Остров Сахалин

"Милая моя девочка, за воротами райского сада ещё жив единорог, ты же знаешь, ты знаешь".

Только что дочитала "Остров Сахалин" Эдуарда Веркина.

Так случилось, что я дочитывала его в одиночестве, в тёмном, пустом и огромном офисе, замёрзнув. Наверное, это лучшее, как можно дочитывать эту книгу.

Я вряд ли смогу сейчас собрать слова для отзыва, и я восхищаюсь теми, кто умеет писать рецензии на такие книги. Пожалуй, ниже получится как будто моё письмо — что бы я рассказала об "Острове Сахалине" самой себе. А ещё — точка самонаблюдения: что со мной делает такой беспощадный разговор о человеке и, в каком-то смысле, документ о человечестве.

"Остров Сахалин" Эдуарда Веркина — художественная книга, в отличие от "Острова Сахалина" Чехова, где это всё-таки почти нонфик.

Это ужас и смерть.
Это светозарные годы, лёд, голод, небесные нити, серебряные ракеты.
Это ужас, помноженный на ужас, для которого Итуруп с его серой, жаровнями и мервецами — только преддверие ада.

Если бы кто-то написал такое про Удмуртию — я бы не стала и не смогла читать. Если бы я была с Сахалина или бывала на Сахалине, наверное, я бы тоже не смогла читать.

Я счастлива финалу — не про Сиро Синкая, но про Сирень, её сына и внука.

Я восхищена тем, как сплелись небесные нити и каирны — башенки из камней, по которым уходили в Вальхаллу.

Больше всего мне понравилась и одновременно ужаснула часть с Итурупом. И хрупкость мира. И твёрдость мира. Самое тревожное в том, что всё слишком правдоподобно, слишком ярко и ясно.

Те пять дней, что я читала "Остров Сахалин", я как будто была там: на сухогрузе "Каппа", на Итурупе и Монероне, в Александровске, Углегорске и Невельске, в "Угольке" и в "Лёгком воздухе", в биографиях каторжных и ссыльных, в прошлом Человека и поэта Сиро Синкая, в настоящем Артёма и Сирени и, в общем-то, в том самом месте, где будущее звенит так отчётливо, что его можно услышать; том самом чувстве, за которым Сирень отправилась на Сахалин, а попала в момент, когда вовсю и до конца развернулся ад в преддверии райского сада.

И на всё это накладывались, как сквозь кальку, чеховский "Остров Сахалин" и сегодняшний день.

Я как будто проглотила золотые шарики коктейля на "Мак Артуре" — впечатления и мысли о книге, — и теперь они прочно внутри.

Это очень тяжёлая, очень страшная, очень красиво написанная, очень плотная книга, про которую я хочу спросить: для чего такие истории? Но я не знаю, кого спросить, и при этом где-то внутри знаю ответ сама, просто не могу пока сформулировать. "Остров Сахалин" написан так, что страшно не столько перечисление ужасов, сколько то, что делает их возможными.

Беспощадно и малоэмоционально.

И вот я вынырнула. И вот я не под кислотным дождём и не под чёрным снегом. Вот чай, а вот ноутбук, горят лампы, а из крана льётся вода, за окном живой город, и до будущего ещё далеко-далеко.

Или нет. Или оно уже вот. Я так и не поняла этой мысли в книге, и вряд ли я смогла бы рассказать что-то о будущем футурологу Сирени, если бы она спросила меня. Но я бы поблагодарила её за последнюю главу и за её рукопись, безусловно, изданную.

Я не знаю, могу ли закончить отзыв на эту книгу чем-то, кроме как её же эпиграфом:

Милая моя девочка, за воротами райского сада ещё жив единорог, ты же знаешь, ты знаешь.
Сиро Синкай

Прочитала одну книгу и думаю, что в течение года к ней нужна книга-компаньон(даже правильнее поменять их местами, правильнее не только хронологически, но, подозреваю, что и по значимости, и по мастерству автор).
Итак, Эдуард Веркин Остров Сахалин.
Для меня эта тема стоит особнячком. Я там ни разу не была. Но. Были мои родители, целых полтора года. Очень-очень давно. Молодая семья, имеющая дытынку(меня), поехали заработать денежку. Я осталась у бабули-дедули. Была маленькой, всего 1,5 года. Родители работали постоянно в море, на плавбазе по переработке рыбы. Это такой завод на воде, подходят сейнеры с уловом и выгружают на базу. Перерабатывается до конечного продукта, тоись готовая консерва всех видов и размеров. Я тех денег, как и своих родителей, не видела, сказать ничего не могу. А про книгу расскажу. У Чехова, знаю, что книга была о переписи населения Сахалина. Веркин же написал постап, вязкий и мрачный. По логике, расстояние между книгой Чехова и Веркина +-200 лет. Но это можно считать, что и бездна. Как в прошлой жизни. Случается, у Веркина, некоторая война, все и всё куда-то девается, остаётся Сахалин. При мирной жизни ещё на него виды имелись, до всего вот этого. А тут, какгрится, сам богвелел, наложить на остров лапищи и мять под себя.И "понаехали" туда все.
"Потому что, на остров может попасть человек очень невезучий, либо дурак, либо китаец".
Так мало того, что случился трындец, так вдруг откуда ни возьмись объявился МОБ. Не, это не мобильный телефон, и даже не оператор мобильной связи, это трындец, возведённый в третью степень, в куб, в ромб, в клеточку. Куда хотите. И воевать с этим нельзя, только огнём и мечом. И отправляется в эту гущу событий и трындеца главная героиня Сирень, чтобы спрогнозировать будущее(если таковое светит в принципе), ибо она футуролог,метис от папы японца и русской мамы(участь РФ печальная в книге, но героическая). И все перипетии,  знакомства будем наблюдать. И удивляться, как всего за несколько десятков лет вид человека разумного, прямоходящего, сапиенса(не побоюсь) , может деградировать. Именно это меня и смутило больше всего. Я не большой спец, но мне показалось переборщ. А так написано бодренько, но мрачненько. Чехова в обязательном порядке прочитаю, клянусь, и тогда еще подбавлю Веркину на орехи. Пока 7/10.

