуждения приводят меня в восторг.

Для меня Томас Манн - это совершенный писатель. А "Волшебная Гора" - совершенное произведение.

"Тягучая осень не спешила окутывать людей целиком и лишь изредка выбрасывала на улицу напоминание о наступившем времени года, словно бездушная хозяйка истерзанного животного, которое почему-то всегда, несмотря на издёвки, возвращалось к скрипучим дверям её отсыревшей квартиры и принималось издавать жалобные звуки в надежде вернуться. Что вы спросили? Ааааа... Я понял!

Да! Безусловно... Во всяком времени года и дня, присутствует своя красота, но пониженная температура заставляла облачаться меня в самые неудобные вещи, а промозглый ветер, словно не разглядев их на мне, просился под рёбра, словно пытаясь согреться. "Нет... Извини, мне и самому здесь тесно!" - отвечал я ему, плотно укутанный тугим снудом, который я надеялся выбросить в урну с приходом каждой зимы, но он преследовал меня словно тень, каждый раз находя новую причину остаться.

Я чувствовал, что начал заболевать в преддверие долгой зимы, где как всегда ничего не изменится. Прогноз погоды на ближайшие несколько лет мне был достаточно ясен и мне незачем было посещать муниципальные учреждения для того, чтобы пытаться что-либо исправить. Какой в этом смысл? Других больных среди нашего санатория всё же больше, а его руководство не даст нам устроить отчаянный бунт перемен.

Вы скажете, что я бредил какой-то определённой идеей и сдался? Нет, уж! Извольте! Мне кажется, что вы слишком высокого мнения об этой низкой персоне. Дожив до определённой отметки в попытке разменять свой третий десяток, я несколько раз переступал через себя и менял поведение, которые было присуще практически каждому жителю этой страны и примерно равного возраста. Я верен своим идеалам, целям и представлениям. Просто они никому не нужны. Всё это для меня это всё стало вторичным. Важнее всего в данный момент разобраться в себе... Плюс эта болезнь... Наверное, мне стоит посетить санаторий..." - примерно, подобным образом, размышлял бы персонаж этого романа, если бы его действия происходили в те дни, когда читатель этой рецензии скользит глазами по поверхности данного текста. Однако внутри его страниц скрыто другое время и немного другие проблемы, которые волновали не только писателя, но и всё общество осознанных лиц.

О чём же он пишет в этой увесистой книге? "Волшебная гора" - туберкулезный санаторий в Швейцарских Альпах, который был реальным прототипом места, где лечилась жена писателя. Его обитатели вынуждены находиться здесь годами, общаясь с внешним миром лишь редкими письмами и телеграммами. Здесь время течет незаметно, жизнь и смерть утрачивают смысл, а мельчайшие нюансы человеческих отношений, напротив, приобретают болезненную остроту и значимость. Любовь, веселье, дружба, вражда, ревность для обитателей санатория словно отмечены тенью небытия...

Эта история имеет множество возможных прочтений – мощнейшее философское исследование жизненных основ, тонкий психологический анализ разных типов человеческого характера, отношений, погружение в историю культуры, религии и в историю вообще – Манн изобразил общество в канун Первой мировой войны.

Третий стол, изображения людей, как целых народов... Уютная жизнь по расписанию, с побегом от общества. Одинаковость будней и приёмы лекарств. Наблюдение за другими, попытка понять и разобраться. Вялотекущая жизнь и образ Европы накануне войны... Скрытые противоречия философских веяний, зарождение идей превосходства и шовинизм. Внутри произведения время приобретает двусмысленность — с одной стороны он описывает довоенную эпоху (начало XX — ого века), буржуазный уклад жизни, увлечения и жизнь молодежи. С другой здесь скрыта игра временем, глубокие рассуждения о нем. Манн поднимает такие философские категории как любовь, смерть, время, пространство, дух, материя. Тема очарованности смертью и торжества хаоса над жизнью, посвященной порядку... Столько всего, что вы устанете загибать пальцы руки, в том случае если рядом с вам не прогремел порядочный взрыв, лишив вас каких-либо конечностей.

Сам роман затягивает в своё содержимое и заставляет безотрывно перелистывать страницы, увлекаясь неспешной историей, без густого сюжета, вникая в философские рассуждения различных сторон. Он будет показывать любовные линии и состояние общества, очаровывая своим языком и глубиной сказанной мысли. Цитаты достигают размера в несколько крупных абзацев... О нём до сих пор говорят и многие писатели используют прелесть метафоры, чтобы проще объяснять болезни присущие обществу. Попытки вырваться и тяжесть сомнений. Что правильно? Где истина? Как нужно жить, так, чтобы не терзалась душа и оглядываясь не стало понятно, что ошибок было сделано больше, чем тех вещей, которые повлияли на жизнь куда менее пагубным образом?

История дарит невероятное послевкусие, желание перечитать, вновь размышляя над сутью. Здесь не стоит бояться объема, непонимания и уничтожения читателя автора интеллектуальным превосходством последнего. Оно несомненно случится, только он не давит с насмешкой, а старается донести несколько истин, которые можно спрятать за пазуху и доставая в трудный момент, наслаждаться их сказанной сутью. Роман оставляет свой отпечаток. Возможно, он понравится не всем, может показаться скучным или кто-то не захочет внимать суть всех вещей, что были сказаны автором, но отрицать его влияние на пару с величием глупо, словно твердить про плоскую землю.

"Читайте хорошие книги!" (с)