Цитаты из книги Lotus

Чувства приходят вместе с ожиданиями.

Мы должны бороться за то, что в наших сердцах. Никто другой не сможет сделать это за нас.

Необходимость двигаться вперед после потери возлюбленного похожа на тяжелое усилие. Даже невозможное.

Быть матерью-одиночкой – это ежедневная борьба.

Отношения рано или поздно разбивают сердце и гордость.

Подобные вещи – поцелуи, секс, романтика – все усложняют. Они разлучают людей.

Красоту можно найти повсюду… Даже в том, что нас пугает.

– Прошу прощения за свой непристойный вид, – выдавливает Оливер с надрывом в голосе. – Я не знал, что здесь присутствует леди. Это ты прости, что мои шлюшьи глаза только что буквально съели тебя.

«Мы всегда будем лучшими друзьями, правда?» «Да. Пока я не умру». «Даже тогда я найду способ вернуть тебя».

– Страдания одного человека не должны лишать радости других, – говорю я ей. – Если бы все работало по этому закону, тогда мир был бы печальным местом. На лице Сидни снова появляется улыбка, но на этот раз она сопровождается сияющими глазами. – Твои страдания значат для меня больше, чем радость пятидесяти знакомых и незнакомых людей. Надеюсь, ты это знаешь.

– А ведь твои кулинарные шедевры мне уже буквально во снах видятся. В хорошем смысле. – Спасибо. Возможно, мне действительно есть чему тебя научить. – Ах. – Сидни притворяется оскорбленной, прижимая руки к сердцу. – Ты что, критикуешь мои кулинарные способности? – Способности – это смелое заявление.

Как будто каждая звезда в галактике упала на Землю и заползла мне под кожу.

Сила.

Раньше я думал, что сила заключается в борьбе. 

Достижении целей. Способности выдержать то, что пытается нас уничтожить.

Но истинная сила - это необязательно про победу в битве. Это про то, как именно мы сражаемся. Дело не в самом мече, а в том, как мы им владеем.

А иногда речь идет вообще не о выживании. Речь идет о том, чтобы пережить самую страшную из возможных потерь, душевную боль и горе, независимо от того, доберемся  мы до другой стороны или нет. 

Но не всякой любви суждено остаться. Иногда она служит лишь временной цели.

- Ты чудовище.
- Я предпочитаю называть это инстинктом самосохранения, - возражает он.

– Ты в порядке? Сидни свирепо смотрит в мою сторону. – Такое ощущение, что я выталкиваю чертов товарняк из крошечной дырочки. – Еще один вопль. – Мои внутренности снаружи. – Еще один толчок. – И моя вагина буквально разрывается на части, как Моисей раздвигает Красное море.

Жизнь слишком мимолетна, слишком драгоценна, чтобы принимать одну секунду как должное – мы слишком драгоценны.