Футуролог Сирень отправляется на остров каторжников, чтобы посетить тюрьмы, поговорить с невольниками и их надсмотрщиками, окунуться в безрадостную атмосферу места, в котором нет надежды на светлое будущее. Девушка хочет заглянуть во все уголки жизни острова, чтобы с научной точки зрения дать прогнозы на будущее. Но землетрясение усложняет её задачу.
Книга в жанре социальной постапокалиптики приправлена всеми прелестями роуд-жанра: подробные описания местности, остановки, персонажи, попадающиеся на пути, неожиданные повороты. Постапокалиптики тоже предостаточно – опасные зоны, отсутствие птиц, животных, ядовитая вода, непригодная для употребления в пищу рыба, использование тел в качестве топлива на электростанции, причудливые сооружения тюрем, странные секты, смертельный вирус.
Социальная составляющая прописана хорошо, помимо самого острова автор раскрывает весь мир, от которого после ядерной войны осталось немного, а правит всем Япония, которая всю войну держалась в стороне, а под занавес, когда все страны разгромили друг друга, вмешалась и вышла победителем.
В романе явные переклички с путевыми заметками Чехова "Остров Сахалин", хотя я их еще только начал, но настроение жителей уже пересекаются – вечные жалобы на всё, отсутствие надежды. Только у Веркина всё максимально безрадостно. Но атмосферно.
Есть и забавные моменты, например, с сектой ползунов, которую основали американские радикальные вегетарианцы, впоследствии объявленной террористической организацией и изгнанной из Америки. Они убеждены, что передвижение на четвереньках является абсолютно естественным способом, способствующее излечению от многих болезней, однако, умалчивают факт снижения интеллектуальных возможностей. Нет, гугл вам не поможет. Естественно, это лишь фантазия автора.
В итоге, роман хорош. Мне немного не хватило динамики. Возможно, она затерялась в стилизации под Чехова в первой половине романа.
P.S.
Роман стал книгой года и отечественной книгой года – 2018 по версии журнала «Мир Фантастики».

Этот роман по своему воздействию напомнил мне грузовой состав: медленно стронулся с места, по чуть-чуть набирал скорость, а потом понесся так, что закружилась голова, а глаза категорически отказывались отрываться от текста.
Понравилось всё. Особенно - какая-то жуткая обыденность, с которой Эдуард Веркин описал Мир После Того, Как... Никто не делает большие глаза, никто не хватается за голову, никто не пытается изменить то шаткое равновесие, в котором застыли остатки цивилизации. Люди, топящие друг дружку в надежде получить шанс хоть на что-нибудь, другие люди, собирающие мертвецов, чтобы топить ими электростанции, люди, убивающие других людей за жменю крошек - всё до скуки привычно и обыденно. Есть жуткое ощущение безнадёги, но оно не накрывает с головой. Потому что среди всего этого есть любовь, есть сострадание, есть отвага и честь.
P.S. и, кстати, это единственный зомби-апокалипсис, который не идёт в разрез со здравым смыслом. Всё логично и правдоподобно.

ЭДУАРД ВЕРКИН "ОСТРОВ САХАЛИН"

Это страшно. О войне всегда думать страшно. Ещё хуже - думать о ее последствиях.

Случилась Третья Мировая - ужасная, с применением ядерного, химического и биологического оружия. Живого места на Земле фактически нет: выжжены и отравлены материки, в дефиците питьевая вода, массово погибают животные и птицы, распространяется эпидемия бешенства людей.

Иногда лучше стормозить. Мировые державы уничтожили друг друга, а Япония, поздно ввязавшись в боевые действия, оказалась единственной уцелевшей индустриальной страной. Сахалин становится лагерем с ужасающими условиями для каторжан и ссыльных. Сюда и отправляется с исследовательской миссией японская девушка с русскими корнями Сирень. И всё бы хорошо, но случается землетрясение, при котором на Сахалине обрушиваются тюрьмы и начинается какая-то бойня.

Тяжелое, громоздкое и неподьемное начало. Сто раз бросала и как зомби читала снова. Абсолютно минорная, депрессивная и гнетущая атмосфера до конца. Тошнота и желание выйти подышать - нормальное состояние при чтении "Острова Сахалин". А в конце... Упала челюсть

Не "за ради пафосу", а честно - не для всех. Для многих окажется неподъемной глыбой или скукой неимоверной. Но! Здесь столько тем "на подумать", что мозги физически болят при чтении. И пусть не пугает жанр фантастики и постапокалипсиса. После такой книги радуешься, что в доме есть вода и еда. И дом есть тоже))) Однозначно буду читать Веркина ещё.